Шрифт:
Пролог
– Будь я проклят! Он существует на самом деле!
Ашур поднялся на вершину бархана и устало опустился на горячий песок. Еще несколько шагов – и ненавистная пустыня уступит место благодатной почве, устланной мягким травянистым ковром. Чуть дальше мелкий кустарник, увитый стеблями цветов… И, наконец, кущи низкорослого леса, за зеленью
Изможденный путник недоверчиво покачал головой. Быть может, все это – лишь игра больного воображения? Или мираж, воплощенный проклятыми песками в иссушенном сознании?
– Сейчас проверим… – невесело усмехнулся Ашур и с трудом поднялся на ноги.
Мысль о том, что за время изнурительного путешествия он мог сойти с ума, показалась ему забавной – действительно, достойный финал для дурака с отуманенными блеском золота мозгами!
Раскаленный песок жег его ступни сквозь тонкие подошвы изношенных сапог. Спустя несколько мгновений он по щиколотку стоял в мягкой траве. Не сон… Не мираж… Рука потянулась к фляге с остатками теплой, практически горячей воды, но замерла, остановленная волшебными звуками… Звуками журчания ручья! Ашур спрятал флягу в мешок и устремился вперед. Он продрался сквозь заросли и с благоговением взглянул на самое восхитительное зрелище его жизни – порожистый ручей, переходящий в неглубокое озерцо. И это чудо – всего в нескольких шагах от необъятной песчаной пустыни!
Он торопливо сбросил сапоги. Наплечный мешок и пояс с кинжалом последовали за ними. Не снимая одежды, Ашур упал в спасительные объятия водной стихии. С головой погрузился в обжигающе холодную влагу. Дыхание перехватило…
Через несколько мгновений из маленького водоема восстал совершенно преобразившийся человек. В усталых карих глазах появились радостный блеск и неистребимая жажда жизни; под мокрыми лохмотьями заиграли пусть и иссушенные длительным путешествием, но крепкие и твердые, словно канаты, мышцы. Ашур высоко поднял руки, запрокинул голову и хрипло рассмеялся и возвестил:
– Проклятый чернокнижник! Ты сомневался в том, что я это сделаю! Скоро я вернусь, и мешок золота обеспечит любую мою блажь и самых красивых девок Санирада!
Он покинул водоем, неторопливо снял с себя одежду, тщательно ее прополоскал, отжал и развесил сушиться на ветвях низкорослого пышного дерева. Потом развязал шнурок мешка и достал небольшой кусок вяленого мяса. С тоской взглянул на него – за время путешествия рацион путника нельзя было назвать разнообразным – и впился зубами. Наполнив желудок, Ашур вновь напился из ручья. Затем растянулся на шелковистой траве, взглянул на покрасневший диск солнца, стремящийся к горизонту, и прикрыл отяжелевшие веки: «Сегодня только сон… Отдых и сон… Дело подождет до завтра».
Изможденный долгой дорогой путник спал крепким сном, а вокруг него стояла мертвая тишина. Не было слышно жужжания вездесущих насекомых и пения лесных птиц. В кустарнике и меж вековых деревьев не промелькнуло ни одного животного, стремящегося к водопою, что было бы естественно для подобной местности. Застывшая, словно на картине, природа обозначала свое существование лишь прекрасными образами, исключив звуки и движения. И дело здесь было вовсе не в том, что в этом живописном уголке средь бескрайних песков наступило временное затишье. Один лишь взгляд на видневшиеся
Архон, некогда величественный и блистательный город, отныне считался легендой, о которой изредка говорили шепотом. Цитадель Зла пребывала в таком состоянии уже не менее тысячи лет. Время и противоречивые толкования практически стерли из умов людей реальные причины падения мифического города. Ходили слухи, что в подвалах королевского дворца хранятся несметные богатства, но ни один даже самый лихой грабитель не посмел приблизиться к Архону. Все знали – это место проклято богами и двигаться в его направлении означало навлечь на себя их немилость. Постепенно торговые пути купцов все более отдалялись от этих мест, а пустыня пожирала прекрасные леса и парки, некогда окружавшие затерянный в песках город. Архон перестали обозначать на географических картах, город упоминали лишь в страшных историях, которые рассказывают полупьяные караванщики у ночного костра.
Ашур, искусный и удачливый вор, всего лишь пару недель назад развлекался в кабаке с грудастой девкой. Раздался негромкий скрип входной двери, и на пороге увеселительного заведения возник довольно необычный для подобного места посетитель – сгорбленный старик с длинной бородой. Привыкая после дневного света к сумраку тесного помещения, он подслеповато осмотрелся, и взгляд его остановился на Ашуре. Старик зашелся в приступе кашля, а потом, отерев рукавом губы, мрачно улыбнулся и направился к нему, опираясь на кривой узловатый посох. Словно предчувствуя что-то, Ашур погладил Ташу по мягкой большой груди и шепнул ей на ухо:
– Пойди, детка, принеси мне еще кувшин вина…
Девушка страстно коснулась языком небритой щеки своего друга, неохотно поднялась с его колен и направилась к стойке. Старик проводил Ташу взглядом, нашел рядом свободный стул и придвинул его поближе к Ашуру. Тот вопросительно воззрился на незваного гостя.
– Так ты и есть тот знаменитый Ашур – король всех воров? – произнес дед, приглаживая свою растрепанную бороду.
Окинув собеседника внимательным взглядом, Ашур задумчиво ответил:
– Ну… допустим, знавал я некогда этого человека. Какое дело до него у аптекаря или… книгочея – кем ты являешься?
Старик проигнорировал вопрос и многозначительно улыбнулся.
– Дело? Такое, что тянет на мешок чистого золота…
С сомнением взглянув на довольно невзрачную одежду старика, Ашур с сарказмом произнес:
– И сколько же весу в твоем мешке?
– Думаю, – протянул старик, смерив собеседника взглядом, – что не меньше, чем в тебе…
Ашур немедленно потерял интерес к дальнейшему разговору.
– Уважаемый… Как бы это помягче сказать, учитывая твой возраст… Я думаю, что не смогу организовать эту встречу!
Но странный пожилой человек и не подумал ретироваться. Неуловимым движением руки он извлек из-за пазухи увесистый кошель и королевским жестом бросил его на стол перед Ашуром.
– Это задаток, если ты согласишься отправиться в пески Тайрана… – Он многозначительно умолк.
Не прикасаясь к кошельку, Ашур прищурился и пронзительно взглянул на собеседника.
– Довольно странное предложение… Что… мм… Ашуру делать в проклятых песках?