Кот, который выследил вора
Шрифт:
Но вот беда: в их домах поселились неприкаянные души шахтеров, которые погибли под завалами или при взрывах рудничного газа. Шумные призраки не давали почтенным семействам спать по ночам, пугали детей.
Одна центральная газета даже послала в Пикакс с почтовой каретой своего репортёра, и тот расписал в красках проделки призраков, их стоны, покашливание и злорадные смешки.
Вскоре после того в Пикакс прикатил крытый фургон. Лошадьми правил некий человек по имени Чарльз Луис Джонс Его сопровождала симпатичная молодая женщина в капоре,
Он заявил, что обладает магическим дароми может избавить всю округу от привидений. По его словам, он уже сотворил такое чудо для многих жителей Центра.
Он, конечно, потребовал солидное вознаграждение, но потерявшие покой и сон хозяева рудников были готовы отдать ему что угодно. Для изгнания духов ему понадобился пикакс (киркомотыга), шахтёрская шапка и несколько джутовых мешков, наполненных песком.
И вот эти двое взялись за дело. Работали они по ночам, когда хозяева особняков ложились спать. Сестра тащила киркомотыгу и бубнила заговоры, а брат в шахтерской шапке разбрасывал песок по чердакам и подвалам.
Спустя пару недель шахтовладельцы вроде бы вздохнули с облегчением и отсыпали заезжему чудодею ещё звонкой монеты, чтобы не ослаблял усилий.
Всё это время брата с сестрой принимали по-королевски, поскольку людьми они были славными и милыми. Чарльз Луис очаровал всех в округе. Никому не хотелось, чтобы он уезжал, и меньше всего Люси Ханикатт. Её отцу принадлежала шахта «Хани-Хилл». Люси нельзя было назвать самой красивой девушкой на бульваре. зато за ней давали самое большое приданое.
Когда Чарльз Луис попросил её руки, мистер Ханикатт был польщён, а Люси затрепетала от восторга. Она объедет со своим красавцем мужем всю страну, помогая попавшим в беду людям! Дора научит её магическим заклинаниям!
И вот состоялась свадьба, несколько поспешная, как поговаривали сплетники…
Пока в тишине комнаты, нарушаемой только шумом бурливого потока, прокручивалась магнитофонная запись, Квиллер наблюдал за гостями. Даниэль слушала с удовольствием, её «кузен» был настроен критичнее. При упоминании имени Чарльза Луиса Джонса его веки дрогнули. Когда речь пошла о приданом Люси и поспешной женитьбе, он снял ногу с ноги, выпрямился и, поставив бокал, взглянул на Даниэль, «Начинает улавливать суть», – подумал Квиллер. Тем временем история продолжалась.
После свадьбы ночные ритуалы возобновились, хотя владельцы особняков стали ворчать, жалуясь, что зря платят деньги.
И вот однажды вечером, поев тушёной кефали, приготовленной свояченицей, Люси заболела.
В ту же ночь Чарльз и Дора исчезли в своём крытом фургоне, прихватив приданое Люси, а также столовое серебро и ювелирные украшения из домов с привидениями. Вероятно, они совали украденное добро в джутовые мешки из-под песка.
Можно было бы посмеяться над этой байкой о привидениях, легковерных горожанах, бойком шарлатане и женщине, притворявшейся его сестрой,
Картер Ли, сжав зубы, молча сверлил взглядом Квиллера, а тот спросил как ни в чем не бывало:
– Ну что, понравилось? Может, хотите прослушать ещё разок?
Сидевший на диване мужчина повернулся к своей спутнице и процедил сквозь зубы:
– Иди в машину!
– Почему? – заскулила она, с недовольным видом поглядывая на недопитый коктейль.
– Иди в машину! Делай, что говорят!
Она поднялась с неохотным видом и направилась в прихожую, чтобы надеть ботинки.
– К чёрту ботинки! Убирайся отсюда немедленно! – Когда же дверь за ней захлопнулась, он бросил Квиллеру: – Очень смешно! Что за игру вы затеяли?
С балкона послышался тихий щёлчок – это приоткрылась дверь кошачьей комнаты. Скрипнула ещё одна дверь.
– О, есть такая старинная мускаунтская игра под названием «Вызов прокурора».
Вскочив с дивана, Картер Ли схватил со стола кинжал.
Квиллер тоже поднялся.
– Не горячитесь! Мы не одни. – Он показал рукой на антресоли. По перилам шёл Коко. А из спальни Квиллера выходил Уэзерби.
Картер Ли помедлил долю секунды, и вдруг что-то спикировало на него, как орёл на кролика. Он завопил от боли, когда острые когти вцепились ему в голову. Наполовину ослеплённый струйками крови, он бросился к выходу, пошатываясь, переворачивая по дороге мебель и ощупью отыскивая путь на улицу. А Коко по-прежнему восседал на голове мошенника, глухой к его отчаянным воплям, окрикам Квиллера и тревожному мяуканью Юм-Юм. Уэзерби тоже взревел, бухая вниз по лестнице. Наступила минута полнейшего хаоса, но вот наконец Коко спрыгнул на пол, а Картеру Ли удалось найти спасительную дверь.
– Надо ехать за ним! – крикнул Квиллер.
– Давай возьмем мой пикап! Он на ходу!
Они схватили куртки и выскочили на улицу, оставив в прихожей Коко, спокойно облизывающего когти.
Пикап Уэзерби следовал по пятам за «лэнд-ровером», который, проехав по лужам на Ривер-лейн, повернул налево к сторожке у ворот, затем вновь налево, на шоссе «Скатертью дорога».
– Интересно, куда это они направляются? – пропыхтел Квиллер, доставая мобильник.
– За рулём сидит она. Посмотри, как их заносит!
Квиллер произнёс в трубку:
– Подозреваемый в убийстве и его сообщница направляются на запад по шоссе «Скатертью дорога» в белом «лэнд-ровере». У подозреваемого повреждена голова. За рулем женщина, машина движется зигзагами. Сейчас они в трёх милях от моста. Наша машина следует за ними. Конец связи.
Ответ был практически неразличим, поскольку колеса пикапа с шумом врезались в лужу. Фонтаны грязной воды, поднятые «лэнд-ровером», заливали ветровое стекло, и дворники работали как сумасшедшие, чтобы очистить обзор.