Космическая шкатулка Ирис
Шрифт:
– Как-то безрадостно ты это сказал, – заметила она.
– Да потому, что мне это безразлично. Безразлично всё. А это плохо, Инэлия. Я слышу тихий, но настойчивый зов покинуть здешние края навсегда. И я уйду, но только после того, как успею сделать то, что обязан. Иногда бывает так, что мне по целым дням не хочется выходить за пределы моей башни на вершине. Теперь мой Руднэй не один. Жаль, конечно, что Сирт предал его. Что Инара предала. Осталось только схватить их за руку и воздать по их заслугам. Я успел переговорить с землянином. Он обещал, когда покинет здешние места, отдать мне для дальнейшего использования свой объект. Конечно, всю свою техническую начинку и прочую дребедень, столь ими ценимую, он замурует в своём подземном городе. Вернее, в том, что
– Каким же образом пришлые чужаки что-то могут или не могут тебе отдать? – спросила Инэлия. В её тоне сквозила неприязнь к пришлым. – Им тут ничего не принадлежит. Они тут лишь благодаря неведению и детской беззаботности жителей планеты. Прежде, как я помню, ты давал им почуять, кто тут хозяин.
– Что помнить о прежнем. Земляне ушли сами. И теперь они тут не потому, что им нужна Паралея. Они вполне могли бы полностью зачистить всю здешнюю территорию от следов своего посещения, как они хотели сделать и с подземными своими объектами. Но не стали так делать по причине последствий, затронувших и наземные территории. А тут я сам попросил старшего пришельца оставить своё нынешнее место обитания в целости и сохранности. Откуда у тебя вдруг возникло такое неприятие пришлых? Ты и сама тут гость никем не званный, а задержавшийся навсегда.
– Они отняли у меня всё, – сказала она. – Я до сих пор не прощаю им ни свою дочь, ни свою внучку.
– Разве не Хагор – причина ухода твоей первой Икри? И разве не тот же самый землянин, породивший вместе с твоей дочерью первую Икри, являлся отцом и твоей Икри-2? Так что не тебе их в чём-то винить. А пока, Инэлия, я сам в скором времени проведу полную ликвидацию всех подземных тоннелей, ведущих сюда. Какие взорву, а какие запечатаю до времени.
– Ну, тоннель Хагора тебе не найти.
– А мне он и не нужен. Ни Инара, ни Сирт его не найдут. А ты, предупреждаю, вернее, прошу, не проявляй к ним преждевременного милосердия. Инара и Сирт должны исцелиться от духовной плесени в себе.
– Как же вход через подземный город? – спросила Инэлия. – Он же совсем рядом.
– Никак. Каким образом они его откроют, если у них нет для этого никаких возможностей? Нет технических приспособлений, нет и кода. Не скальные же образования они обрушат?
– Ты сказал, что Руднэй уже не один. Что ты имел в виду? – спросила Инэлия.
– То, что вместе с Кристаллом прибыла женщина – носительница уже другого и женского Кристалла. Догадываешься о чём я?
– Кристалл Нэи? Кристалл твоей первой Ксенэи? – Инэлия обхватила себя руками за колени. Она сжалась, как будто не могла согреться. Но было уже довольно жарко.
– Да.
– Зачем же тебе теперь, когда твой сын неуязвим для убийц, предавать изгнанию свою приёмную дочь? Сестру твоего сына. Просто скажи ей обо всём.
– Я скажу, и что? Она будет и дальше плести свои заговоры, совращая прочих? Мне нужно её исцеление, Инэлия. А оно произойдёт только в изгнании. Или не произойдёт. К тому же я должен вытащить на белый свет одну милую парочку, которую они хотят использовать в своих целях. Догадываешься, что они не святых собрались использовать? Я ведь уже знаю весь их план доподлинно. Но необходимо его проявление.
– О какой парочке ты говоришь?
– О близнецах Сэта. Конечно, Сэт и знать их не знает, да и не хочет. Он отверг своё прошлое настолько, что скажи ему, что они его сыновья, он возмутится.
– Ты говоришь о Торине и Инзоре? Кажется, они сыновья Элиан –Ян. Мне что-то Ифиса о них рассказывала. У Элиан было столько мужей, но детей у неё после близнецов так и не появилось.
– Они самые. Безотказные на всякие оплаченные пакости. Я вот думаю, Инэлия, а точно ли, что их отец Сэт? Не Чапоса ли они порождение? Грубые, страстные, жадные и жестокие.
– Чем Сэт-то лучше? Они с Чапосом друг друга стоили.
– Красочно обрисовала. Чем они занимаются, знаешь о том?
– Торгуют вне закона настоящей «Мать Водой». Нашли где-то в период смут и неурядиц целый склад священного напитка. Вот и торгуют теперь. По сию пору не иссякает запас. А чтобы они кого-то резали, да ещё отравленными ножами, не слышала я такого. Откуда у них они возьмутся?
– Кому надо, дадут. А жадным бессердечным дуракам всё равно на чём зарабатывать. Ведь скажут, ткните остриём, куда попало, а яд сам до сердца доберётся и его остановит. И ткнут!
– Откуда же твоя Инара таковых лихих парней знает?
– Не знает она их. И Сирт не знает. Но Сирт знает того, кто с ними общался именно ради приобретения «Мать Воды». Так я думаю.
– Таковых немало. Кто «Мать Воду» забыть не могут.
– Вот именно. Бывшие аристократы. Народ и понятия о зелье «Мать Вода» никогда не имел. И не имеет, понятно. Одни смутные легенды.
– Жалко мне Олу. Что случилось с её сыном? Он был такой хороший мальчик. Умный, талантливый. – Инэлия сокрушённо покачала головой. – Он является её гордостью, смыслом её жизни.
– Он и теперь не дурак. А таланты свои принёс Инаре как дань, ею презираемую. Она его попирает. Унижает. Использует, даря обещание своей благосклонности. Вот какова моя доченька! И не будь у Сирта в душе зависти к Руднэю, никогда даже Инара не заставила бы его принять такой подлейший умысел! На возможное убийство! Или он мечтает потом заменить Руднэя собою? Стать моим единственным духовным сыном? Стать мужем Инары и уже им вместе заменить меня в моей астрологической башне? Где они мнят рассчитывать будущие свои ходы, чтобы не запутаться в сложнейших и живых сетях Мироздания? Что за наивность, Инэлия! Кто я, а кто они? Они даже не понимают, что нечестивая душа дырявая! Она не в состоянии удержать в себе высшие знания о Вселенной. Но это хорошо понимает мой Руднэй. А я, Инэлия, сумею обучить кое-чему и его избранницу. У меня есть некоторое время для этого.