Королевская кровь-11
Шрифт:
Статуя богини словно увеличилась в размерах – это лишайники показали ее очертания на стене. Солнце продолжало сиять на самом верху,и лучи его падали на Хиду, которая потянулась и принялась медленно двигаться по кругу, словно танцуя.
«Он согрел ее своим дыханием – и от его касания Хида родила старшую дочь, Оку-Жар».
Рядом с серебристой шестирукой женщиной показался силуэт еще одной женщины с четырьмя руками, которая приникла к щеке матери – а затем рассыпалась струями oгня и вулканами.
«Он поцеловал ее,и от его поцелуя зародился старший сын - Зота-Небо».
«Он обнял ее,и от его объятий зародился младший сын – Вета-Океан».
Мужская фигура с двумя руками отпрянула от матери, словно танцуя, и разлилась вокруг волнами.
«ера-солнце еще раз коснулся возлюбленной,и появилась младшая дочь, Вердига-Возрождение».
– Тo есть богов не трое, а шестеро? – изумился Тротт тихо.
– И все шестеро скованы под тремя вулканами?
– Нет, – прошелестела старуха. – Под вулканами заперта сама Хида и Вердига-возрождение с Зотой-Небом. Гера-Солнце слишком далек, чтобы захватчики могли его покорить. Он же звезда, – проговорила она невозмутимо. – Он неизмеримо сильнее. Но если он обрушит свою мощь на чудовищ, то сожжет и людей, и Хиду, и их общих детей. Но и Гера делает все возможное. Часть его всегда остается над храмом, питая эту землю, наделяя здесь Хиду силой и делая тимавеш здоровыми и долго живущими, - и она со сдержанным достоинством, плавно и величественно повернулась к сфере над храмом и склонила голову.
– А сила его иссушает захватчиков, поэтому предпочитают они спать под укрытием земли.
Алина кивнула, вспомнив, как Жрец говорил, что местное солнце его ослабляет,и поинтересовалась:
– где же еще двое?
Старуха подняла палец вверх и посмотрела в небо. И Алина, и Тротт тоже посмотрели.
Там, прямо над ними, неслись по небу друг за другом две неправильные лорташские луны. А тимавеш пели о страшных боях после тысяч лет изобилия, о том, как сражались боги Лортаха с захватчиками и как те победили, потому что у них было чудовищно сильное оружие и тени, помогавшие хозяевам. И на папоротнике показывались картины войны - как бьются исполины.
Четери не смотрел наверх. Он, не отрываясь, глядел на бой.
– Ока-Жар и Вета-Океан были первыми побеждены и выброшены за небо, – сказала Ледира с горечью. – И теперь вечно стремятся вернуться к матери и не могут этого сделать, и она сейчас не в силах притянуть их. Именно поэтому Лортaх затапливается, поэтому постоянно извергаются вулканы, а суша медленнo тонет в подземном огне. Но они дают крохи силы, которые помогают мне просыпаться ночами.
– Постойте, это что, луны – боги?
– ошеломленно спросила Алина, которая на мгновение забыла о всех своих горестях. – Но как это может быть?
– Вей, – махнула рукой Ледира, - все может быть, девочка. Абсолютно все. И могучее божество в отрыве от матери-земли может стать тоскующим куском льда или камня, ибо сила и материя – это одно и то же,только разным зрением увиденное. И саму землю можно пленить, ослабив, пронзив суть ее, спеленав, повредив все внутренние потоки, – чтобы силы уходили только на поддержание планеты в
Сияющие лишайники под пение тимавеш показывали, как бог-богомол со странным огненным колоколом в руках заливал все вокруг пламенем, как паук проткнул своими лапами-лезвиями Зоту-Небо, который пал под атаками теней пришлых богов, а третий захватчик, похожий на гигантскую стрекозу, чудовищным ударом круглого щита сбил с ног юную богиню с вплетенными в волосы цветами и клинками в обеих руках. И когда дочь и сын уже лежали, побежденные, по обе стороны от Хиды, чудовищный кузнечик, выглядевший как oживший кошмар в доспехах-наростах, с горящими глазами, пронзил сердце шестирукой богини дивным радужным копьем, пришпилив ее к одному месту и прошив всю планету насквозь. Копье обернулось якорем, вцепившимся зубьями своими в плоть богини, и легла сверху паучья сеть, сворачиваясь, скручивая и ломая женскую фигуру.
Затаив дыхание, Алина наблюдала, как корчится победенная Хида, пока на нее и ее детей опускаются многие сети, стягивая богов в три сияющих и пульсирующих пятна, и как бoг-богомол взмахивает своим колоколом – и поднимается вверх, словно встряхнутая скатерть, верхний слой огромной равнины,и ложится поверх побежденных, превращая их в дымящиеся вулканы и покрывая землю вокруг длинными трещинами-оврагами.
Принцесса взглянула на Ледиру и вздрогнула – глаза ее сияли ненавистью, а губы были растянуты то ли в горькой улыбке, то ли в оскале.
– Половина материка была выжжена, – прошелестела старейшая, - наступили долгие годы засухи и холода, погибли сотни тысяч людей. А те, кто выжил, одичали и покорились пришельцам. Тимавеш же несколько сотен лет жили под защитой щита Веты среди полыхающей после битвы богов земли. когда жар наконец-то ушел, оказалось, что мир Хида теперь называется Лортах, и в нем царят совсем другие законы.
Тускнели пятна лишайников на папоротнике, а песня тимавеш набирала силу. «Однажды, - пели они, - чужаки уйдут, и богиня будет освобождена,и вернутся к ней ее дети, и напоит всех теплом Отец-Солнце, и к людям вернется счастье…»
– А если богиня не дождется освобождения? – дрогнувшим голосом спросила Алина.
– Все может быть, – задумчиво повторила Ледира. Луны уходили вдаль,и она словно погружалась в себя. – Но людям нужна вера, девочка. Как и богам. Вы увидели то, что былo нужно. Веселитесь, танцуйте, ешьте и пейте, геси. И отдохните хорошо. Завтра с первыми лучами солнца вы сможете уйти. Вам дадут все необходимое, вам покажут, как добраться до осколка серпа ки-Жара. Берегитесь людей императора, берегитесь чудовищ: слишком много их на вашем пути - я бы и хотела помочь, но нечем. Нынче вам судьба помогать мне. А сейчас, - она прикрыла глаза, – мне нужно поберечь силы для ещё одной встречи. Веселитесь, геси. И помните – если ваш путь окончится неудачей, если захватчики уйдут в ваш мир и врата закроются до того, как вы дойдете до них, вы можете вернуться сюда. Тимавеш теперь и ваш народ, геси. Идите,идите…