Корсар
Шрифт:
Однако дна он не достал, хоть и лег на землю и руку сунул в скважину по самое плечо.
— Что это? — спросила Алана.
— Сюда ставили мачту, — пояснил Мерфи. — Скорее всего, просто обтесанный ствол дерева. К нему прикрепляли наклонную стрелу длиной до середины реки. Судя по диаметру отверстия, стрела выдерживала несколько тонн. На том берегу наверняка было такое же приспособление.
— Не понимаю. Зачем это?
— Так они опускали в реку камни…
— Да нет, — перебил Эрик, — мы это уже обсуждали. Не камни, а плетеные
— Ладно, — чуть раздраженно признал Марк. Пусть Алана лет на десять старше, но она все равно симпатичная, а Мерфи полагал, что может покорить женщину одним интеллектом. — Мешки с песком складывали у стены, которую специально выстроили снизу, у подножия водопада. Получившийся канал они перегораживали, а основной поток бежал как ни в чем не бывало. Всю реку таким способом ни за что не запрудить. Когда «Сакр» заходил в этот простейший шлюз, пираты, контролируя приток воды, понемногу добавляли новые мешки. Уровень постепенно поднимался, и в итоге корабль попадал во второй шлюз — природный. Именно он, скорее всего, подсказал конструктору общую идею.
— Дальше процесс повторялся, — продолжил Эрик, — и «Сакр» преодолевал второй водопад.
— И вы это поняли, даже не осматривая водопады? — В голосе Аланы послышалось уважение.
Марк открыл было рот, но Эрик опередил приятеля и с привычной скромностью пояснил:
— Говоря о «хитроумном устройстве», Генри Лафайет мог иметь в виду только шлюз. Мы это поняли и внимательно проверили гипотезу по спутниковым снимкам.
— Потрясающе. А я-то хороша — полдня разглядывала эту груду камней, да так ничего и не заметила.
Марк опять приготовил хвастливую ремарку, но тут вернулась Линда. Она ступала неслышно — все трое заметили девушку, только когда она очутилась прямо у них за спиной.
— Вы бы поглядывали по сторонам. Я ведь и не таилась особо. Что выяснили?
— Как мы и предполагали, — начал Марк, не сводя глаз с Эрика, — одним особенно жарким летом, когда река временно пересохла, люди аль-Джамы возвели у водопада систему шлюзов. Корсар прятал корабль там, где никому и в голову не пришло его искать.
— То есть пещера выше по течению?
— Больше ей негде быть.
— Ну так пойдем.
Линда вызвала Линка, ввела его в курс дела и предупредила, что при таком большом расстоянии и сложном рельефе возможна потеря связи. Ему следует оставаться с террористами и хранить полное молчание. В ответ раздались два щелчка — Линк все понял.
Группа двинулась к югу. Шли прямо по склону чуть ниже края, чтобы не маячить на фоне неба, а заодно укрыться от поднимающегося ветра. Здесь, в сердце пустыни, каждый чувствовал себя крошечной песчинкой. Над головой повисло медное небо, с которого лились горячие лучи беспощадного солнца. Воды с собой было на день, так что жажда не мучила, однако трос из четверых уже давно толком не высыпались,
Сотрудники корпорации терпели — ничего не поделаешь, такая у них работа. Алана же шла с ними потому, что знала: иначе ей никогда не забыть безжизненных глаз Майка и крови, что текла на песок из его простреленной головы. Она археолог, у нее растет сын, и ей положено сейчас быть за много километров отсюда, но как тогда жить дальше? Алана не сомневалась: она поступает правильно. Пусть неразумно — зато правильно.
Убийцы Майка, взявшие ее в плен, нарушили правила, по которым жила Алана. Теперь ей попросту хотелось отомстить.
Через пару километров после водопада ландшафт полностью изменился. Песчаник уступил место светло-серым утесам. Миллионы лет назад здесь были морские рифы, теперь они обратились в известняк.
— Наверняка здесь, — сказала Алана, обводя взглядом каньон. — Где известняк, там всегда пещеры.
Марк похлопал Эрика по плечу и указал на противоположный берег.
— Как думаешь?
В том месте когда-то сошел оползень, перегородивший сухое русло песком и камнями. Обрушившийся участок скалы тянулся метров на пятьдесят в глубину, за ним береговые утесы вздымались на доселе невиданную высоту.
— Точно. — Стоун разразился победным жестом. — Вход со стороны реки взорвали, чтобы никто не проник в пещеру. «Сакр» за завалом. Там же могила аль-Джамы и, может быть, Иерусалимский камень.
Радость моментально испарилась. Проблему озвучила Алана:
— Чтобы разгрести завал, потребуются бульдозеры и несколько недель времени.
— Вы так и не поняли? — без тени улыбки спросил Марк.
— Что не поняла?
— Черный ход, — хором изрекли два товарища.
За десять минут они успели спуститься и вскарабкаться на противоположный берег у самого завала. Со стороны пустыни склон был усеян оврагами и ущельями — еще с той поры, когда всю Сахару покрывали густые субтропические леса. Первую пещеру обнаружили почти сразу, стоило разбиться на пары и приступить к систематическим поискам.
Эрик вытащил из наплечного кармана галогеновый фонарик — и сделал шаг внутрь. Проход высотой в человеческий рост почти сразу повернул и уперся в глухую стену.
Линда с Аланой наткнулись еще на одну пещеру — она оказалась немного глубже, но вскоре оборвалась таким же тупиком. Затем Эрик с Марком нашли третье отверстие, более узкое — пришлось протискиваться на коленях. Ход вел в глубь горы, причудливо петляя и изгибаясь. Временами можно было выпрямиться в полный рост — лишь для того, чтобы тут же червем вползти в очередную щель. У ответвлений Эрик оставлял меловые метки.
— А это что? — вдруг спросил он, указывая на стену. Там было что-то вырезано не то шилом, не то острием ножа. Работа грубая, ничего не разобрать, но оба друга сразу узнали прихотливую арабскую вязь. — Может, и у них принято писать «Здесь был Сулейман»?