Коварные боги
Шрифт:
День тянулся мучительно медленно. Тишина, повисшая над нами, нарушалась редко, но время от времени мы с Келли проверяли направление к горе с помощью кольца, и Эрик молча следовал нашим указаниям.
Мы проехали уже столько миль от фермы, что пейзаж вокруг нас изменился, становясь все более бесплодным по мере того, как мы направлялись к возвышающейся на горизонте горной цепи.
Свидетельства Последней Войны были повсюду вокруг нас.
Мы наконец-то вернулись на участок дороги, который все еще был нетронутым, и Эрик снова ускорился. Мы потеряли несколько часов, объезжай скопление руин, а солнце уже давно село, оставив нас в полной темноте.
Когда мы въехали на высокий горный перевал, я попыталась немного отдохнуть, прислонившись спиной к окну и закрыв глаза. Жажда подступила к моему горлу, и игнорировать ее становилось уже невозможно. Я пыталась воздержаться от крови в присутствии Магнара, забыв выпить на ферме, как это сделали другие. Но теперь когти начали впиваться в мой язык, поскольку мое тело требовало, чтобы его накормили.
Я судорожно вздохнула, зная, что Магнар, должно быть, чувствовал себя в десять раз хуже, чем я сейчас. И Эрик, насколько я помнила, тоже ничего не пил. С тех пор как меня обратили, мне не приходилось сдерживать жажду дольше нескольких часов, но я была полна решимости подождать, пока не смогу сделать это вдали от Магнара. Если он почувствует запах крови, то может потерять контроль, а я бы не стала рисковать, чтобы он причинил вред Келли или Джулиусу.
Тропа была длинной и петляла по горам, но в конце концов мы снова начали спускаться с них, достигнув каменистой равнины за ними. Мы ехали все дальше и дальше до глубокой ночи, и Келли заснула у меня на плече, мягко покачиваясь при каждом толчке грузовика. Джулиус и Кларисса тоже задремали, облокотившись друг на друга, пока сидели бок о бок.
Фабиан постоянно переводил взгляд с моей сестры на Магнара, и я не могла не восхищаться его решимостью оставаться начеку, несмотря на то, насколько неудачным было его вмешательство в прошлый раз. Время от времени его глаза встречались с моими сквозь полумрак, и я чувствовала, как между нами возникает безмолвное понимание. Если бы Магнар потерял контроль, мы были бы готовы держать его подальше от Келли и Джулиуса вместе.
Чикоа достала из кармана фотографию своего мужа и некоторое время смотрела на нее, нахмурив лоб. — Спасибо, что принес мне ее, — прошептала она Фабиану, взглянув на него.
Он натянуто кивнул. — Воспоминания — это все, что у нас остается в конце концов.
Она нахмурилась, снова переводя взгляд на фотографию, и мне вдруг стало больно оттого, что у меня нет фотографии моего отца. Я знала его лицо так же хорошо, как свое собственное, но мысль о
— Зачем ты это сделал? — Спросила его Чикоа, ее глаза сузились, когда она уставилась на Фабиана, пытаясь разгадать его действия.
— Я просто… знал, как много она значила для тебя, — пробормотал Фабиан, прочищая горло.
Под нами раздался лязгающий звук, и грузовик неожиданно затрясся.
— Нет — блядь — нет, — прорычал Эрик, хлопнув ладонью по рулю.
Остальные резко проснулись, когда грузовик остановился, и Эрик стукнул кулаком по приборной панели.
— Что случилось? — Спросил его Магнар.
— У нас закончился заряд, — сообщил Эрик, и у меня внутри все оборвалось.
— Как нам получить… заряд? — Спросил Магнар, явно сбитый с толку значением этого слова.
— Никак, — отрезал Эрик, распахивая дверь и выходя наружу, прежде чем захлопнуть ее за собой. Он посмотрел в небо и взревел от гнева, и мое сердце сжалось от тревоги.
Я посмотрела на остальных, а их бледные лица были обращены ко мне.
— Тебе лучше пойти и поговорить с ним, — настаивал Фабиан, открывая боковую дверь и жестом приглашая меня выйти. — Мы будем работать над планом.
Я стиснула зубы, поднимаясь со своего места, но Келли поймала меня за руку.
Я оглянулась на нее и увидела на ее лице отчаяние. — Мы разберемся с этим, — сказала она.
Я кивнула, черпая утешение в ее словах, и вышла из грузовика. Фабиан быстро закрыл за мной дверь, и я бросила на него хмурый взгляд в ответ, когда он махнул мне рукой, чтобы я двигалась.
Эрик забрел дальше в пыльное поле перед нами, где бесплодная земля простиралась бесконечно во всех направлениях.
Он запустил руки в волосы, продолжая смотреть в небо над головой, теперь усыпанное звездами.
Я медленно двинулась за ним, пытаясь привести свои мысли в порядок. Что я должна была сказать? Фабиан действительно ожидал, что я успокою его от этой ярости? Мы застряли у черта на куличках и все еще находились в сотнях миль от святой горы. Черт, даже я была взбешена нашей ситуацией.
Я прикусила нижнюю губу, двигаясь через поле. Мои ботинки захрустели по растению, которое, должно быть, было мертвым много лет, и Эрик обернулся, заметив меня.
Все слова в моей голове перемешались, пока я не обнаружила, что просто стою там, совершенно лишенная дара речи.
— Я сейчас вернусь, — прорычал он. — Просто дай мне минуту.
Я сильнее прикусила губу, прокусив кожу клыками. Голод во мне выходил из-под контроля, и даже моя собственная кровь начинала казаться аппетитной.
Я смотрела на его мрачное выражение лица, которым он предупреждал меня не приближаться. Я медленно вздохнула, чтобы ослабить укол неприятия, сосредоточившись на том, что ему было нужно вместо этого.
— Ладно, — сказала я, поворачиваясь, чтобы направиться обратно к дороге с сокрушительным стеснением в груди.