Королевский крест
Шрифт:
Оставалось продумать план атаки.
— Генбек, я ведь могу заказать через вас снаряжение?
— Если товар на складе, его доставят в течение десяти минут. Если потребуется искать или изготавливать — в течение часа.
Торговая Гильдия являлась коммерческой организацией, нацеленной на получение прибыли, а потому из любого ее магазина можно было заказать любой товар. Зашли в гастроном и неожиданно вспомнили, что позабыли о надувной лодке с форсированным двигателем? Никаких проблем: обратитесь к продавцу, и он оформит заказ за мизерное дополнительное вознаграждение. [14]
14
«Несмотря на всю прелесть этого предложения, за сложным хозяйственным оборудованием (а уж тем более — за оружием) я всегда отправляю мужа в специализированные магазины. Пусть шасы и уверяют, что любой из них лучше всех разбирается в чем угодно, — только у профессионалов можно получить действительно стоящие консультации и сделать оптимальный для себя выбор из существующих вариантов…» Маргаретта фон Зюйдов. Как делать шопинг в магазинах этих ужасных шасов? М., 2002.
— Генбек, я не хочу приобретать оружие на свое имя.
— Хорошо, — вздохнул старик. — Я сделаю заказ на магазин.
— Спасибо.
Анна рассеянно улыбнулась — она уже обдумывала, что именно следует взять с собой. С чем выйти против Бруджи.
Со стороны решение девушки могло показаться, мягко говоря, спорным — рискнуть в одиночку атаковать истинного кардинала мог или слишком самонадеянный боец, или слишком тупой. Даже гарки, элитные воины Нави, предпочитали с вождями вампиров не связываться и честных дуэлей избегали — Амулеты Крови обеспечивали своим владельцам хорошую защиту. Но у Анны было преимущество: благодаря своим уникальным способностям она могла обмануть Алое Безумие, могла подобраться к барону на расстояние удара.
Темный Двор считался самым жестким из всех Великих Домов. Прямая, как стрела, вертикаль власти абсолютной монархии, колючий характер навов, а также сплоченность, проявляемая семьями во время конфликтов, — все эти факты порождали слухи о рабском подчинении, которого требовали от вассалов темные. Сложившуюся за тысячелетия репутацию поколебать очень сложно, ведь штампами думать удобнее, проще, и мало кто обращал внимание на то, что именно вассальные семьи Нави вели себя в Тайном Городе наиболее свободно и независимо. Власть во Дворе была выстроена жестко, но времена, когда она опиралась на штыки и кнуты, миновали — Тьму давно перестали интересовать рабы.
Вот почему Генбек мог себе позволить действовать так, как считал нужным: придерживать важные сведения, прикрывать Анну, другими словами, вести свою игру, зная — зная! — что мешает Сантьяге. Вот только вести себя подобным образом рекомендовалось недолго. Успеешь получить прибыль до того, как ситуация выйдет из-под контроля, и навам не придется прикладывать больших усилий для ее исправления — никто тебе и слова не скажет. Не успеешь, заиграешься — пеняй на себя.
Старый Хамзи был умен даже по меркам шасов, он прекрасно знал правила игры и никогда не допускал ошибок.
— Что она решила?
— Хочет все исправить.
— Это ее право.
— Она… — Хамзи кашлянул. — Она…
— Анна
— Время ошибок…
— Можно сказать и так.
— Вы на нее не сердитесь?
— В настоящий момент меня устраивают действия, которые она готовится предпринять.
— Мне стало спокойнее.
— Неужели? А мне показалось, вы чем-то расстроены.
— Вы, как всегда, не ошиблись, — с глубокой грустью произнес Генбек, — понимаете, ради Анны мне пришлось на время закрыть магазин…
Цитадель, штаб-квартира
Великого Дома Навь.
Москва, Ленинградский проспект,
6 ноября, суббота, 18.56
— Но при чем здесь я? — недоуменно переспросил Сантьяга. — Даже в мелких лавках обязательно есть второй продавец на случай…
— Видимо, я слишком близко к сердцу воспринял вашу просьбу помочь бедняжке, утешить ее и тонко направить на выполнение нужных ВАМ действий. Конечно, мне следовало бы сообщить несчастной, что я рассказал обо всем Темному Двору…
— …остается в торговом зале, а вы с девушкой идете, к примеру, в кабинет…
— …она так мне доверяет…
— Но вы решили, что управитесь один…
— Каково будет Анне узнать, что каждый ее шаг известен…
— …в итоге не можете отлучиться даже на пять минут…
— …разобьет ей сердце!
— …и наносит непоправимый ущерб бизнесу!
Собеседники одновременно замолчали, пытаясь понять, о чем, собственно, говорил оппонент. Первым нашелся шас:
— Извините, что говорю, когда вы меня перебиваете.
— Ничего страшного…
— И тем не менее, комиссар, от вас я такого не ожидал! — с чувством продолжил Генбек.
— Темный Двор тоже пострадал, — буркнул Сантьяга. — Закрытие магазина не увеличит налоговые отчисления.
— Я исполнял ваш приказ, — твердо заявил Хамзи. — Фактически я находился на военной службе. Или на тайной службе. Я действовал в интересах…
— Вы пытались загладить…
— Возможно, я рисковал жизнью!
— Не думаю, что во время разговора с Анной опасность была столь высока, — терпеливо произнес комиссар. — Сейчас, к примеру, она намного выше.
— Вы мне угрожаете? — выдержав паузу, осторожно поинтересовался Генбек.
— Нет, я смотрю на часы — у меня очень мало времени.
— В таком случае не буду вас отвлекать, — поспешил закруглить разговор шас.
— Благодарю…
— А размеры компенсационных выплат мы обсудим позже.
И прежде чем Сантьяга успел ответить, Хамзи бросил трубку. Комиссар хмыкнул, сложил телефон и повернулся к терпеливо дожидающимся окончания беседы подчиненным.
— Прошу прощения, господа, — дела.
Участники совещания с пониманием покачали головами. Их было трое. Ортега, ближайший помощник комиссара, переминался у находящейся в центре комнаты объемной модели «Двух Королей» — превосходного образца магической голографии. И два Гангрела в креслах: Нил, кардинал клана, и Платон — епископ. Беловолосые, худощавые, бесстрастные, убежденные сторонники Камарилла. Гангрелы, как и Треми, считались наиболее верными Темному Двору масанами, на них комиссар мог положиться полностью.
— Продолжим? — предложил Сантьяга.