Кот в мешке
Шрифт:
С такими безрадостными мыслями Леня Маркиз ехал по улице, как вдруг он увидел на перекрестке инспектора ГАИ, или как сейчас называется эта суровая организация — ГИБДД.
Гаишник недвусмысленно делал Лене знаки остановиться. Только этого не хватало!
Вот теперь Маркизу действительно стало страшно.
Одно дело, если он сам явится в милицию с этим злополучным трупом. Тоже, конечно, ничего хорошего, но все же какие-то шансы на спасение есть. А вот если его остановят на улице с мертвой женщиной в машине — тут уж точно никогда не оправдаешься!
Гаишник
— Сержант Трясогузкин. Ваши документы, пожалуйста!
Леня протянул милиционеру права и документы на машину и робко поинтересовался:
— Разве я что-нибудь нарушил?
— Один господь бог ничего не нарушает, — философски проговорил сержант. — Вы не включили левый поворотник.
Леня прекрасно помнил, что включал поворотник, но спорить с инспектором может только камикадзе.
— Ну, может быть, мы как-нибудь договоримся? — просительно протянул Леня, вытащив из бумажника сторублевую купюру.
— Вот видите, — дружелюбно ответил Трясогузкин, — значит, вы чувствуете за собой вину, если готовы заплатить… Только я не имею права взять с вас штраф на месте.
— Я не плачу штраф, я хочу сделать добровольный взнос в фонд организации культурного досуга малоимущих милиционеров…
— Если бы все водители так хорошо понимали нужды нашей милиции! — Сержант удовлетворенно улыбнулся, спрятав деньги в бумажник. — Правда, девушка? — Он наклонился, взглянув на Ленину молчаливую пассажирку.
— Она плохо себя чувствует, — сообщил Маркиз, стараясь не впасть в панику, — мы едем в больницу, поэтому я спешу…
— Правда, как-то она неважно выглядит, — согласился сердобольный сержант, — может, вам «скорую» вызвать? Быстрее получится, а то вы ведь знаете, как сейчас в больницах — помереть можно, пока врача дождешься… Девушка, хотите, вызову «скорую»?
«Девушка» по вполне понятной причине не ответила, и Маркизу пришлось отдуваться за двоих:
— «Скорая» в дежурную больницу отвезет, там ни ухода не будет, ни лечения. Я ее везу в Пятую городскую, там у меня брат работает. Сами понимаете, когда свой человек, гораздо лучше, все-таки приглядит…
— Брат? — переспросил Трясогузкин. — Ну тогда конечно… Брат — это святое… Ну ладно, коли так, поезжайте…
В его голосе звучало легкое сомнение оттого, что Пятая городская больница была известна, как самая отвратительная в городе, и попасть туда по доброй воле никто не хотел. Большой удачей считалось выйти из этой больницы в том же состоянии, в каком попал, то есть относительно живым, не подхватив какой-нибудь заразы, не простудившись в продуваемых насквозь коридорах, не сломав ногу на скользком линолеуме, либо же вообще не отдав концы.
Леня перевел дыхание и скорее покинул разговорчивого сержанта, старательно соблюдая все существующие правила. Руки у него чуть заметно дрожали, по спине стекали капли пота, хотя в машине было далеко не жарко.
— Ну и подложила ты мне свинью… — негромко проговорил он, покосившись на свою пассажирку. — Чтобы я еще кого-нибудь подвез!
Леня
Остановившись перед очередным светофором, он оказался рядом с бежевой «восьмеркой», за рулем которой сидела очень симпатичная брюнетка лет двадцати пяти. Девушка окинула Маркиза оценивающим заинтересованным взглядом, явно одобрила и кокетливо состроила глазки. Затем она заметила, что он в машине не один, несколько огорчилась и разочарованно вгляделась в его спутницу.
Тут же на лице брюнетки появилось такое выражение, будто она увидела привидение… Впрочем, почти так оно и было.
Леня покосился на свою немногословную «пассажирку» и увидел, что та сползла с сидения и приняла крайне неудобную позу, совершенно невозможную для живого человека.
К счастью, включился зеленый сигнал светофора, Леня рванул с места и быстро оторвался от бежевых «Жигулей». Придерживая левой рукой руль, он постарался усадить свою беспокойную «пассажирку» поудобнее.
Однако сложившаяся ситуация с каждой минутой нравилась ему все меньше и меньше. Его наверняка запомнил сержант-гаишник, теперь еще эта любопытная брюнетка в «восьмерке»… Машина у него заметная, запоминающаяся. Всю жизнь Леня предпочитал использовать дешевые неброские автомобили, но теперь он временно отошел от дел, расслабился и забыл о золотых правилах конспирации — вот и доигрался! Хотя кто же мог знать, что совершенно незнакомая женщина ни с того ни с сего умрет у него в машине?
Он ехал, внимательно оглядываясь по сторонам и мечтая только о том, чтобы без приключений добраться до своей цели.
Наконец Леня свернул на улицу Капитана Копейкина, где располагалась Пятая городская больница, известная в народе как «Пятая истребительная». Подкатив к обшарпанному крыльцу с табличкой «Приемный покой», он заглушил мотор «тойоты» и поставил ее на ручник.
Прежде чем оставить неизвестную женщину в приемном покое, он решил установить ее личность, выяснить, кого послала ему подлая судьба.
На сиденье рядом с женщиной валялась ее сумка из мягкой бежевой замши, под цвет пальто, и наверняка очень дорогая. Маркиз открыл сумку и вытряхнул на сиденье ее содержимое.
Кроме традиционных женских мелочей — тюбика французской губной помады, пудреницы, маленького флакончика духов «Палома Пикассо», — в сумочке лежал пропуск на основе магнитной карты с отпечатанным на нем именем Ирины Леопольдовны Крыловой, маленькая изящная записная книжка в кожаном переплете и пластиковая кредитная карточка «Виза». Еще в кармашке Леня нашел паспорт на имя все той же Ирины Крыловой, 1960 года рождения, прописанной по адресу: улица Пушкинская, дом 5, квартира 16.