Королева Летних Сумерек
Шрифт:
– Ты про кого?
– Про того человека в клубе! – крикнула ему на ухо Джанет. – Который умер, пытаясь меня защитить!
– Может, один из людей твоего отца? Новичок, которого ты не знала в лицо?
Ее голос задрожал из-за разочарования и страха.
– Кто бы он ни был, он мертв… А я даже не знаю его имени. Вообще тот мир, который ты хотел мне показать, просто адище! А затем ты… с мечом. Откуда он взялся? Или тот странный язык, на котором мы оба говорили… Кто на нем разговаривает и почему я теперь его понимаю?
Припав к уху
– Том, ты меня слышишь? Что вообще происходит?
Его решительное молчание лишь усиливало разочарование Джанет, так что к тому времени, как Том подъехал к воротам поместья ее отца, Джанет уже была вне себя от гнева.
Том повернулся, глядя на нее.
– Миледи, с глубочайшим прискорбием я вынужден вас покинуть.
Джанет сжала его предплечье еще крепче:
– Сейчас, покинуть? Ни за что! Не раньше, чем я услышу от тебя ответы на мои чертовы вопросы!
Встретив ее угрюмый недоверчивый взгляд, Том сказал:
– Куда я пойду этой ночью, ты следовать не можешь.
– И где это место, черт возьми, находится?
Том плотно сжал губы.
– Поверь мне, я не могу дать тебе ответы, которых ты заслуживаешь. Ты должна понять: я Рыцарь Розы, и жизнь моя раз и навсегда связана с моей Королевой.
Джанет вспыхнула:
– Чушь собачья! Рыцарь чертовой Розы… что это значит? Почему твоя клятая королева лезет мне в голову?
Том ответил, можно сказать, сквозь стиснутые зубы:
– Мне еще многое предстоит узнать о тайне, что держит в своих тисках твою жизнь.
– То есть ты собираешься высадить меня у дома моего отца и как ни в чем не бывало опять уехать?
Томас смягчил голос:
– Здесь ты будешь в большей безопасности, чем со мной.
В запальчивости Джанет сжала кулаки и выкрикнула:
– Да в рот тебе компот!
После этого, сузив карие глаза, она указала на элегантные створки ворот отцовского поместья:
– Если ты сейчас уедешь, то обещаю: больше я в эти ворота никогда не зайду!
После недолгой борьбы Том выдавил из себя мрачную улыбку:
– Тогда я провожу тебя до входной двери.
– Именно так ты и сделаешь.
Под всевидящими очами камер безопасности Джанет повернулась и набрала код. Створки ворот тотчас широко распахнулись, и они въехали внутрь. Минуту спустя Том остановил мотоцикл перед огромным гаражом, в котором стояли автомобили Джона Рэйвенскрофта, а также всевозможные транспортные средства его частной службы безопасности.
Повернувшись к Джанет, он молча ждал, когда она спешится. Джанет же подалась ближе к Тому, будто хотела что-то прошептать ему на ухо, и тут, как и множество раз до этого, несказанно его удивила.
Одним плавным движением она выдернула ключ из замка зажигания, заглушив мощный двигатель мотоцикла, спрыгнула с сиденья и отошла на пару шагов, затем впилась в Томаса полным стальной решимости взглядом.
– Слушай меня. Ты отсюда не уйдешь, пока я не получу ответы на кое-какие вопросы.
Не
Том последовал за ней через дверь, а затем по каменной дорожке, которая огибала дом снаружи и выходила на внутренний дворик с террасой в задней части, откуда открывался вид на обширную территорию всего поместья. Как только они оказались во внутреннем дворике, Джанет принялась расхаживать взад-вперед по безупречно выложенной каменной кладке.
Не желая отбирать ключи силой, Томас ждал, пока Джанет заговорит первой, и с любопытством оглядывал дом, который она не раз называла тюрьмой. Неподалеку виднелся декоративный пруд, по центру которого возвышался мраморный постамент с изящной бронзовой статуей оленя, вставшего на дыбы перед прыжком. Вокруг бассейна и внутреннего дворика был разбит обширный сад, уходящий сейчас в темноту ночи. Вдали огни Инвернесса обрисовывали силуэт протяженной линии забора, отделяющей дом Рэйвенскрофтов от внешнего мира.
Только тогда Том понял, что массивные кованые ворота на входе были лишь небольшой частью внушительной ограды, которая полностью окружала угодья, на которых располагалось поместье. Этот забор напоминал какую-то массивную средневековую оборонительную систему с острыми шипами, торчащими из густой живой изгороди из деревьев, которая тесно оплетала его. Вдоль внутреннего дворика тянулся еще один ряд тех же деревьев с большими гроздьями красноватых ягод, низко свисающих с ветвей.
Том непринужденно протянул руку и, сорвав одну ягодку, раскатал в руке и вдохнул ее аромат, а затем прошептал сам себе:
– Интересно… Защита, конечно, отменная. Но кто здесь ее установил и зачем?
В эту минуту по той же дорожке, которой только что прошли они, бодрой походкой приблизился дородный охранник. Выйдя во внутренний дворик, он подозрительно покосился на Томаса, нервно постукивая пальцами по кобуре с пистолетом, и лишь затем подал голос:
– Вечер добрый, мисс Рэйвенскрофт. У вас все в порядке?
– В порядке, в порядке. Давай шагай мимо.
Охранник, замешкавшись, все же не сводил с них взгляда, пока Джанет через силу не вынудила себя улыбнуться:
– Ты у нас Рэйли, верно?
Когда тот кивнул, она продолжила:
– Послушай, Рэйли. Это мой парень, и прямо сейчас мы решаем… некоторые вопросы. Нам просто нужно побыть наедине.
Диалог прервала пронзительная вибрация мобильного на поясе у охранника. Рэйли, страдальчески закатив глаза, извинился, прежде чем взять трубку.
Пока он слушал, его лицо становилось все напряженнее. А повесив телефон на пояс, он хмуро посмотрел на дочь своего работодателя.
– Тут в городе кое-какие неприятности с одним из наших людей. Мне надо идти. – Он сделал паузу, пристально изучая Тома и как будто обдумывая, что ему следует делать с этим человеком. Наконец, пожав плечами, он принял решение, очевидно, решив поверить мисс Рэйвенскрофт на слово.