Кошка

Маквил Милен

Но с другой стороны, что я могу сделать? Если отец что-то решит, то он это сделает и чужого мнения он слушать не будет.

Зайдя в класс, сажусь за парту и смотрю в окно, как падают снежинки. Каждая снежинка уникальна по своему, как и судьба каждого человека.

— Ты чего зависаешь? — слышу рядом со своим ухом голос Данила.

— Я не зависаю, я думаю. — сообщила я оборачиваясь.

— А это не одно и тоже? — скептически спросил он, смотря на меня своими синими глазами.

— Нет! Не

одно и тоже! — ответила я, продолжая смотреть в его глаза.

Даня продолжал смотреть на моё лицо, а когда его взгляд скользнул на мои губя, он спросил:

— Ну и что беспокоит твою светлую головушку?

— Отец решил продать квартиру Иры.

— И?

— Но ведь это не правильно!

— Ты что-то можешь с этим сделать?

— Нет, но…

— Ну, а если ты ничего не можешь с этим сделать, то забудь или же быстрее взрослей и делай тоже, что и взрослые.

— Что именно делают взрослые люди?

— Не правильные вещи! — сказал он низким, слегка рычащим голосом.

Отворачиваюсь к окну, пытаясь унять бешено бьющиеся сердце, а заодно пылающие щеки. И зачем все эти не прозрачные намёки, особенно когда у меня голова забита совершенно другими мыслями.

Я прекрасно знаю что Даня дразнит меня. У него таких девчонок как я, в каждом классе по три, но почему же зная это, меня всё равно тянет к нему? Не ужели я в него втюхалась по самые не хочу?

"Плохо Алина, очень плохо. Так и голову можно потерять," — подумала я, поворачиваясь к преподавателю, вошедшему в класс.

Глава 7.

От Данила.

Каждый день я ждал Алину у музыкальной школы и провожал её до дома. Иногда по пути заглядывали в кафе или кино. А иногда гуляли в парке.

Работая и получая деньги, я копил. Раньше деньги откладывал на будущие, на бизнес, а теперь я хотел подарить Алине подарок, на память, так сказать.

— Слушай, Дань, а приходи ко мне на день рождение, в субботу, — предложила как-то мне Аля, — И ребят позови, — добавила она, застенчиво улыбаясь.

— Хорошо. А днюху где справлять будешь? — спрашиваю я.

— Родители забронировали столики в кафе «Лагуна». Собираемся в четыре вечера.

— Что, получила освобождение от музыкальной школы?

Алина улыбается, как всегда, лучезарно, нежно, манящи.

— Ну, да, получила.

"Господи ты боже, как же хочется сейчас поцеловать её, хотя нет, сначала хочется заключить в свои медвежьи объятья, чтобы все знали, что она моя, чтоб никто не смел даже смотреть на неё. А потом осыпать поцелуями каждый её миллиметр тела и души," — подумал я.

Суббота наступила быстро, и к вечеру я освободился от работы пораньше.

Успел заскочить домой, чтоб переодеться и взять подарок, что я купил Алине.

В

кафе было многолюдно и шумно, так всегда бывает, когда тусит молодёжь.

На столах стояли тарелки с закусками, сок, лимонад, и как не странно — шампанское, хотя оно и было детским.

Музыка, песни, танцы, все эти бум-бум и бам-бам. Я конечно не против, но сейчас… сейчас я позарез хотел медляк, чтоб пригласить Алину, и на правах ведущего, наконец прижать её к себе.

И это случилось, не сразу, но на белый танец, Алина пригласила меня, а я ведя её, млел на каждом шагу. Она держалась за мои плечи, а я тонул в её ванильно-кокосовом аромате.

Понимая, что не могу сдерживать свой порыв, плавно увёл её в самый дальний и тёмный уголок кафе, где и прижал к стенке, отгораживая от всех.

— Дань? — удивлённо прошептала она, но я не дал ей время оттолкнуть меня, а просто жадно накрыл её губы своими.

"Моя, и только моя!" — окончательно решил я для себя, и не важно, что её хотят все вокруг, она будет только моей.

Я целовал жадно, изучающе, наслаждаясь каждым мгновением, до тех пор, пока не услышал её тихий стон. Мягко отстраняюсь, придерживая её за талию и смотря в её широко раскрытые глаза. У самого же, сердце выпрыгивает из груди. Смотрю на неё, тяжело дыша и хочу ещё, целовать и в своих объятиях держать.

— Ты чего? — удивлённо спросила она, прижимая пальцы к соим губам.

— Ты мне нравишься, — не стал люлить я.

— Нравлюсь? Когда кто-то кому-то нравиться, так не целуется, — с сомнением заметила она.

Я хмыкаю.

— А как по твоему целуются? — спрашиваю я, — В щёку что ли?

"Сама невинность!" — улыбаясь подумал я.

— Нет Алин, в щечку целуют друзей-приятелей, а когда нравиться, то поцелуи только в губы.

— По-французски? — удивлённо спрашивает она.

"И что это сейчас было? Целуется она клёва, нельзя сказать, что впервые. Хотя…" — мысль я свою прервал, подался вперёд и снова заключил её в свои объятия.

На этот раз целовал более нежно, трепетно, но так, что она приоткрыла свои губы, я же, не стал терять время, пока меня впускают к себе.

Скольжу языком по её зубам, языку, затягивая в страстный танец. Именно сейчас я и понимаю, что Алина отвечает мне — робко, практически неуловимо касаясь своим язычком моего.

С каждым мгновением я хочу её всё больше и больше, и только для себя.

Хочется похитить её и увести далеко, далеко, в дремучий лес, и чтоб она сидела в высокой башне, и чтобы никто не нашел к ней дорогу.

Отдергиваю себя, собственник чёртов. Так нельзя, не те времена, за такое и посадить могут.

Я отрываюсь от её губ, когда чувствую, что моей Але не хватает воздуха, да и мне тоже.