Корпус-3
Шрифт:
— Корабль зачерпывает пыль… Интересно, а топливо он собирает? — обращаюсь я в пустоту.
— Из межзвездной среды много топлива не наберешь, там слишком мало материи, — отзывается Циной откуда-то сзади. Я снова поражаюсь невероятной компетентности «охотника». — Но обнаруженную пыль Корабль может использовать для ремонта поверхностей. Летим мы давно, так что износ уже большой.
Я отрываю пальцы от полусферы.
— Еще один спящий проснулся, — потрясенно говорю я. — Может, подойдешь сюда?
— Когти
— Чепуха, — говорит женщина. — Попробуй. Ты просыпаешься быстрее, чем некоторые из нас.
— Давайте без имен, — говорит Желтый Великан.
— Иди полюбуйся общей картиной, — настаивает женщина-паук. — Узнай, что она означает и какие воспоминания разбудит в тебе.
Циной разворачивается, увеличиваясь в размерах. Я содрогаюсь, вспоминая, как «охотник» действовал в бою. Да, я знаю, что он нас спас, но ничего не могу с собой поделать — даже сейчас мне хочется держаться от Циноя подальше.
Девочки проснулись и внимательно за нами наблюдают.
Циной спокойно кладет передние лапы — когти, пальцы, хваталки, что угодно — на синюю полусферу. Часть его мышц даже отцепляется от точек крепления на костях.
— Корабль по-прежнему летит с полной скоростью, — говорит «охотник» после паузы. — Мы должны еще спать — храниться на складе.
— Точно, — замечает мой двойник.
— Циклы «раскрутка — замедление» есть только в первом корпусе. Второй мертв — движения там нет, а третий, похоже, вращается с постоянной скоростью, — говорит Циной. — Произошло что-то плохое. Если Штурманская Группа должна была найти для нас тихую гавань, то с задачей она не справилась.
— Что… — Женщина-паук умолкает, словно ей трудно подобрать необходимые слова. — Что такое «новая» и «сверхновая»?
— Ты помнишь, что такое солнце? Звезда? — спрашивает Циной.
— Я не дура.
— Отлично. Новая — это огромный взрыв, звезда, с которой произошла катастрофа. К системам, в которых есть новые, мы и близко не должны подходить. Сверхновая — гораздо хуже; она такая мощная, что может всего за несколько лет поглотить сотни звезд. — Мышцы Циноя снова изменяют свое расположение, придавая ему облик покрытого инеем ежика — еще один образ, который будет тревожить меня в кошмарах. «Убийца» — и ученый. — Похоже, звезды и межзвездное пространство — моя специальность.
— Может, ты из Штурманской Группы, — говорит Желтый Великан.
Мы все таращимся на него. Что?
Глаза Циноя бегают, голова слегка подергивается — судя по всему, он снова смотрит в космос.
— Звезды в центре, пустое пространство, окруженное блестящими нитями… волновое излучение, ионизирующее межзвездное вещество… Вероятно, лет пятьдесят назад или больше здесь взорвалась сверхновая. Быть может, Корабль повредила именно она.
— Ого! — восклицает Желтый Великан. — Как же это могло произойти?
—
— Или саботаж, — говорит женщина-паук.
Мы умолкаем. Она спрашивает, какой вариант мы выберем — будем искать люк для стыковки на последнем целом корпусе или вернемся обратно к месту рождения? Она действительно так и говорит: к месту рождения.
— Нам нужна Мать, — произносят девочки почти в один голос.
— А вы-то откуда? — спрашивает Желтый Великан. — И кто научил вас управлять этим кораблем?
— Это наш секрет, — шепчет одна из девочек, еще крепче обнимая сестру.
— Ладно, — соглашается женщина. — А как же наш новый товарищ?
Она смотрит на Костяного Гребня. С тех пор как мы покинули корпус, Гребень и слова не сказал.
— Ты нас понимаешь? — спрашивает у него Желтый Великан.
Тот кивает, затем качает головой.
Женщина-паук снова кладет руки на полусферу.
— Похоже, что у всех корпусов люки расположены одинаково. Если возражений нет, я иду на стыковку.
— Возможно, нам следует… — Мой двойник умолкает. Я знаю, что у него на уме и почему он передумал. Возможно, третий корпус в таком же скверном состоянии, как и первый, — тогда нам, наверное, стоит выбрать другой вход. Но этого мы не знаем. В шторм любая гавань хороша, особенно если другие варианты — погибнуть в бою или вечно парить в космосе.
Кораблик-«яйцо» летит тихо — шум двигателей не слышен, движение не ощущается. Вдруг — один легкий толчок, другой…
Внезапно мы останавливаемся. Я чувствую, что корабль стыкуется с чем-то большим и массивным. Наконец «челнок» замирает.
— Корпус-3, - объявляет женщина. — Если техника еще работает, попытаемся открыть люк.
Одна из девочек подплывает к панели рядом с люком и тянет ее в сторону. Люк открывается; за ним — теплый свет. На секунду мне кажется, что здесь пожар, но потом я чувствую холод. Никакого огня нет, воздух прохладен и свеж. Вокруг — лишь красноватые лампочки, по которым ориентируются факторы и «убийцы».
Последний корпус
Желтый Великан вызывается идти первым. Я протестую, но он поднимает огромную лапищу, твердо смотрит мне в глаза, затем поворачивается к Циною.
— Если не вернусь, ты с одним из Учителей выясни, что случилось. Если и они не вернутся, — обращается он к женщине, — улетайте ко второму корпусу или туда, куда сочтете нужным.
— Я с тобой, — говорит девочка. — А одна останется здесь.
— Нет. Хочу отвечать только за себя. Холода я, в общем, не чувствую, так что, надеюсь, сумею добраться до рубильника и включить отопление.
— Как ты узнаешь, где нужно искать? — спрашивает женщина.