Королева вестерна
Шрифт:
— Всегда хотел познакомиться с русской, говорят, что вы очень красивые, загадочные и неулыбчивые. С первым аспектом я полностью согласен — передо мной настоящая красавица. И загадочная, да, в тебе есть загадка. «Проездом написала сценарий»… Я впервые слышу о таком. Обычно, люди занимаются этим годами, но никак не проездом. И улыбаться ты умеешь очень по-американски.
— Главное, что не умею уходить по-английски, хотя признаться, очень хочется это сделать. Этот мужик уже достал пялиться на нас. Он просто не отводит от нас глаз.
— Не обращай внимания, —
— Ты уже привык?
— Еще бы. Меня постоянно фотографирует на улице, в баре, в аэропорту. Где бы я ни появился, везде отыщется чувак с фотоаппаратом. Я потом вижу эти снимки в интернете, и ужасаюсь.
— Я бы так не смогла, — искренне сочувствую ему.
— Тоже раньше так думал, потом привык, — пожимает он широкими плечами. Верхняя пуговица на его черной рубашке едва держится, и образовавшийся зазор на его груди так и притягивает к себе взгляд. Хелен, хватит на него облизываться — строго одергиваю себя, но все равно снова и снова пялюсь на эту злосчастную пуговицу.
— Кого я вижу, Генри Гаррисон! — воскликнула какая-то смуглая девушка, материализуясь возле нашего столика.
— Привет, Мари. Как поживаешь?
Меня словно током бьет. Минуточку… Генри Гаррисон?! И как только раньше я не догадалась, что мой спутник тот самый Гаррисон?! Я настолько невнимательна и глупа, что упустила такой важный момент. Мне захотелось немедленно бежать отсюда. Что я тут делаю с ним? Он — известный на весь мир кинокрасавчик! Его имя у всех на слуху, даже у меня по недоразумению не видевшей ни одной картины с его участием, потому что Зоя о нем прожужжала все уши. Но почему Генри мне не признался, что мы уже встречались на съемочной площадке, когда он героически бился с чудищами обрезанным мечом бок о бок с моей горе-подругой Зоей Ковец? Тоже не узнал? Едва ли… Значит, он просто потешается надо мной.
Эта самая Мари пожирает меня ревнивым взглядом и напропалую флиртует с Генри. Меня он представил ей, как «знакомая сценаристка Хелен». Я оставила их наедине, сходила в туалет, взяла еще две пинты «Гиннесса» и вернулась к Гаррисону, который уже скучал в одиночестве. Решительно не знаю, как теперь с ним себя вести. Одно дело выпивать в пабе с обычным парнем, и другое — с Голливудской звездой.
— Я подумал, что ты уже научилась уходить по-английски, не прощаясь, — заулыбался он. Он вообще постоянно улыбался — красиво так, по-голливудски.
— Не хотела вам мешать, — боже, куда деть свою идиотскую ревность?
— Мари просто официантка в этом баре. А я здесь обычный завсегдатай, — эротично приподнятая бровь Генри выбивает у меня почву из-под ног.
— Ну не такой уж и обычный! — возражаю я, — Генри, в тебя влюблены тысячи женщин из разных стран! Это так, навскидку.
— Как видишь — зря. Я самый обычный мужик — люблю пиво, много и вкусно поесть. А еще, о ужас, геймер, или еще более точнее определение — гик! Я провожу очень много времени за компьютерными и настольными играми. Обожаю комиксы. Ну, и в довесок к сказанному, сумасшедший болельщик
— Поразительно, сколько достоинств может умещаться в одном человеке! — без тени ехидства говорю я.
В нем нет ни капли превосходства, зазнайства или раздутого самомнения. Наверное, поэтому до меня долго доходило, что он звезда Голливуда, а не простой англичанин, затесавшийся в Америке. Он мило и обходительно общался с простой официанткой. Генри вообще со всеми любезен.
— Не бойся, я не жду от тебя восторгов, экстазов и ажиотажа по поводу моей персоны. Я из обычной большой семьи, учился в частной школе, даже образование толком не получил — все бросил ради карьеры актера. Кстати, актерского образования у меня тоже нет, — признается мистер Гаррисон.
— Это все не важно, главное, что тебя многие, очень многие женщины считают идеальным мужчиной!
— Серьезно? Я поражен. Эти самые женщины считают, что я одеваюсь, как бедный водопроводчик, — усмехается Генри, — ношу одежду годами.
— Так это же здорово. Зачем выбрасывать вещи хорошего качества на помойку после одного единственного выхода в них на улицу? Даже Меган из Королевской семьи выходила в свет в одном и том же пальто несколько раз.
— За что на нее вылили ушат помоев, — поморщился актер.
— Нелегко быть известной личностью, — вынуждена согласиться я.
— Я прекрасно осознаю тот факт, что существуют другие люди, которые красивее меня, лучше играют, да и вообще удачливее. Не считаю себя идеалом.
— Кого же ты считаешь идеалом, неужели, Тома Круза или Дэвида Бэкхэма? — ляпнула я, даже не подозревая, что попала в самое яблочко.
— Кажется, ты знаешь обо мне больше, чем некоторые.
— Невероятно! — только и смогла ответить я. — Назвала эти имена наобум, честное слово.
— Бывает. Почему ты изменилась в лице и стала неразговорчивой? Что мне нужно предпринять, чтобы вернулась прежняя Хелен? — ласково спрашивает мистер Знаменитость.
— Генри, мне нужно привыкнуть к мысли, что ты не обычный парень.
— Хорошо, я понимаю. Кстати, а чем ты занимаешься в России?
— Преподаю английский язык.
— У тебя отличное знание языка и идеальное произношение, так приятно поговорить с образованным человеком.
— Генри, мы можем отсюда уйти? Мне не по себе от того, что эти мужчины пялятся на мой зад. Я знаю, что ничего особенного у меня там сзади нет, поэтому это более чем странно.
— Конечно, если хочешь, то мы уедем отсюда, — соглашается он.
— Если можно, то домой.
— Хорошо.
Обратно ехали объездным путем, видимо, Генри просто захотелось покататься по городу. Я не возражала, ведь мне было так приятно держаться за звездную талию. Пока мы мчались, я вспомнила, что видела Гаррисона в киностудии. Мы уже два раза встречались в разных местах, а познакомились только на собачьей площадке. Неслучайная случайность.
— Генри, я теперь вспомнила, что мы уже встречались, — говорю я, когда он заглушает мотор возле моего дома.