Королевская кровь - 2
Шрифт:
В ресторане Четери сидел рядом, обнимая ее. Медленно, словно нехотя водил пальцами по спине и плечу, отчего в голове становилось пусто, и Света никак не могла сосредоточиться на том, что рассказывал Нории.
– Мы с Энти вчера ночью, после того как ушли из храма, решили наконец-то полетать над городом. Столица с высоты глазами моего дракона – это огромный узор из дымок аур разных цветов, там, где много домов, – это пестрый ковер сияния, там, где мало, – отдельные пятнышки. Какие-то огоньки сильные, высокие, это
У той, кого мы ищем, огонь так силен, что других рядом с ней просто не заметно. Но в городе ее нет. Зато в районе Магического университета, который ты нам показывала позавчера, я увидел маленький огонек того же цвета, что ищу я. Это не может быть старшая принцесса, но вероятно, кто-то из родственников. И сегодня днем мы съездили посмотреть поближе. Совсем маленькая девушка, скорее всего, младшая сестра. Это хорошая зацепка, если проследить за ней, обнаружим и старшую.
– Принцесса? – Светлана вынырнула из неги, растекающейся по телу от теплой руки на спине, и недоуменно переспросила: – Какую принцессу вы ищете?
– Пропавшую наследницу Рудлог, конечно, – ответил за рассказчика Четери. – Нории надумал жениться, видишь ли.
– Так, – сказала девушка твердо, отстраняясь от дракона, чтобы вернуть рассудку ясность. – А теперь расскажите-ка мне все с самого начала.
И они рассказали, в перерывах отдавая должное долгожданному ужину и запивая его прекрасным вином. И про пятьсот лет заключения, и про вымирающий драконий род, и про то, что только старшая Рудлог может спасти их народ и превратить Пески в цветущее государство, которым они были раньше.
К концу рассказа Светлана спросила:
– А вы не боитесь мне это рассказывать? Вдруг я пойду к властям и сдам вас? Я же чужой вам человек, а вы так откровенны. Это очень неосторожно.
– Ага, – Четери встал, одной рукой поднял ее, второй схватил неоткупоренную бутылку с вином. – Пошли уже, чужой человек.
– Гроза…Чет… – предостерегающе начал Энтери.
– Никогда против воли, сколько можно напоминать? – весело огрызнулся воин-дракон, увлекая Светлану за собой к дверям ресторана.
– Боишься? – спросил глухо у дверей номера, обнимая сзади за талию и уткнувшись губами ей в макушку, пока Света дрожащими руками пыталась вставить ключ.
– Нет, – она постаралась, чтобы голос звучал уверенно, хотя внутри все тряслось от страха и предвкушения.
– Ну и правильно. Не нужно меня бояться, Светлана.
Ключ никак не хотел вставляться, и Четери взял его из слабеющих рук, вставил, нажал, зашел в номер. Она застыла на пороге, просто не зная, как себя вести и наблюдая, как он достает с полок бокалы, открывает вино.
Обернулся.
– Нет, так дело не пойдет. Иди ко мне, девочка.
И так как она осталась на месте, подошел сам, поднял за попку, заставив обхватить его бедра ногами, прижал к двери крепким горячим телом – так,
– Вку-у-усная-я-я, – пророкотал дракон уже не человеческим голосом и посмотрел на нее наливающимися вишневым цветом глазами.
Света заскулила, но не от страха, а от возбуждения, и снова потянулась к нему, потому что он тоже оказался очень вкусным и был нужен ей как воздух, чтобы продолжать жить дальше. Целовала и стаскивала с него футболку, боясь, что он отступится и все закончится, не начавшись, и гладила обжигающую кожу и крепкие руки, держащие ее.
– Не боишься? – пророкотал Чет ей в губы, задирая юбку и срывая трусики. Света отчаянно замотала головой, пока он низко и властно рычал ей в шею что-то на незнакомом языке, а его руки творили такое, отчего она кричала и билась, покрываясь испариной, не в силах вынести его движений.
Он взял ее там же, у двери, так и не сняв с нее одежду, глядя в глаза и не позволяя отвести взгляд, заполнив собой все пространство вокруг и внутри нее. Он был безжалостным ураганом, сметающим волю и поднимающим в небо, бушующей грозой, пронзающей тело, и теплым летним ветром, успокаивающим и ласкающим после последних судорог и всхлипов. И в любви, как и в бою, он тоже был воином, неутомимым и веселым, в чем она убедилась, когда после первой яростной битвы они переместились-таки в постель.
В эту ночь братья-драконы опять летали одни, потому что Четери принадлежал только ей.
Нории проснулся от резко ударившего в голову чувства опасности, спрыгнул с кровати, готовясь отразить нападение, развел руки, устанавливая щит. В номере никого не было, за окном мирно светило солнце, не дошедшее еще до полудня. Он досадливо тряхнул волосами, отчего вплетенный ключ хлопнул Владыку по разгоряченной адреналином коже. Двинулся к ванной – не лезть же обратно в кровать, хоть он и вернулся с облета под самое утро, – и был сбит с ног мощным толчком, сотрясшим гостиницу, а потом еще и еще одним.
Летели на пол бокалы, справочники с полок и телефон, кровать, трясясь, съехала почти на середину комнаты, качалась люстра, угрожающе звеня хрустальными подвесками. Приоткрытое окно хлопало и дрожало, но стекло оставалось целым. Кричали от ужаса люди где-то в соседних номерах, а земля гудела и свистела, будто закипающий чайник.
Светопреставление закончилось, и Нории поднялся на ноги.
Необычное чувство беспомощности, однако. Почти забытое.
Чета в соседнем, не менее разгромленном номере, не было, и дракон рассеянно подобрал чудом уцелевший единственный бокал, аккуратно ступая по разбитому стеклу, прошел к бару и достал бутылку вина, налил и сел на подоконник – ждать. Через десять минут раздались шаги – сначала друг заглянул, по всей видимости, к нему, затем зашел к себе.