Кот да Винчи
Шрифт:
Фёдор Достоевский
«Странно!», – подумала я, глядя очередной раз на часовое табло сотового телефона.
Вот уже пятнадцать минут я ждала своего хорошего приятеля Даниила, а попросту Даньку, как мы и условились, у главного входа в театр. Но, он не появлялся, и телефон его был отключён.
С Данькой, я познакомилась недавно на «нашумевшем» спектакле. Мы с ним обменялись телефонами, и с тех пор начали встречаться.
Даниил был студентом. Как мне показалось, он не относился к категории легкомысленных
Я опять посмотрела на часы. Холодный, осенний ветер усиливался. По небу плыли объёмные чёрные мешки воды – тучи. Поправив своё прямое ярко-красное пальто, я отвернулась от кучки молодых людей, которые с интересом на меня посматривали, и, ещё раз, про себя отметила, что выгляжу замечательно. Ещё бы, моя мама умела одеваться со вкусом, это же передалось и мне. Ярко-красное пальто, белый развивающийся шарф, белоснежные сапоги на каблучках, такие же, как снег перчатки, кровавая сумочка и шляпка цвета клубники, разве не вызывающе для школьницы?
Но… Данька все ещё не появлялся. Стоя одна около входа, я чувствовала себя неловко. Наконец, не выдержав, я решила пойти одна.
Это был последний спектакль гастролирующего известного московского театра, но мне всё-таки удалось достать лишний билетик перед началом.
Зайдя в фойе, я буквально остолбенела! Данька, как ни в чем не бывало, прогуливался под руку с какой-то девушкой, оживленно с ней разговаривая. На какое-то мгновение наши взгляды встретились, но он сделал вид, что меня не узнал. Удивившись, я хотела, было направиться к нему. Но тут прозвенел последний звонок, и Даниил с девушкой и толпой зрителей исчез в темноте зала.
«Странно! Но, сегодня что-то все складывается не так!», – подумала я, пробираясь на своё место. Во время антракта я вышла из зала и пошла в буфет, чтобы традиционно съесть пирожное с газировкой. Сидя за столиком в буфете, я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Оглянувшись, я заметила не знакомого мне юношу с книгой в руках, который, увидев, что я обратила на него внимание, тут же подошёл ко мне и, извиняясь, попросил у меня… автограф. Я удивилась.
– Мой автограф?!
– Да, – подтвердил юноша, – в Вашей книге…
– В моей книге?! Но, я никогда не писала книг!
– Ну, пожалуйста, – настаивал он, думая, что я отшучиваюсь.
Я взяла из его рук книгу и прочла на обложке: «Изумруды у воды», Анна Строганова.
Я широко раскрыла глаза от удивления. Меня, действительно, звали Анной и фамилия моя была Строганова. Сзади, на обложке книги я с удивлением обнаружила «свою» биографию со «своей» собственной фотографией, в подлинности которой я не сомневалась. Вот только, где это я снималась, я вспомнить не могла… Биография тоже была похожа на мою до слов: «с 9 лет пишу рассказы» и так далее…
К литературе я, по правде, не имела никакого отношения. Училась я в музыкальном училище и в будущем хотела быть композитором.
Все это походило на какой-то розыгрыш. Юноша ждал. Ничего не понимая, я достала шариковую ручку и расписалась на
Антракт ещё продолжался. В фойе ко мне быстрой походкой, неожиданно подошла уже немолодая, похожая на учительницу, миловидная женщина с пышной причёской и воскликнула:
– Аня, я тебя везде ищу!
– Простите… – пробормотала я, ничего не понимая.
– Прощаю, прощаю творческую личность! Я понимаю, что ты занята, у тебя есть ещё учёба и всё такое прочее…
– Но…
– Послушай, – не слушая меня, скороговоркой продолжала миловидная женщина с пышной причёской, – Аркадий Алексеевич как раз сегодня тоже пришёл на спектакль, и я сейчас тебя с ним познакомлю!
– С кем? – недоумевала я.
– Ну, Аня, твоя рассеянность не имеет границ…, с главным редактором журнала «Молодёжь» Аркадием Кировым, конечно! Мы ведь с тобой говорили, что это знакомство очень важно для тебя сейчас!
«Нет, это не розыгрыш», – подумала я. Я хотела что-то возразить, но она взяла уже меня под руку и быстро подвела к стоявшей недалеко группе мужчин.
– Вот, она, Аркадий Алексеевич, – обратилась она к мужчине среднего роста, лет тридцати. – Наша звезда – Аня Строганова.
Тот, кого звали Аркадием Алексеевичем, широко улыбнулся. Все, кто стоял рядом, с интересом повернулись в мою сторону и тоже стали улыбаться, и одобрительно переговариваться.
Я нерешительно протянула руку Аркадию Алексеевичу.
– Очень приятно, – сказал он, тепло её пожимая.
– Взаимно, – выдавила я, продолжая ничего не понимать. В этот момент мне почему-то вспомнилось выражение: «А на утро она проснулась знаменитой», только я не могла понять, почему это происходит со мной? А может быть, мне это всё снится?
– Извините, я вас оставлю, – быстро проговорила миловидная женщина с пышной причёской, заметив в толпу гуляющих зрителей, вероятно, свою знакомую.
– Анна – по-отечески начал Аркадий Алексеевич, – я давно слежу за вашим творчеством, и Вас, конечно же, поздравляю с вашей первой книгой. Она, буквально, как говорят сейчас, «зацепила» всех своей искренностью. Я думаю, что теперь мы…
Он продолжал говорить, но я его не слушала, машинально кивая ему в ответ. В моей голове был полный сумбур. Мысли проносились одна за другой. Я думала о том, что когда-то, в школьные годы я, действительно, любила фантазировать и даже пробовала писать приключения и маленькие рассказики. Учителя говорили, что у меня есть литературные способности. Даже участвовала в каких-то конкурсах. Но, когда я стала постарше, мои родители решили, что я продолжу их музыкальное поприще. Моя мама окончила консерваторию, а папа музыкальное училище, но после него он вдруг поступил в педагогический университет, а дальше защитил диссертацию целых два раза, в результате чего стал доктором педагогических наук, профессором и при всём при этом продолжает играть на скрипке и поёт. И конечно, как после всего этого я могу обойтись одной музыкальной школой? Только вот интересно, после училища я тоже куда-нибудь сбегу или буду продолжать музыкальное образование?