Космос-Риск, Лимитед

Банч Кристофер

Из дверей выскочил человек и остановился, пьяно пошатываясь. На нем были ботинки, нижняя часть орбитального костюма, и больше ничего.

— Тебе уже было сказано, — прогремел голос изнутри гостиницы «Капля росы», — я пью только с теми, кто мне нравится. И дважды не повторяю.

Голос был глубоким, раскатистым, но как будто принадлежал женщине. Шахтер потоптался у дверей, потом вздохнул и поковылял на улицу с намерением где-нибудь подремать.

Рисс и Бальдур с сомнением поглядели друг на Друга.

— Кажется,

нам следовало захватить с собой Грока, — сказал Бальдур. — Мне совсем не хочется ни за что ни про что ввязываться в драку.

— Нам обоим не хочется, — согласилась Рисс. — Так что не стой у меня на дороге, если соберусь бежать.

— Надо бы посмотреть, нет ли отсюда другого выхода, — предложил Бальдур, и они вошли внутрь.

Бар был похож на все пивнушки для рабочих: через каждые три метра — пивные насосы; тут же разливали что покрепче; емкости с напитками стояли неровными рядами, и полдюжины барменов всех размеров возвышались с грозным видом, готовые разнять буянов и в случае необходимости использовать последнее средство — метровую дубинку.

Единственной нестандартной деталью здесь был расписанный потолок — с изображением пояса астероидов и мерцающими огоньками то ли шахтерских поселков, то ли шахт.

С десяток мужчин и женщин мирно играли в шахматы, несколько человек то ли по традиции, то ли под солидной дозой наркотика сидели в глубине зала, и одна женщина расположилась у стойки бара.

Она была немного ниже, чем метр с третью, и немного уже. Волосы у нее были коротко подстрижены, как делали многие шахтеры для удобства; на ней были часть летного костюма и тяжелые ботинки.

Перед ней стояли полбутылки чистого спирта, небольшой сосуд с ложечкой, несколько сигар и стакан воды.

Рисс и Бальдур сели к стойке, заказали бренди и запить, что им тут же и подали.

Мичел бросила взгляд на женщину:

— Вы случайно не Л. С. Доу?

— Да, это я… но только не случайно. Черт знает какое мне досталось имя. Угостить вас? — Доу толкнула маленькую емкость по стойке.

Рисс немного поколебалась, потом открыла банку, зачерпнула ложкой и принюхалась.

И слегка вздрогнула.

— Настоящая дурь, — сказала Доу. — Я знаю ребят, которые ее делают.

Рисс заморгала и глубоко вздохнула:

— Прибавляет жизни сердцу.

— Всему прибавляет жизни, — сказала Доу. — По крайней мере пока не выдохнешься, а потом все по-настоящему замедляется.

— Может, и я немного попробую, — решилась Рисс. Она протянула баночку Бальдуру.

— А я лучше воздержусь, — сказал Бальдур. — У меня и так все время кровь из носа идет.

— Ладно, а я махну-нюхну разок. — Доу потянула носом наркотик. — Полагаю, вы пришли сюда по мою душу.

— Так и есть.

— Видели этого придурка, которого я вышвырнула на улицу?

— Видели.

— Когда я нюхаю кокаин, мне обычно ни с кем не хочется общаться. Но если вы будете себя

хорошо вести и у нас с вами нет несовместимости, можно немного поговорить.

— Касательно Общества помощи шахтерам. В котором вы — президент.

— А, проклятье, — прорычала Доу. — Дешевый бизнес. Но… — Она взглянула на бармена. — Бенни, дай мне моего любимого, отрезвляющего.

Бармен протянул Доу небольшую бутылку.

— Проклятье! — снова выругалась она. — Когда им что-то надо, они все хорошие… Но…

Она открыла бутылку и опрокинула ее над раскрытым ртом. Потом поежилась, дернулась, и Рисс на мгновение показалось, что из ушей Доу идет дым. Глаза ее покраснели, и она дважды сделала судорожные глотательные движения.

— Зато похмелье как рукой снимает, — пробормотала она через несколько секунд. — И хорошее лекарство от алкоголизма. — Она еще раз сглотнула. — Мерзкий, но приятный бизнес, все, что я могу сказать.

— Не знаю, как насчет приятного, — сказала Рисс, — но точно важный.

Она представила себя и Бальдура.

Доу внимательно их осмотрела.

— Пожалуй, нам лучше найти местечко поспокойнее, — решила она. — А я пока глотну пивка.

Рисс допила бренди, постучала пальцем по краю своего стакана, и Бенни снова его наполнил. Она махнула бутылкой Бальдуру, но он отрицательно покачал головой.

Они нашли столик неподалеку от шахматистов.

— Вы, наверное, заметили, какая я добрая, — сказала Доу. — Вы сюда приперлись, транскотинские тупицы, а я с вами разговариваю, вместо того чтобы вытолкать за дверь.

— Так попробовали бы вытолкать, — сказала Рисс.

Доу вскинула свои густые брови:

— Девочка, ты что, дерзишь?

— Ни в коем случае, — сказала Рисс. — Я только хотела заметить, что прежде никому ниоткуда меня вытолкать не удавалось.

Доу задумалась.

— Да я бы могла еще несколько минут назад посадить вас задницами на асфальт. А сейчас.:, тем более что у вас есть дело ко мне… мы немножко все это обсудим. Давайте пересядем в сторонку. Хотя должна предупредить, что если вы заикнетесь, будто в Обществе помощи шахтерам что-то не так, что мы связались с подлецами, то взаимопонимания между нами не останется.

— Не в наших правилах попусту тратить время, — сказал Бальдур. — И свое и чужое.

— Ну, так говорите, — предложила Доу и сделала изрядный глоток пива. — Хотя вы, наверное, заметили, какая я подозрительная по природе. Это все с тех пор, как пару раз пообщалась с разным отребьем. «Церберус» или еще кто-то все время рыщут, вынюхивают, клянутся, что на них одних держится пояс астероидов и «Транскотин», а на самом деле только и думают, чтобы все под себя подмять и тот же «Транскотин» вышвырнуть прочь. Проклятье! «Транскотин» еще не самая худшая фирма из тех, с которыми приходится иметь дело. Бедолаги шахтеры гнут на нее спины и ее же ненавидят.