Корона Птолемея
Шрифт:
— Ты был прав в одном, — сказал я ему. — Смешав греческую и египетскую религии, можно получить огромную мощь. И я рад, что ты познакомил меня с моими новыми друзьями. Мы продолжим общаться и взаимодействовать между нашими мирами.
— Перси Джексон, послушай…
— Но есть разница между тем, делишься ты этим или просто воруешь, — подвел итог я. — И у тебя завалялось кое-что, что принадлежит мне.
Он попытался что-то сказать. Однако я сунул руку прямо ему в рот.
Звучит противно? Подождите, все еще впереди.
Что-то
Я словно вытащил затычку из шины. Изо рта Сетне начала выплескиваться магия: разноцветный поток иероглифического света.
«НАЗАД!» — завопила Нехбет в моем разуме. Аннабет выкрикнула то же самое вслух.
Я отошел от круга. Сетне корчился и вертелся, пока вся магия, которую он пытался поглотить, рвалась наружу отвратительным потоком. Я слышал о людях, которые «блевали радугой», потому что увидели нечто нуоченьмилое.
Позвольте кое-что прояснить: наблюдать за тем, как кто-то действительно блюет радугой… в общем, ничего милого в этом нет.
Аннабет с Сейди в унисон выкрикивали магические команды. Облако магии утолщилось вокруг круга, окружая Сетне, который усыхал на глазах. Корона Птолемея скатилась с его головы. Картер подошел поближе и замахнулся своей светящейся веревкой.
Как только она коснулась Сетне, меня ослепила вспышка света.
Когда я снова смог открыть глаза, Сетне и веревки уже не было. Никакого вихрящегося магического света. Богиня грифов покинула мой разум. Во рту больше не стоял привкус мертвой гиены.
Мы с Аннабет и Кейнами стояли в неровном кругу, вытаращившись на корону Птолемея, которая лежала в грязи на боку. Рядом с ней валялась пластиковая безделушка размером с гусиное яйцо.
Я подобрал ее.
Внутри снежного шарика была навеки запечатлена миниатюрная копия Губернаторского острова. И по нему то бегал, то плавал, пытаясь убежать от фальшивых снежинок, человек в фиолетовом тренче размером с термита.
Сетне все-таки сделал Губернаторский остров своей вечной обителью.
Он оказался пленником дешевого пластмассового сувенира.
_
Час спустя мы сидели на парапетах старой крепости, наблюдая за тем, как над побережьем Нью-Джерси садится солнце. Мне достался сырный сэндвич и ледяная Рибена из громадного запаса фастфуда Сейди (вкупе с парочкой обезболивающих), поэтому я чувствовал себя достаточно храбрым для того, чтобы узнать обо всем произошедшем.
— Может, кто-нибудь пояснит, что там все-таки произошло? — попросил я.
Аннабет взяла мою ладонь
— Мы победили, Рыбьи мозги.
— Да, но… — я жестом указал на снежный шарик, которым теперь восхищался Картер. — Как?
Картер потряс шарик. Внутри завихрился фальшивый снег. Может, тут в игру вступило мое воображение, но я мог поклясться, как Сетне пищал под водой, отправляясь в головокружительный тур по его новой крошечной тюрьме.
— Полагаю, идея снежного шарика застряла у меня в голове, — сказал Картер. — Когда я замахнулся веревкой и активировал ловушку, магия воспользовалась тем, о чем я думал. В общем, из Сетне получится отличное пресс-папье.
Сейди фыркнула, чуть не разлив свою Рибену.
— Бедный маленький Сетне — навеки застрял на столе Картера, вынужденный часами наблюдать за его скучными исследованиями. Было бы гуманнее позволить Аммит поглотить его душу.
Не знаю, что это был за Аммит, но в моей жизни душепоглощающих монстров уже хватало по горло.
— Так ловушка сработала, — сказал я, вероятно, выдав нечто очевидное. — Мне все детали и не нужны…
— Это хорошо, — заметила Аннабет. — Думаю, насчет этого мы все согласимся.
— … но я должен кое-что узнать, — я указал на Сейди. — Что ты такого нашептала Аннабет, что превратила ее в мага?
Девочки обменялись улыбками.
— Я открыла Аннабет свое тайное имя, — сказала Сейди.
— Твое что, еще раз? — переспросил я.
— Его называют рен, — объяснила Сейди. — Оно есть у каждого, даже если ты о нем не знаешь. Рен это… ну, определение того, кто ты есть. Когда я им поделилась, Аннабет получила доступ к моему опыту, моим способностям и всему моему общему великолепию.
— Это было рискованно, — Картер угрюмо посмотрел на меня. — Любой, кто знает твой рен, может тебя контролировать. Такой информацией никогда не делятся, и назвать свое тайное имя можно только тем людям, которым ты абсолютно доверяешь. Сейди узнала мой рен в прошлом году. И моя жизнь с тех самых пор превратилась в кошмар.
— Ох, я тебя умоляю, — отозвалась Сейди. — Так или иначе, Аннабет я доверяю. Я знала, что этот сдерживающий круг мы могли создать только вдвоем. К тому же, греческий полубог, пользующийся египетской магией — видели выражение лица Сетне? Это было бесценно.
У меня во рту пересохло. Я представил, как Аннабет воспользуется иероглифами в Лагере Полукровок, взрывая колесницы на гонках или круша все вокруг с помощью гигантских синих кулаков во время захвата флага.
— Получается, теперь моя девушка навсегда стала магом? Она ведь и до этого уже была достаточно пугающей.
Аннабет рассмеялась.
— Не переживай, Рыбьи мозги. Эффект, полученный от рена Сейди, уже ослабевает. Я никогда не смогу пользоваться магией самостоятельно.
Я облегченно выдохнул.