Королева Тирлинга

Йохансен Эрика

– Леди.

Голос Булавы был полон тревоги. Следовало проснуться и сказать ему, что с ней всё в порядке. Но тьма была такой согревающей. Её словно закутали в бархат.

– Она дышит слишком медленно. Надо отнести её к врачу.

– И какой же врач ей сейчас поможет?

– Я просто подумал...

– Врачей не учат разбираться в магии, Пэн, только целителей, да и то многие из них так или иначе шарлатаны. Нам остаётся только ждать.

Келси слышала дыхание обоих стражников над собой: тяжёлое Булавы и лёгкое Пэна. Её чувства обострились: постепенно выплывая из бездны,

она слышала чьё-то нежное пение и тихое ржание лошади где-то вдалеке.

– Это она наслала потоп, сэр?

– Только Богу известно.

– Предыдущая Королева когда-либо делала нечто подобное?

– Элисса?
– рассмеялся Капитан.
– Да Элисса годами носила оба сапфира, и самое необычное, на что они были способны, это запутываться у неё в платье. Как-то раз такое случилось в самом разгаре приёма для кадарцев, и у нас полчаса ушло на то, чтобы распутать эти чёртовы штуковины, при этом не нарушив приличий.

– Думаю, это Королева наслала потоп. Кажется, это отняло у неё все силы.

– Она дышит, Пэн. Она жива. Давай пока довольствоваться этим.

– Тогда почему же она никак не очнётся?

Голос молодого стражника был полон чем-то, напоминавшим скорбь, и Келси осознала, что время пришло, что нельзя больше заставлять их ждать. Прорвавшись сквозь согревающую тьму в своей голове, она открыла глаза и обнаружила, что лежит в голубой палатке. Время будто повернулось вспять, практически возвращая её в то утро, когда она проснулась и увидела сидевшего рядом Ловкача.

– О, слава Богу, - пробормотал Булава.

Её взгляд сразу же приковала к себе ярко-красная повязка у него на плече. Его форма была изорвана и покрыта пятнами крови. Девушка не заметила ран на Пэне, стоявшем на коленях рядом с Лазарем, однако с ним было всё серьёзнее: под глазами проступили тёмные круги, лицо покрылось смертельной бледностью.

Они принялись помогать ей сесть: Пэн взял её за руки, Булава поддерживал за спину. Сев, Келси ощутила вместо ожидаемой головной боли удивительную ясность ума, которого ничто не сковывало. Она нащупала оба ожерелья, по-прежнему у себя на шее.

– Не переживайте, мы не осмелились даже дотронуться до них, - сухо произнёс Булава.

– Я сама на это с трудом решаюсь.

– Как вы себя чувствуете, Леди?

– Хорошо. Слишком хорошо. Долго я спала?

– Полтора дня.

– А вы как сами-то?

– Мы в порядке, Леди.

Она показала пальцем на пораненное плечо Булавы.

– Вижу, кто-то всё-таки застал вас врасплох.

– Их было трое, Леди, и один атаковал с двух рук. Если Веллмер пронюхает, то до конца дней будет напоминать мне об этом.

– Что с теми женщинами?

Стражники неловко посмотрели друг на друга.

– Говорите же!

– Трое погибли, - угрюмо ответил Булава.

– Но вы спасли жизнь двадцати двум, - добавил Пэн, бросая на Капитана мрачный взгляд, который тот, к счастью, не заметил.
– Двадцати двум женщинам. С ними всё хорошо, как и с остальными. Они уже на пути домой.

– Что насчёт Стражи?

– Мы потеряли Тома, Леди.

Булава

провёл ладонью по лбу. В его случае этот, казалось бы, обычный жест обретал особую эмоциональность: Келси решила, что это самое выразительное проявление горя, какое он мог себе позволить. Но сама она почти не знала Тома, поэтому не будет проливать по нему слёз.

– Что ещё?

– Дождь прекратился лишь рано утром, Леди. Мы ждали, пока вы очнётесь, и мне пришлось принять некоторые решения.

– Лазарь, обычно вы принимаете разумные решения.

– Я отправил караван обратно. Пара детей осталась без матерей, но одна женщина из их деревни сказала, что присмотрит за ними.

Келси схватила его за руку, сжав её чуть пониже локтя.

– Он жив?

Пэн нахмурился, а Булава с раздражением посмотрел на нее. Он точно знал, о ком она говорит. Она приготовилась, ожидая от него нотаций, но Булава был хорошим человеком. Он сделал глубокий вдох и, медленно вздохнув, сказал:

– Он в порядке, Леди. Они все уехали вчера сразу же после рассвета.

Сердце Келси опустилось, но Булаве об этом не нужно было знать, поэтому она потянулась, и ее спина издала несколько приятных щелчков. Поднявшись на ноги, она заметила, как двое стражников обменялись суровыми взглядами.

– Что-то еще?

– Снаружи вас ждут неотложные дела, Ваше Величество.

– Хорошо. Идемте.

Погода способна преобразить что угодно. Они разбили лагерь на месте, облюбованном ранее Торном, прямо на дне долины, образовывавшей Аргайв. Весь перевал был залит солнечным светом, и ущелье, выглядевшее ночью столь неприветливо, на самом деле оказалось невероятно красивым той холодной суровой красотой горного края и пустошей. Склоны перевала мерцали подобно мрамору над головой Келси.

Стражники сидели вокруг остатков от костра, разожжённого ранее людьми Торна, но при её приближении встали и, к удивлению девушки, единодушно поклонились, в том числе и Дайер. Её чёрная военная форма была вся в грязи, а причёска наверняка выглядела просто ужасно, но, кажется, им не было до этого дела. Воины стояли с выжидательным видом, и спустя мгновение она поняла, что они ждали приказов не от Булавы. Они ждали приказов от неё.

– Где клетки? Где караван?

– Я отправил его обратно по той же дороге, что он и приехал сюда, Леди. Узники бы не смогли преодолеть весь путь домой, а многие мулы выжили, поэтому мы отломали верх у клеток и переделали их в повозки, чтобы людям было удобно ехать. Сейчас они уже должны быть далеко в Альмонте и скоро вернутся домой.

Келси кивнула, признавая правильность этого решения. Дно перевала всё ещё было усеяно отколотыми крышами и прутьями. Из дальнего конца ущелья в воздух поднималась струя дыма.

– Что там горит?

– Том, - ответил Булава напряжённым голосом.
– Никаких родственников и никакой церемонии: он бы хотел, чтобы всё прошло именно так.

Она оглядела отряд и заметила, что не хватало ещё одного человека.

– А где Фелл?

– Я отправил его обратно в Новый Лондон, Леди, с несколькими женщинами, которые, судя по их виду, были не прочь пройтись по лавкам в большом городе.