Королев
Шрифт:
– Я – «Заря». Как слышите меня? – начал традиционно С. П. Королев. Услышав негромкий голос Андрияна, спросил о главном: – Как переносите невесомость?
Разумно осторожный космонавт-3 успокоил Сергея Павловича, сообщил ему, что «закончил уже восьмой виток, а неприятных ощущений не наблюдал». А потом добавил:
– Резких движений много не делал, старался все делать плавно. Как учили, «Заря».
– Спасибо, – поблагодарил Королев и добавил, что наблюдает Николаева на экране телевизора. – Вид мне ваш нравится. Желаю вам доброго полета!
Так же успешно провел опыт по свободному плаванию в корабле и космонавт-4
Полет кораблей «Восток-3» и «Восток-4» завершился 15 августа. Космическое путешествие Андрияна Николаева продолжалось 96 часов. За это время он облетел Землю 64 раза, пройдя путь, равный 2640 тысячам километров. Павел Попович пробыл в космосе 71 час, 48 раз облетел Землю и налетал около 1980 тысяч километров. Почти трое суток «Восток-3» и «Восток-4» находились в совместном групповом полете. Программа полета, о которой С. П. Королев говорил задолго до организации эксперимента, выполнена полностью.
– Полет космонавта Титова был глубокой пробой. Работа в космосе космонавтов Николаева и Поповича – новый важный шаг вперед, – так С. П. Королев охарактеризовал журналистам пресс-группы космодрома значение законченного эксперимента. – Теперь надо его закрепить и двинуться дальше. Космос нас хорошо принимает, – пошутил он.
А вскоре, в ноябре 1962 года, с космодрома Байконур, как и задумал Совет главных конструкторов, в звездные просторы ушла автоматическая станция «Марс-1».
– Вот мы и начали выполнять свой долг перед своими учителями, – с удовлетворением сказал Главный своим соратникам после старта. – Межпланетным сообщениям уготовано великое будущее.
«Марс» дался нелегко. Проблемы вставали одна за другой. Ракета-носитель могла поднять вес не более тысячи килограммов, а ученым хотелось разместить на борту станции массу всяких приборов.
«Не конкурс же объявлять. Может, снизить вес конструкции самой ракеты?» – размышлял Королев. Собрали проектантов, конструкторов, производственников. Долго спорили, выслушали много различных предложений, но разумных не нашли. Тогда Сергей Павлович предложил, как это иногда практиковалось в авиационных КБ:
– Тому, кто сэкономит хотя бы один килограмм веса, выплачиваю премию-Большинство отнеслись к этому предложению как к шутке. Заметив это, Сергей Павлович иронически указал начальнику конструкторского отдела, что он не умеет зарабатывать деньги.
– Пойдемте в механический цех к рабочим, я верю в их талант.
Подошли к фрезеровщику, Сергей Павлович попросил его выбрать металл на фланце между отверстиями для болтов.
– Можете сделать?
– Могу, Сергей Павлович.
Тут же на глазах у всех собравшихся фрезеровщик выполнил задание Главного.
Сергей Павлович попросил взвесить стружку – около трех граммов.
– Вот так-то. На граммах можно набрать десяток килограммов. А это все приборы, да не один.
Фрезеровщику выплатили премию, а начальнику отдела Королев приказал выпускать изделие в облегченном виде.
Специалисты понимали, что Королев планирует уже новый полет человека в космос. И в том, что это будет обязательно значительный вклад в науку, никто не сомневался.
А
Зайдя как-то к проектировщикам, которые находились под его непосредственным руководством, Королев как бы вскользь спросил их:
– Нет ли возможности разместить в спускаемом аппарате тех же размеров, что и у корабля «Восток», двух или даже трех космонавтов?
– Нет, что вы, Сергей Павлович, – почти хором ответили проектанты, – понадобится сразу три катапультируемых кресла. Да нет, просто физически им не хватит места-Сергеи Павлович возражать не стал. Этим разговором он просто хотел дать толчок мыслям и фантазиям проектантов. Сам-то он твердо знал, что катапультно-пара-шютный метод возвращения людей с орбиты годится лишь на первых порах.
Потом Главный еще два-три раза возвращался к этому вопросу, и снова его убеждали, что нет, никак ни двух-, ни трехместный спускаемый аппарат из «Востока» не получается. Но Сергей Павлович не был бы Королевым, если бы отступил от этой задачи.
В феврале 1963 года на одном из совещаний он снова заговорил о многоместном корабле. Как бы ненароком намекнул, что если в космос послать двух-трех человек, то такой экипаж следует составить из представителей разных профессий, включая и инженеров.
Намек Королева попал точно в цель: в умах инженеров как на дрожжах стала созревать мысль, что у них есть возможность не только строить корабли, но и летать на них. Едва закончилось совещание, как сотрудники вернулись в отдел и немедля стали думать о реализации предложения Главного, мечтая, конечно, о собственных полетах.
Однажды группу молодых специалистов пригласили к Главному конструктору. Никто не догадывался, что Сергей Павлович решил узнать, как они отнесутся к конкретному предложению стать испытателями космической техники в полетных условиях.
Королев всегда гордился потенциалом своего «молодежного» КБ. Действительно, к началу 60-х годов средний возраст его сотрудников не превышал 27 лет, даже большинству замов Главного было немногим больше сорока – сорока пяти. Но на этот раз «молодость» превзошла все его ожидания. На вопрос: «Кто из присутствующих хотел бы испытывать космическую технику непосредственно в полете?» – поднялся лес рук. Среди энтузиастов Главный увидел Алексея Елисеева, Валерия Кубасова, Виталия Севастьянова, Владислава Волкова, Николая Рукавишникова, Олега Макарова, Георгия Гречко...