Косточка с вишней

Лавринович Ася

Интересно, а дома ли дедушка? Признаться, мне не очень хотелось попадаться к нему на глаза. Его взгляд был таким недружелюбным и колючим, а чем объяснить его такую нелюбовь ко мне, я не знал.

Наконец, Женька появилась на крыльце. В руках у нее было два битком набитых пакета. За спиной огромный рюкзак. Женька доплелась до красивой белой калитки, с силой пнула ее ногой и протянула мне пакеты:

– Фух, пока доперла!

– Что это? – спросил я, с готовностью принимая у нее тяжелую ношу.

– Там продукты, и так…

по мелочи.

Ничего себе! Действительно, мелочевка.

– Можешь мне и рюкзак свой отдать, – кивнул я Жене за спину.

– Ерунда! Я очень сильная! – девчонка согнула правую руку в локте и продемонстрировала бицепс, – Ну, что стоишь? В путь!

– Мы идем в поход? – поинтересовался я, когда мы нагруженные плелись по улице.

Женька на секунду остановилась и посмотрела на небо.

– Поход? Нет, не думаю… Дождя бы только не было.

– Может, ты все-таки приоткроешь завесу тайны и объяснишь, куда держит путь наш караван историй?

Женька недовольно почесала нос.

– Помнишь, я тебе показывала один секретный остров? Так вот, мне нужно отвезти туда продукты, заполнить холодильник для дедушки и рыбаков на неделю. И еще кое-какие свои личные вещи оставить… Буду там к экзаменам готовиться, чтобы никто не мешал!

– Теперь все ясно, – кивнул я.

– Меня немного смущает погода, – неуверенно продолжила Женя, – Ветер может все это серое безобразие на небе разогнать, а может и дождь знатно полить… Тут как повезет. Добраться бы без приключений.

– Ну… если ты возьмешь исправную лодку, думаю, все обойдется! – предположил я.

Женька показала мне язык.

Придя на пляж, мы обнаружили, что море было очень неспокойным. На пляже почти никто не купался.

– Установлен желтый флаг, – пожала плечами Женя, – Не так все и страшно, Косточка. Только не бойся, как-нибудь доплывем.

– Конечно, доплывем! – кивнул я, – С таким опытным капитаном!

Женя дурашливо поклонилась, придерживая за плечами тяжеленный рюкзак. Меня стихия не пугала, напротив, даже завораживала.

Лодка, которую приготовила Женька для нашей поездки, на сей раз оказалась новенькой и ослепительно-белой.

– Стесняюсь спросить, – начал я, залезая на судно, – На кой черт ты тогда подсунула нам своего «Резвого», когда есть такая альтернатива развалюхе?

– Много ты понимаешь! – возмущенно фыркнула Женя, – Да, «Резвый», если хочешь знать, мне уже как брат родной! Это первая лодка, которую мне доверили в жизни… Она моя, понимаешь? И вообще знаешь что, Константин…

– Павлович, – подсказал я.

– Пусть будет Павлович! – кивнула Женька, по-прежнему сердито сжимая кулаки, – Сломался «Резвый» впервые при тебе! Не вынес твоего пресного общества!

Кажется, у Женьки от возмущения даже раздулись ноздри.

– Ладно-ладно, – примирительно поднял я руки вверх, – Ты чего так раздухарилась? Приношу свои извинения твоему «Резвому». Тем более,

один раз он нас здорово выручил.

Я вспомнил, как благодаря заглохшей лодке Наташиным преследователям пришлось искупаться в одежде в море.

Женька, ни слова мне не сказав, гордо проследовала к рулю моторки. Небо над нами стало, кажется, еще темней. Тучи приобрели грязный черный оттенок, волны с силой ударялись о судно. Женька же уверенно управляла лодкой, я и глазом моргнуть не успел, как мы оказались в открытом бурлящем море.

Сначала я долго смотрел на воду, потом мне это надоело, и я перевел взгляд на Женю. Сегодня она была в светлых льняных шортах и черной рубашке. В ужасной безвкусной панаме я девчонку больше не видел. Ветер трепал короткие светлые волосы, движения Жени были плавными и уверенными. Я даже ею залюбовался. Вспомнил, как в наше первое путешествие на остров Женя была в светлом сарафане, и ветер то и дело норовил приподнять ей юбку. Женьке идут женственные вещи, зря она вросла в этот образ пацанки. Я поднялся со своего места и, покачиваясь от неунимающихся волн, подошел к девчонке.

– Ты вообще носишь юбки? – вдруг спросил я, близко наклонившись к ней.

– Что? – не поняла меня сразу Женька.

– Юбки, говорю, носишь?

– А… Не-е… Только в школу! Дедушка в джинсах не разрешает.

«Ах, в школу…», – подумал я. Мысль о том, что Женька школьница, меня немного отрезвила. Стало немного неудобно, что я всю дорогу не отрывал взгляда от ее красивых загорелых ног.

– Эх, Женечка! – вздохнул я, – Где мои семнадцать лет?

Женя взглянула на меня исподлобья. Я заметил, что у нее очень пушистые черные ресницы. Притом, что накрашенной я видел ее однажды, в тот вечер в баре… Что скрывать, без макияжа Женя очень красивая.

– Что за разговоры такие? – сердито буркнула девчонка, – Я тебя, Палыч, и за борт могу спихнуть.

– Так и делай современным барышням комплименты! – притворно покачал я головой.

– Спасибо! – немного смутившись, ответила Женя.

Благодаря мастерству Женьки в такую «нелетную» погоду мы благополучно добрались до уже известного мне острова. Как только мы вышли на берег, с неба крупными каплями пошел дождь.

– Успели! – обрадовалась Женька.

Девчонка вытянула вперед ладони:

– Что может быть лучше теплого дождя и лета? – воскликнула она.

Капли, действительно, были горячими. Видимо, за утро небо успело настолько раскалиться.

Пока мы с этими тяжеленными авоськами плелись до рыбацкого домика, стихия успела не на шутку разыграться. Ветер трепал мои волосы, шорты, рубашку… В конце концов дождь так разошелся, что нам пришлось поторопиться, чтобы не промокнуть до нитки.

Внутри дома, срубленного из бревен, были две лавки, стол, холодильник, умывальник… В нем было очень уютно, пахло деревом. Женька зажгла лампочку, распорядилась: