Коварная
Шрифт:
Свадебное платье, которое выбрала Лиза, – да, она сказала, что спорила со Стюартом, но выиграла в том, что ему нельзя будет увидеть платье до свадьбы – было великолепным. Даже до первой примерки оно уже почти подходило мне по размеру. К вечеру среды оно сидело как влитое. Струящийся шифон и облегающий лиф в тандеме создавали идеальный образ для свадьбы на пляже. Ещё я узнала чуть больше о своём женихе. Хотя его родиной был Майами, принадлежащие ему отели располагались по всему миру, и поэтому он много времени проводил в путешествиях. Он сказал, что иногда ему придётся путешествовать одному,
Начиная с вечера понедельника в «Бич-Клаб», меня представляли его друзьям и партнёрам. Он ни разу не намекал, что наш брак был чем-то иным, кроме любовного союза. Мы являлись предметом обсуждений не только в Майами, но и по всей стране. Даже в телевизионных передачах, где любили посплетничать, детально рассказывали о столь необычной паре. Конечно же, фотографии моего обручального кольца распространялись с невероятной скоростью. Новости о свадьбе ещё не проникли в прессу, но Стюарт не сомневался, что это событие будет на первой полосе уже утром в пятницу. Именно поэтому он и принял решение пожениться в четверг вечером. Весть о нашем бракосочетании попадёт в новости до выходных и наделает шуму прежде, чем потеряется в бессмыслице того, что произошло за неделю.
Пока я держала слово и не умоляла о его члене, но это с каждым разом становилось всё труднее. С ночи воскресенья, при помощи Стюарта, я достигала таких высот, о существовании которых даже и понятия не имела. Он множество раз удовлетворял меня орально и своими пальцами. Я не сопротивлялась этому подъёму, потому что падение было моей наградой за столь трудный поход. Когда его пальцы и язык работали вместе, неважно, что мои бёдра сопротивлялись и сжимались – я была бессильна перед разверзающейся пропастью и падением в неё, но не единым целым, а миллионами осколков. Хотя ему нравилось наблюдать, как я начинаю путешествие самостоятельно, я не раз замечала то, что скрывалось под его брюками. Каждый раз, когда я касалась его эрекции, моё любопытство росло, и я понимала, что это лишь вопрос времени, когда я поступлю так, как он предсказывал - буду умолять его. Мне хотелось сделать это в день нашей свадьбы.
За ночь до нашего отъезда в Белиз, Стюарт приехал домой раньше обычного. Лизы не было дома, а я сидела у бассейна с Сьюзен, заканчивая последние приготовления к ещё одному заказу одежды. Он состоял из особого ассортимента дизайнерских повседневных платьев, которые Лиза объявила необходимыми для моих ежедневных занятий.
Рокочущий голос Стюарта эхом прокатился по крыше, где располагался бассейн, и мы обе подняли глаза на его приближающуюся фигуру. Он был одет в один из своих пошитых на заказ костюмов, его светлые волосы были идеально уложены, но такого выражения лица мне ещё ни разу не доводилось видеть.
– Где, мать твою, твой телефон?
Глаза Сьюзен расширились, а я тем временем осматривала стол, передвигая журналы и наброски, и ответила:
– Я-я не знаю. В моей комнате?
Глядя на Сьюзен, Стюарт чуть изменил тон.
– Мисс Дженнингс, думаю, сегодня нам больше не понадобятся ваши услуги.
– Да, мистер Харрингтон, – ответила она, поднимаясь и собирая свои материалы со стола.
– Виктория, я жду тебя в своём кабинете, сейчас.
Сказав это, он покинул крышу в облаке царственного совершенства и ярости.
– Мисс? – спросила Сьюзен, когда мы остались одни, её глаза смотрели на меня с сомнением.
Мне хотелось убедить её, что всё в порядке, но я пока сама не знала, так ли это. Тем не менее, я улыбнулась и ободряюще кивнула, скорее даже в попытке успокоить саму себя.
– Благодарю тебя, Сьюзен. Увидимся через неделю. Тебя проводить?
Она выдавила из себя улыбку.
– Нет. Если у вас будут какие-то неожиданные сомнения по поводу этого заказа, у вас есть номер моего телефона.
– Я на сто процентов уверена, что заказ отличный, – ответила я.
Мне приходилось сталкиваться с гневом родителей больше раз, чем я могла сосчитать; я могла смело встретить и гнев Стюарта. Он во многом был ко мне добрее, чем они. Что бы ни расстроило его, я была убеждена, что смогу справиться. Но это, однако, не уменьшило моей тревоги, которая лишь росла с каждым моим шагом по дороге в его кабинет. Когда я вошла, то сразу спросила:
– Стюарт, что…
Он вздрогнул от звука моего голоса.
– Ты нашла свой гребаный телефон?
– Нет. – Я выпрямилась. Хотя его сжатые челюсти и мрачное выражение лица вселяли в меня ужас, но я должна была скоро стать его женой, и мне был неприятен его тон. – Я пришла в твой гребаный офис. Ты сам так сказал.
Он стал расхаживать перед столом.
– Я пытался до тебя дозвониться. К чему тебе, на хрен, этот чёртов телефон, если ты не носишь его с собой?
– Стюарт, – я поубавила резкости. – Что произошло? Почему ты пытался связаться со мной?
– Я даже звонил на домашний номер. Не смог, чёрт побери, ни до кого дозвониться. Наконец мне удалось добраться до мисс Мэдисон, но, как ты знаешь, она была не дома и тоже не смогла с тобой связаться.
– Но теперь ты здесь. Что такое?
Злость на его лице трансформировалась в нерешительность.
– Я заплатил грёбаные деньги. Я сделал это. Трэвис доставил их в понедельник.
Что за деньги? У меня закружилась голова, за такое короткое время произошло столько всего.
– Виктория, твой отчим в больнице.
У меня подкосились колени, накатил прилив тошноты. Те самые деньги. Я не позвонила ни Рэндалу, ни матери. Я была слишком занята, и, если говорить честно, мне нравилась мысль о том, чтобы заставить их понервничать.
– В больнице? Что случилось?
– Я не знаю. Бери сумочку. Мы едем в Мемориальный госпиталь.
Я кивнула с ничего не выражающим лицом, изо всех сил стараясь скрыть подкрадывающийся страх. О, Боже. Если он умрёт, на моей совести будет ещё одна смерть.
По дороге в госпиталь я проверила свои сообщения. Среди них было множество текстовых и голосовых сообщений от Стюарта, несколько от Вэл и одно голосовое сообщение от моей матери. Я прослушала его, не переключаясь на внешний динамик.