Король
Шрифт:
— Блондинка или брюнетка?
— Конечно, брюнетка, – возмутился граф, не понимая, как можно спутать. – Айрис. Вторая еще совсем дитя. Хотя прехорошенькая.
— Мне она тоже понравилась, – Николь улыбнулась, не обращая внимания на замечания Кристиана. Его было уже не исправить, и полюбила его она именно таким.
— Откуда у этого старого крота такие лилии? – не понимал граф, глядя на ночное небо.
— Как ты точно подметил, – улыбнулась девушка. – Они и вправду похожи на лилии. Белая и золотистая.
— Нет,
Николь засмеялась.
— А я, какой цветок, по-твоему? – спросила она, подумав про Иджу и его благоухающие сады. Кристиан задумался, взглянув на нее. Николь немного смутилась, на щеках появился румянец.
— Лотос, – ответил граф с улыбкой. – Только что был белый, но вот уже есть розовые оттенки.
Он подсел ближе и обхватил ее за талию.
— И пахнет так нежно, едва уловимо, но очень приятно, – продолжал он, склонив голову к ее шее и вдыхая аромат ее кожи.
— Да, лошадями, – хихикнула девушка, обвив его шею руками.
— Знаешь, что цветы лотоса можно есть? – спросил граф, и она почувствовала как он начал покусывать ее между поцелуями.
— Ты голоден? – спросила Николь, сдерживая смех. Кристиан отстранился, но не отпустил ее из объятий.
— Нет, я отлично поел два дня назад, – ответил он, хитро прищурившись.
— А ты какой цветок? – Николь опустила голову ему на грудь, понимая намек. Его шутливый тон и хорошее настроение придавало ей самой уверенности и оптимизма. В чужом неуютном замке, после ужасных испытаний и выматывающего похода, она могла надеяться только на него и Виктора. Рядом с ними она ничего не боялась и везде была, как дома.
— Я не цветок, я сорняк, – ответил граф, погладив ее по волосам. – Знаешь, такой колючий, еще к одежде цепляется. Крестьяне его выкапывают и бросают на дорогу, чтобы лошади топтали.
— Ну уж нет, – возмутилась девушка. – Я сама подумаю.
— Мне уже страшно, – усмехнулся граф.
— Ты – роза, – заключила девушка, поразмыслив какое-то время.
— Я? – Кристиана такое сравнение, казалось, обидело. Николь вспомнила, как точно также посмотрел на нее Виктор, когда она сказала, что он красивее эльфа. Комплименты мужчины явно не умели ценить.
— Да, ярко-бордовая роза, с бархатными лепестками и дурманящим ароматом, – продолжала Николь, прикрыв глаза. – Девушки не могут оставаться равнодушными, когда видят ее. Но сорвать ее невозможно, только если не бояться острых шипов.
— Ты мне льстишь. Но за шипы спасибо, это уже хоть что-то, – ответил граф.
— А Виктор у меня будет нарциссом, – Николь очень понравилось новое развлечение. – Он такой нежный, белоснежный и без шипов.
— Не по-королевски как-то, – не согласился Кристиан. – Нарциссы растут везде, почти как сорняки.
— Неправда, ты в цветах ничего не смыслишь, – девушка легко ударила его по носу пальцем. – И я говорю о
В дверь постучали. Граф отпустил королеву и слез с широкого подоконника.
— Меня здесь нет и не было, – предупредил он, подвинув кресло ближе к камину и спрятавшись за его широкой спинкой.
Николь открыла. Прислуга втащила кадку и наполнила ее горячей водой. Девушка горничная, руководившая мужчинами, уложила на туалетном столике все принадлежности для купания и полотенца.
— Прислать вам камердинера барона? – спросила она, вернувшись в третий раз уже с чистой одеждой для короля и королевы.
— Нет, благодарю, Его Величество доверяет только мне, – ответила Николь, стоя около кресла и наблюдая за приготовлениями.
— Хозяйки предлагают вам свои наряды, если вы соблаговолите принять их, – продолжала докладывать не в меру услужливая горничная. – Украшения и туфельки. Ведь у вас только мужская одежда.
— Мужская, но моя собственная, – ответила Николь, заметив, с каким интересом девушка украдкой рассматривает комнату.
— Еще моя госпожа просила узнать, не знаете ли вы, где ваш спутник, некий граф Яновский? – осмелев, спросила горничная, глядя на Николь.
— Раз уж вы просто исполняете волю госпожи, я не стану наказывать вас за такой бестактный и дерзкий вопрос, – произнесла королева с прежней милой улыбкой, но от ее слов горничная вся сжалась, испуганно раскрыв глаза. – Я не слежу за передвижениями своих подданных, и никто не смеет задавать мне столь глупые и неуместные вопросы. А вашей хозяйке передайте, что граф теперь первый министр Его Величества и его друг, так что досаждать ему лишний раз не стоит, чтобы не лишиться расположения королевской семьи в столь трудное для всех вас время.
Горничная, побледневшая как полотно и едва не падая в обморок, присела в реверансе и бросилась прочь, чтобы не забыть всего послания. Николь заперла дверь и вернулась к креслу, в котором скрывался министр.
— Вот что значит королевская кровь, – произнес он, глядя на нее с нескрываемым восхищением. Сама королева едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться. – Теперь понятно, почему он так спокойно спит. Его охраняет бесстрашная королева. Грозная и справедливая.
— Хватит, – Николь рассмеялась, упав в соседнее кресло.
— Пока король спит, Вандершир в надежных руках, – продолжал Кристиан.
— Мадлена просила присматривать за тобой, – пояснила Николь. – Что я ей скажу, если эта девица вздумает свести с тобой счеты? Лучше сразу поставить ее на место.
— Ты ее не знаешь, – усмехнулся граф. – Если она что задумала, то ни король, ни маги ей не страшны.
— Она просто меня еще не знает, – ответила девушка, сняв сапоги и расстегивая рубашку.
— Будешь мыться? – спросил Кристиан, покинув свое кресло и направившись к ванне. – Разбудить его?