Кошка
Шрифт:
Алёна смотрела на хранителя жалобным взглядом, будто говорящим «так за чем дело стало, научите нас!»
– Это всё очень долго и, между прочим, я не знаю ни одного землянина, который бы владел этой техникой.
Денис подозрительно сощурился.
– Сам я не из этих мест, – поворачиваясь, чтобы уйти на кухню, бросил напоследок Пётр Филимонович. Дети переглянулись.
5 глава.
– А у вас есть внуки? – Спросила Алёна, когда за окном уже окончательно стемнело и пора было уходить.
– Сначала дети! – Шепнул Денис, толкнув её локтем в бок.
– То есть у вас есть дети? – Поправилась девочка и тут же густо покраснела – лезть в дебри чужой личной жизни ей удовольствия не доставляло.
– К сожалению, пока не сложилось, – тяжко вздохнул Пётр Филимонович. Но на лице его, тем не менее, отразилось некое волнение.
– А могло бы? – Коварно предположил Денис.
Хранитель был человеком скорее искренним, чем скрытным, мог иногда, конечно, и не досказать чего-то секретного, но чтобы преднамеренно врать – такого не бывало!
– Встречался я как-то с одной девушкой, – смущённо начал старик, – но она слишком мало обо мне знала и, когда я был вынужден внезапно переместиться, превратно истолковала причину исчезновения.
– Это было давно? – Поинтересовалась Алёна, немного осмелев в этой откровенной беседе.
– Лет двести назад.
– Пожалуй, её уже и в живых нет с такими сроками! – Вставил своё слово Денис.
– Где-то есть… – Многозначительно изрёк Пётр Филимонович и добавил, – вообще-то она тоже хранитель. Я был специально назначен обучить её этой профессии, но слишком скоро влюбился, и меня сняли с должности, а для острастки перевели в другое место. Это запрещено: интимные отношения на рабочем месте!
– И что же, хранители все сплошь холостяки?! – Денис был возмущён.
– Нет. Если ты успел жениться до того, как стал хранителем.
– И исключений не делается? – Допытывался мальчик. Ему страшно было даже представить, как бы он жил без семьи: мамы, папы. А каково совершенно одинокому Петру Филимоновичу!?
– Бывают исключения. Редко. Всякие частные обстоятельства.
– Значит, вы за неё плохо боролись! –
Спускаясь вниз по ступенькам, Алёна молчала – ей не давала покоя сегодняшняя история о не сложившейся личной жизни Петра Филимоновича. Но на выходе из подъезда её осенила ещё одна мысль:
– Ты думаешь, это он в самом деле, про зеркало?
– Даже не знаю. Сегодня было столько информации!
– Помнишь, однажды мы пришли к нему, когда в школе отключили воду?
– Ну? – Выжидающе спросил Денис.
– У него на столе стояло три чашки.
– Ну, как обычно, – небрежно согласился мальчик.
– Нет, не как обычно! Они стояли в другом порядке.
– В другом порядке?! – Усмехнулся одноклассник, – да стол же стоит одной стороной к стене, как они могут стоять по-другому?!
– Две стояли у широкого края, а одна сторона была пуста, – Алёна почти обиделась, что Денис не прислушивается к ней. – И вообще пахло клубничным вареньем, будто его только убрали.
– Ну, мы же предыдущим вечером пили чай. Может, и запах не выветрился.
– Думаю, это были те самые посетители, – не обращая внимания на возражения, продолжала девочка, – о которых говорил Пётр Филимонович. Они гостили у него ночью.
– Думай, как хочешь!
Денис в последнее время здорово повзрослел, вернее, стал более рассудительным. Он уже ко всему подходил с меркой разумности и целесообразности, хотя иногда и в нём прорывалась вера в чудеса. Но окружение – родители, учителя – большинство настаивало на том, что мир материален и развивается по своим законам, в которых нет места иррациональности. Всё больше предметов теряло ореол тайны, когда их свойства становились известны. Похоже, Пётр Филимонович был последним окошком в детство, которое ещё не закрылось для Дениса и Алёны, и не потому ли они так преданно любили его?!
6 глава. Перелом у Дениса
Конец ознакомительного фрагмента.