Костанътинъ
Шрифт:
– Здравствуй, Брагинский, здравствуй, крестник. Идем-те к машине.
– Ура, не кэб, – обрадовался Иван, спокойно держа чемоданы и волоча их за собой, – а то мой рост не позволяет усесться в нем как следует.
Они вышли к стоянке авто. Иван, разумеется, увидел машину к которой подходил Артур.
– Я тоже от них отвык. Теперь это моя машинка. На права я сдал давно.
– У меня УАЗик.
– Боже, Брагинский, не напоминай об этой жуткой тачке! Мы тогда все себе отбили, когда поехали по твоим дорогам! – поморщился Кёркленд
– У меня теперь другая модель, УАЗ Патриот. Президент подарил. И дороги в стране – другие совсем. Так что я вас в гости жду.
– Это я сам покупал, – Артур любовно провел по капоту своей машины. – Land Rover. Мне у тебя понравилось, когда мы в Стрельне были. С огромным удовольствием воспользуюсь твоим предложением.
– Хорошая машина. Ну, поехали, да? – спросил у него Брагинский, когда Артур и он сам закинули чемоданы в нутро машинки.
– Поехали!
Брагинский сел вперед и нехотя нацепил ремень безопасности, Артур сел за руль. Константин – на заднее сиденье и тоже надел ремень.
Беседа завязалсь неспешная: Артур с Иваном сразу же договорились не касаться острых углов дебрей политических отношений. Нет, разумеется они коснутся их... Как только оба отдохнут.
Константин в то время рассматривал вид города, который быстро пролетал за окном движущейся машины. Интересные двухэтажные автобусы, спешащие куда-то люди, дома, очень близко стоящие к друг другу, и немного иные, не такие как в России, создавало совсем другую атмосферу.
Артур вел машину идеально, но, к сожалению, не быстро. Константин совсем не привык к такому, ведь сами понимаете, Россия есть Россия. Да еще они в пробке застряли...
Через час, насытившись беседой, Иван уже спал на сидении, свесив голову на грудь и мрачно улыбаясь чему-то во сне. Константин сделал вид что тоже задремал, и из-под полуприкрытых век наблюдал за нервно отбарабанивающем пальцами в такт на руле дядей Артуром. Артур превосходно ругался сквозь зубы, проклиная этот мир, пробки, час-пик, водителей-неумех, снова пробки, потом мир...
Но сон все же сморил Константина.
Артур их с трудом растолкал. При этом Иван сонно, с минуту, говорил с Гиблертом, по поводу каких-то бутылок, а Константин рычал и шипел, что время пробудки еще не пришло и путь отец даст ему досмотреть хотя бы один-единственный сон.
– А! – резко выпрямился на своем сидении Константин, – чего?
– Встать! Вы приехали! – Артур уже был очень недоволен, что Брагинского поднять не удалось. Тот сонно, не открывая глаз, отпихивался от Англии (при этом называя его то Торисом, то Америкой, то Ваном Яо), уже покрасневшим от едва сдерживаемой ярости.
– Есть другой способ, дядя Артур! – с этими словами Константин вышел из машины и, склонившись прямо над ухом, что-то прошептал. И быстрее молнии отпрыгнул на почтительное расстояние. Ивана как током ударило. Он подпрыгнул, ударился головой о верх машины и с ужасом открыл
– ЧТО?! – воскликнул Иван, потирая рукой место удара. И ошалело глядя по сторонам.
– Пап, мы в Англии, помнишь? Ты заснул в машине, – мягко, проговаривая каждое слово, сказал Константин.
– Ааа, – протянул Иван. – Простите, что-то я слишком устал. Померещилось мне... Гадость всякая...
Константин едва сдерживал смех. Иван вышел из машины и спокойно начал доставать чемоданы.
Как только Иван оказался на том расстоянии, на котором не смог бы их обоих услышать, Артур начал вопрошать Константина.
– Что ты ему такое сказал, чтобы он так отреагировал?
– Я надеюсь, что ты никому не скажешь... “У нас кончилась в стране водка. Что делать?” – виновато глядя на асфальт, произнес Константин.
Артур согнулся в три погибели от смеха.
Единственное, что очень радовало Артура – обилие нормальной, человеческой еды в холодильнике. Брагинский, когда впервые отрыл его холодильник, просто горестно взвыл: жрать нормальному, русскому мужику, было попросту нечего. Артур, не умея готовить, либо заказывал еду, либо шел есть в ближайшую забегаловку.
Константин с Иваном, который предварительно выпросил кредитку Артура, быстро смотались в ближайший магазин. Константин, тем не менее минут пятнадцать ржал: ну как это можно было выжить в те годы, когда и еду-то надо было ловить или ожидать, пока вырастет и созреет?
Артур выразительно покраснел от злости, и Иван поспешил увести все еще хохочущего сына.
С утра чета Брагинских бегала – занималась спортом, готовила. Потом они расползались кто куда – Константин учил свои новые заклятия, зелья и прочее, а Иван – решал дела государства, посылая бумаги по интернету.
Ведь все страны или, по крайней мере, большинство, работали в политической сфере.
Иногда все трое дружно колдовали. Артур радовался, что у него это получается более удачно.
Еще ему нравилось наблюдать за готовкой зелий. Брагинский свое слово сдержал – мальчик знал буквально все о зельях и все время пополнял свои знания в этой области. Артуру достался большой запас из того, чего они готовили.
Так плавно наступило время дня рождения Константина.
С утра Константин был готов абсолютно ко всему, но не к тому, что его ожидало...
Спустившись на кухню, он, полусонный, вскрикнул от неожиданности: крики “Поздравляем с днем рождения!” оглушили его. Оказывается, его уже ждали четверо.
Дядя Артур, дядя Альфред, дядя Яо и отец, чему-то очень недовольный. Видимо, сказывалось нахождение двух взаимно, а нет, трех взаимно ненавидящих друг друга наций.
Крестные отцы наперебой начали поздравлять его и вручать подарки. Другие подарки прибыли по почте.
Быстро поблагодарив всех за подарки, Константин сел их разворачивать.