Шрифт:
Книга первая
Пролог
В Дореллине стоял самый разгар лета. Лесной воздух, наполненный ароматами цветущих диковинных трав и разогретой солнцем древесной коры, дрожал от нестерпимого зноя. На всей территории Свободных королевств весна лишь только вступала в свои права, но в этом чудесном краю, укрытом от всего остального мира особой магической завесой, был собственный порядок смен времен года. Эта невидимая глазу завеса была прозрачной и невесомой, но не пропускала ни свет, ни звук, и надежно защищала
От внешнего мира Дореллин отделяла большая дубовая роща, кольцом охватывающая его границы. По ней не спеша продвигался пограничный отряд эльфов, патрулирующих своих владения. Эта мера была неслучайной: в последнее время орки и гоблины настолько размножились и обнаглели, что осмеливались показываться у самых границ эльфийских земель – земель своих извечных и непримиримых врагов. Конечно, проникнуть в лес, не обладая соответствующими магическими знаниями и способностями, враги бы навряд ли смогли, но даже то, что они без конца бродят вокруг, уже изрядно раздражало его обитателей.
Три стройные, закутанные в серые плащи фигуры легко и бесшумно скользили меж зарослей. Мягкой кошачьей поступью, не оставляя следов, они ступали по неприметной тропе, и вряд ли кто, кроме их же собратьев, смог бы заметить это передвижение. На первый взгляд, они казались чрезвычайно похожими друг на друга: светловолосые, с бледной кожей и тонкими, безупречно правильными чертами лица, с одинаково длинными заостренными ушами и зелеными, чуть раскосыми глазами. Но присмотревшись получше, можно было различить кое-какие отличия.
Шедший впереди эльф с волосами необычного серебряного оттенка был самым главным из этой троицы. Об этом говорила его гордая царственная осанка, повелительный голос и то почтение, с которым обращались к нему спутники. Хотя по лицу эльфа крайне трудно определить его истинный возраст, он выглядел самым юным из всех. Следующий за ним эльф с золотистыми волосами и надменным выражением узкого холодного лица выглядел чуть старше, чем остальные. Наконец, последний, был немного пониже своих спутников, но зато покрепче и пошире в плечах, а его уши не столь заострены.
– До чего же жарко! – предводитель эльфов откинул плащ и расстегнул расшитый золотом ворот туники.
На его груди блеснул амулет в виде прозрачного камня причудливой спиралевидной формы, от которого исходило необычное золотистое сияние. Казалось, будто камень впитывает в себя солнечный свет, а затем отражает его с удвоенной силой.
– В роще все чисто. Думаю, теперь нам стоит ненадолго выбраться отсюда и осмотреть луг.
– Но милорд! Пожалуй, нам не стоит выходить на открытое место и подвергать себя лишней опасности – попробовал возразить один из эльфов, но был тут же перебит своим предводителем.
– Да брось ты, Мориел! Кого нам опасаться?! Если нам, наконец, попадутся орки, я буду только рад этой встрече. Мы уже битый час тут бродим, и все без толку! С этими словами он решительно шагнул вперед, а его спутникам не осталось ничего другого, кроме как последовать за ним.
Под недовольное ворчание Мориела они вышли из рощи и спустились к лугу. На самом его краю одиноко стояла старая полуразрушенная башня. Ее стены были доверху увиты плющом, а подножие заросло колючим кустарником. Эта башня
Впереди, насколько хватало глаз, раскинулся огромный луг, покрытый первыми весенними цветами и зеленью. За пределами луга, у самого подножия гор, темнел непроходимый сосновый лес. Все остальное пространство, куда достигал взгляд, занимали огромные величественные горы, увенчанные снежными пиками. Там, в горах, лежали земли сильфов – крылатого народа, с которым у эльфов были крайне напряженные отношения. Но пока ни одна из сторон не нарушала условленного равновесия, между ними царил мир. Правда, мир этот был очень шатким и ненадежным. Луг и роща считались нейтральной территорией между владениями сильфов и эльфов, переступать которую они могли лишь в случае крайней необходимости.
– Хорошо тут, – одобрительно заметил доселе молчавший третий эльф, подставляя лицо дующему со стороны луга легкому ветерку. – Хоть глотнем свежего воздуха перед возвращением домой.
Двое других согласно кивнули, с наслаждением вдыхая свежий прохладный воздух, казавшийся поистине живительным после палящего зноя Дореллина. Вдруг лидер эльфов настороженно обернулся и замер, пораженный открывшимся ему зрелищем.
На дальнем краю луга, возле самого леса, он увидел маленькую девочку в синем платье и накидке, отороченной белым пушистым мехом. Легкий весенний ветерок игриво трепал ее волосы и подол платья, а она беззаботно кружилась и что-то напевала, всем своим видом излучая беспечную радость, и совершенно не подозревая о том, что за ней кто-то наблюдает. Тоненькая и хрупкая, с пышной шапкой блестящих медно-рыжих кудрей, девчушка была очень мила. Но внимание эльфа привлекло другое: за ее спиной развевались два больших крыла! Не тонких полупрозрачных стрекозиных крылышка, коими обладали крошечные пикси, живущие в дебрях Дореллина, а самых настоящих крыла – из плоти и перьев, похожих на соколиные.
– В чем дело? Вас что-то заинтересовало, милорд? – почтительно осведомился тот, кого назвали Мориелом.
– Ничего особенного. Просто мне раньше не доводилось видеть здесь детей-сильфов. Лишь мужчин – воинов, да дозорных. А тут девочка, совсем еще ребенок – одна и так далеко от дома…Кругом ведь полно опасностей, куда только смотрят ее родители?!
– Сомневаюсь, что кто-то сильно озабочен ее воспитанием. Ее мать давно умерла, а отцу нет до нее никакого дела – отозвался в ответ Мориел.
– Ты ее знаешь? – недоуменно воззрился на него собеседник.
– Если я не ошибаюсь, это дочь владыки сильфов – Тередора. Она похожа на него – такая же рыжая. А уж этот-то упрямый болван должен быть вам хорошо известен, милорд.
– О да! – усмехнулся тот, – я достаточно наслышан о Тередоре, хоть близко и не знаком с ним. Но я и не знал, что у него есть дочь.
– Вы долго отсутствовали в родных краях, милорд, – вступил в их беседу третий эльф. – За это время многое изменилось.