Котик
Шрифт:
Оказавшись в безопасности и уже внимательно рассмотрев добычу, Том успокоился. Среди бутылок попалось несколько коллекционных, до трех тысяч единиц за штуку.
— Богатейчики, значит, летели, народные кровопийцы, — констатировал контрабандист, разглядывая на просвет благородно серую от пыли бутылку. — Ничего, теперь им не скоро удастся похлебать чего-то крепче воды! А вот эта милая бутылочка, пожалуй, пойдет со мной на камбуз! Эй, Рыло, хочешь попробовать коллекционное «Шато-Мутон Ротшильд» две тысячи сто тридцать второго года? Рыло?! Куда ты уже свинтил, жопа с ушами?!
Микки
Все-таки подавился?! Киборг разжал коту пасть, на этот раз почти не встретив сопротивления.
Во рту оказались язвы, много. В основном на языке и в глотке, из-за чего Микки не мог ни есть, ни пить. Левый глаз слезится, дыхание слегка затруднено, температура повышена до сорока с половиной градусов.
Печати ветеринара о прививках в кошачьем паспорте оказались такими же липовыми, как и он сам. Котенок подхватил инфекцию неделю назад, когда Том зачем-то потащил его с собой к подружке — не то похвастаться, не то подарить, если сильно попросит. Киборгу эта идея очень не понравилось, но он послушно повязал котенку пышный голубой бант и понес за хозяином. На руках у киборга Микки вел себя прилично, только отчаянно цеплялся за него когтями и тихо взмявкивал, но когда хозяин перед самым порогом попытался его забрать, устроил истерику, вырвался и удрал в темноту трущоб. Пришлось Тому идти в гости без «а где же твой милый котичек?!», только с более сговорчивыми цветами. К счастью, ему и так оказались рады, а тем временем оставленный за порогом киборг изловил перепачканного грязью, чуть не удавившегося развязавшимся бантом Микки и отнес во флайер, радуясь, что все обошлось.
Не обошлось.
— Ну куда тебя… — Том столкнулся с киборгом на выходе из грузового отсека и чуть не выронил драгоценную бутылку. — Какого хрена?!
— Объект «Микки» поврежден, — доложил киборг. — Предположительно — вирусная инфекция герпесподобного типа.
Ветеринарной медицинской базы у киборга не было, а поиск по симптомам в человеческой выдал этот вариант.
— Ну и чё? — Том попытался обойти этого дебила, но не вышло.
— Объекту «Микки» требуется срочная медицинская помощь, — настаивал киборг.
Том вспомнил про попугая и загрустил. Но везти кота в ближайшую ветеринарную клинику, когда сектор так и кишит раздраконенными копами, слишком рискованно. «Налим», пусть и с замазанным названием, успели «срисовать», и все судна подобного типа тщательно проверяются. Если его застукают с краденым вином на борту, отвертеться не удастся. Надо сперва сбагрить товар, и Том уже знал, кому, но до него шесть дней лету по открытому космосу.
— Обойдется, — отмахнулся хозяин. — Оставь его в покое, может, отлежится и оклемается.
— Вероятность данного события семь целых две десятых процента.
— Пшел вон, кому я сказал! — рыкнул Том, пряча чувство вины за злостью. — Это всего лишь кот, сдохнет
Киборг не хотел другого кота, он хотел Микки. Но приказ был однозначный: отойти и положить объект на место.
Вином Том киборга все-таки угостил, плеснул на дно бокала. Ритуал такой, надо обмыть успех. Сказал: «выпьем за здоровье этой чертовой скотины!», и махнул свою порцию до дна. Непонятное и бессмысленное в данном контексте действие. Киборгу хозяин подливать не стал, употребил остальное сам, про кота больше не вспоминая. Велел подробно отчитаться о захвате лайнера, воодушевился и принялся рассказывать про собственные победы, как он там, с этими, бластеры-шмастеры, а еще была одна брюнетка с во-о-от такими буферами…
Киборг сидел и неотрывно смотрел в одну точку. Не в глаза хозяину, Тома это напрягало, и не в сторону, а то что это за собеседник! Лучше слегка опустить голову, словно внимательно слушаешь и обдумываешь. И включить фильтр звуков, сосредоточившись на единственно важных.
Кот шевельнулся. Подвыпивший Том не заметил, как блеснули глаза киборга, а если и заметил, то принялся трепаться еще воодушевленнее.
Но Микки лишь повернулся на другой бок, облизнул сухой потрескавшийся нос и снова оцепенел.
***
В монотонном перелете биологические часы Тома сбились, сон снова испортился. Если бы не киборг, на полу перед койкой было бы уже некуда ступить от грязной посуды и пустых бутылок. Хозяин почти все время валялся в постели, смотрел головизор, гонял монстров в виртуальном лабиринте. Иногда пытался читать, но спекался на пятой-десятой странице и возвращался к фильмам.
Нахохленный котенок сидел на матрасе, слезая с него только ради лотка, что случалось все реже и реже — нечем. Когда киборг украдкой проводил по его шерсти, пытаясь придать ей прежний, гладкий и блестящий вид, она лезла клочьями.
Динамика состояния была отрицательной.
Вероятность самопроизвольного выздоровления снизилась до двух процентов.
Сперва киборг старательно докладывал Тому обо всех изменениях в состоянии объекта, надеясь, что это наконец заставит хозяина осознать серьезность положения и принять меры, но получил еще более резкий приказ отцепиться и от кота, и от Тома. Хорошо хоть конкретного: «Я запрещаю тебе подходить и прикасаться к Микки» не последовало.
Вечером третьего дня температура объекта упала до тридцати семи градусов, но обезвоживание и апатия только усилились. Котенок не выздоравливал, он просто перестал бороться.
Киборг навытяжку лежал рядом, непрерывно, как зацикленный, снимая все ухудшающиеся показатели. Хозяин уже спал, у него день сегодня удался: и рекорд в игре поставил, и потрахался успешно.
Регенерация слизистой завершена.
Киборг рассеянно смахнул информационное окошко и неожиданно подумал: а что его программа самосохранения сделала бы в случае подобной инфекции?
Ликвидировать обезвоживание.
Поднять температуру тела.