Королева
Шрифт:
Ее слова должны были успокоить бдительность герцога, но в итоге лишь возымели обратный эффект. Отчего-то вспомнился новый ученик виконта, говорить о котором тому совершенно не хотелось. Кэриен внимательно посмотрел на будущую королеву, одетую сегодня на удивление просто и непритязательно и почти без драгоценностей и вдруг решил не заметить очевидного, хотя бы на месяц.
В парадной центрального крыла Эллис бывать, еще не доводилось. И хотя ее собственные покои располагались лишь парой этажей выше, так уж сложилось, что почти все время девушка проводила в северной части дворца.
Парадная плавно переходила в полузакрытую террасу,
Король поджидал их с бокалом вина, искусно изображая скуку и недовольство от задержки, вместе с полным равнодушием к своей невесте. Все, как они обговорили с Кэриеном. Девушка должна почувствовать себя, по меньшей мере, неуютно. Только вот она просто не заметила жениха. Ее захватил, заворожил сад, а все остальное не имело значения. Вдохновение, что в этот момент плескалось из Эллис, как из переполненного сосуда, притягивало взоры. Ксаниэль опять не менее зачарованно смотрел на невесту, и восхищался ей не меньше, чем она восхищалась садом.
– Кэр, почему так долго, неужели нашей невесте нужно полчаса, чтобы одеться так просто?
– король все же смог преодолеть наваждение, и попытался вернуться к первоначальной задумке. С одной стороны он стремился привлечь к себе внимание девушки, а с другой пытался наполнить свой голос пренебрежением и сарказмом.
– О, мой король, прошу меня простить, я совсем не думала, что могу вам понадобиться до свадьбы, - вроде бы совсем невинный и четный ответ, произнесенный извиняющимся голосом, но как двояко его можно понимать.
– Ксан, Эллис просто была не у себя, поэтому мы и задержались.
– Ладно, я уже приказал оседлать лошадей. Любовь моя, я надеюсь, вы справитесь с дамским седлом?
– неверие, ехидство и любовь, он не смог сдержаться до конца, не смог не вложить в слово "любовь", хотя бы капельку той теплоты, что испытывает.
– Ваше величество, я бы предпочла мужское, - а в ответ ему, спокойный и деловой тон.
– К сожалению, мне доводилось ездить верхом всего пару раз и исключительно в обыкновенном седле.
– Но вы же в юбке, дорогая, вам будет неудобно, - он удивлен, а потому в голосе искренняя забота. И это чертовски приятно, но Эллис контролирует себя лучше, королю пока не стоит знать о наличии у нее слабостей.
– Поверьте, ваше величество, для этой юбки это не проблема, - девушка очень вовремя заметила вошедшего слугу и поспешила обратиться к нему: - Эй, ты, будь добор, скажи на конюшне, чтобы переседлали для меня лошадь, я поеду в обыкновенном седле.
– Будет исполнено ваше высочество, - слуга исчез обратно быстрее, чем кто-либо из мужчин, успел что-либо возразить. Они просто не ожидали, что Эллис умеет так лихо приказывать, словно леди, привыкшая к этому с детства.
– А мне полагается какая-нибудь куртка или плащ, - спросила девушка, поежившись от холодного ветра, залетевшего в помещение из сада, и заприметив симпатичное темно-зеленое нечто лежащее рядом с ее женихом. Герцог где-то между делом тоже успел облачиться в теплый пиджак поверх своей фривольной рубашки.
– Я, конечно, не была на улице и не знаю, какая у вас погода. Но, судя по вашему облачению, мне в моей рубашке будет прохладновато.
– Об этом можете не беспокоиться, - изящным движением руки, Кэриен
Плащ оказался не только в пору, но и потрясающе легкий, почти невесомый. Эллис искренне понадеялась, что ее представления об эльфах не ошибочны, и эта тонкая ткань прекрасно держит как тепло, так и прохладу. Уже спустя десятку они втроем вышли во двор, где их поджидали оседланные лошади. Огромный двор девушка порой наблюдала из окон северных галерей, но лишь оказавшись в нем, она поняла, насколько он велик и насколько загроможден при этом различными хозяйственными постройками.
Погода для лета стояла прохладная, да еще и легкий северный ветер норовил пробраться под одежду и охладить горячие тела. Эллис порадовалась тому, что не забыла поинтересоваться плащом, а то с этих мужчин вполне могло статься проверить ее на морозоустойчивость. Она, конечно же, в грязь лицом не упадет, как-никак сибирячка, но именно поэтому она умела ценить тепло и комфорт.
Слуга подвел к будущей королеве оседланное как того, и требовалось животное. Симпатичная вороная лошадка олицетворяла собой само спокойствие. Проверять ее как наездницу явно не собирались, наоборот позаботились о максимальном комфорте и безопасности. Погладив лошадь по шее, Эллис, не дожидаясь помощи, от уже направившегося к ней Кэриена, закинула ногу в стремя и с первой же попытки запрыгнула в седло. Получилось, конечно же, не слишком эффектно, но и корячиться не пришлось. Для короля и герцога это оказалось, однако более чем поразительно. Они застыли на месте от удивления, пытаясь понять, что же не так, в произошедшем.
– Эллис, что с вашей юбкой?
– первым опомнился лучше себя контролирующий герцог.
– Это юбка-брюки, - недоуменно невинная улыбка в ответ, а про себя ехидное "что не ожидали".
– У нас они были в моде одно время, когда я была еще маленькой. И я решила что в качестве повседневной одежды это очень удобно.
Все пространство от дворца и до побережья занимал огромнейший парк. Порой он поражал своей ухоженностью, и мастерством садовника, порой напоминал лесную чащобу. А сколько великолепных цветов, раскрыли свои бутоны навстречу яркому солнцу. Иногда Эллис казалось, что среди всего этого многообразия, она замечает цветы, так похожие на те, что бережно выращивал в саду ее дедушка. И лишь приглядевшись внимательно, она понимала, что общего во флоре миров, не так уж и много. Вскоре от ярких цветочных клумб, а порой и целых полян начало рябить в глазах. Но к ее счастью процессия выехала на тенистую аллею, окрашенную исключительно в мягкие зеленые тона.
Эллис не удержалась и почти всю дорогу настойчиво расспрашивала герцога обо всем, что видела. Как называется то дерево, или тот цветок, их особенности и возможное применение - вопросы лились сплошным потоком. Кэриен старательно отшучивался, но рассказал ей о многом. Король же всю дорогу демонстративно молчал, продолжая играть в равнодушие. А она просто наслаждалась окружающим миром с той непосредственностью, что свойственна лишь маленьким детям.
На песчаном пляже, по крайней мере, для Эллис, они оказались неожиданно. Еще мгновение назад они ехали среди буйства зелени, а аллея изгибалась причудливым образом, и лишь легкий соленый ветерок говорил о близости моря, и вот резко расступились деревья, а передние копыта коней зарылись в песок.