Шрифт:
«Корабль с кодовым номером 021-НС-15, говорит штурмовик Галактической гвардии! Приказываю следовать указанным курсом, иначе я открою огонь. Вы на прицеле. У вас есть пять секунд, чтобы подчиниться. Четыре. Три. Две. Одна…»
«Принято.
«Это имеет значение? Сарак».
«Недавно на Героне? С Лумарка сам?».
«Откуда ты узнал, что я нездешний? Языковая программа должна была…».
«Узнал, Сарак, узнал… В чем дело-то? Я везу ценный груз. Получатель будет недоволен, если я опоздаю… Впрочем, уже подлетаем на точку…».
«Садись на площадку А-18».
«Принято… Вижу, ты садишься напротив меня. Хорошая у тебя птичка. Щиты в порядке? Ну вот ты и долетался, отважный Сарак!».
– Включи еще раз, дорогая! – Марк лежал на белой кушетке в своей комнате и снова и снова просил свою нейронку Лизу прокручивать запись с камер корабля Сарака и окружающих место посадки камер.
На записи были последние секунды жизни легионера Галактической
Коротыш был двухметровым амбалом, лицо закрывала электронная маска младенца. А прозвали его так потому, что он отрубал своим жертвам ноги по колено.
За две сотни лет он убил тридцать тысяч мужчин и женщин, убивал семьями, среди его жертв насчитывается семь тысяч детей, включая младенцев. Он виртуозно отключал самые продвинутые сигнализации, разрушал системы безопасности, проникал в дома. И везде один и тот же почерк – обездвиживал жертв электролассо, затем доставал лазерный резак, ставил его на минимальную мощность и медленно отрезал ноги. Жертвы испытывали боль, не могли позвать на помощь, – их предсмертные всхлипы были глухими, они раздавались из нутра как из преисподней. К моменту, когда подъезжали правоохранители, Коротыша уже не было. И ни следа. Ни подсказки. Детективы разводили руками: все камеры наблюдения выключены. Оцифровка места преступления, подключение искусственного интеллекта не давали результата. Кто же ты, безжалостный убийца?
Конец ознакомительного фрагмента.