Король воров
Шрифт:
Вымазанный в конском навозе метнул его; Гнус метнул кинжал.
Оба движения совпали: серебристой рыбкой сверкнул в полутьме коридора метательный кинжал; черным угрем мелькнуло в полутьме коридора копье. Кинжал вонзился в грудь грязнорожего пришельца, отшвырнув того к порогу; копье вонзилось в живот карлика Гнуса, пригвоздив того к полу.
Чувствуя, как по телу разливается обжигающе горячая волна, Гнус набрал в разрывающиеся от боли легкие воздуха и на последнем издыхании заорал:
– Вайга-а-а-ал!!!
Услышав
Дробный топот по ступеням возвестил о приближении неизвестного. Шаги достигли вершины лестницы, замерли, осторожно двинулись вдоль по коридору.
Друзья? Враги? – одними губами шепнул Конан, обращаясь к рыжему. Он уже не знал, кто в этом городе друг ему, кто случайный знакомый, а кто смертельный враг.
Не друзья,- столь же тихо бросил Вайгал.- У меня тут друзей нет… кроме тебя.
Шаги остановились возле комнаты, где сидела троица.
Пта вернулся в живот Нанги по вине грязного недоростка! Теперь настоящих воинов оставалось только двое. Главный воин отвлекает внимание, а что должен делать я, Дапуту? Дапуту должен отыскать воплощение Великого Пьйонга и вернуть его шаману Манумбе,.
Выдернуть боевую палку из деревянной земли пауков и – вверх, вверх по уступам в пещере белых пауков. Ах, почему Манумба не одарил и меня тремя священными словами Вудайю? Без них как найти Пьйонгу?
О Нанга, помоги мне…
Что это? Шорох в одной из пещерок?
Там ли, там прячут белые пауки Пьйонгу? Надо проверить. Хлипка заслонка, прикрывающая вход в пещерку, ей не выдержать удара.
Деливио и Вайгал не отрывали взгляда от двери, за которым притаился некто. О чьем, приближении предупреждал своим криком карлик? Стралса ли пожаловала? Местные «тени»? Соратники Вайгала или Деливио? Или еще кто-нибудь?…
Деливио и Вайгал смотрели на дверь. И только Конан повернулся так, чтобы держать в поле зрения и окно. Он не знал, но инстинктивно чувствовал, что опасность грозит не только из коридора.
Дверь распахнулась под могучим ударом.
Гладкие, очень гладкие стены у этого квадратного камня! Сильные, как Носатые Горы, цепкие, как Змея-с-Ногами, пальцы находили малейшую выщерблинку, едва заметную щелочку в теле камня, чтобы подтянуть, довести тело второго Главного воина до цели. Но почему – второго? Ведь Джабута вернулся в живот Нанги. Значит, он, Бванга, теперь первый Главный воин! И о нем, именно о нем, о герое, который вернул воплощение Пьйонги, будет слагать песни и легенды слепой Кваргх…
Вот и отверстие в камне, за которым скрываются грязные похитители Пьйонги.
Бванга уцепился
Увидев, что на пороге возник точно такой же чернорожий оборванец, товарищи которого донимали его и «Червивой груше», Деливио не мешкал ни мига:
его меч, подобно живому существу, метнулся вперед и вонзился в прикрытый мешковиной живот дикаря. Но начальник сенаторской стражи все же опоздал; его опередила арбалетная стрела, угодившая незваному гостю точно в правый глаз. Не успев издать ни звука, дикарь повалился назад, на спину – сверкнув на прощание светлыми по сравнению с прочими частями тела голыми пятками.
И Вайгал, и Деливио были заняты только возможностью вторжения через дверь. Киммериец же, понимая, что в эту дверь нападающие, сколько бы их ни было, смогут протиснуться только по одному, следил и за открытым окном. И он единственный увидел кучерявую голову, внезапно появившуюся над подоконником. Все произошло в мгновение ока: от удара распахивается дверь, сверкает меч Деливио, щелкает тетива Вайгала и – в комнату через окно впрыгивает очередной «уголек».
Маленькая пещера. Трое белых пауков охраняют Пьйонгу. Пьйонга в кармане у самого старого из пауков, как подсказывает Светильник Нанги. Второй – большой, как Носатая Гора, смотрит на Бвангу. Но ему не успеть, не успеть нанести удар своей металлической палкой. Ближе всех к Бванге – паук в длинном нелепом одеянии из кожи мертвого животного, с колдовским жезлом в руках, с волосами цвета Огненной Черепахи. Ему и достанется яд муараре, а потом Бванга займется прочими.
Он отвел руку для броска боевой палки.
Глава XXV
Чернокожий воин замахнулся копьем, целясь в спину Вайгалу; Конан понял, что предупредить подельника он не успеет, и бросил свое тело на рыжего «вора», выдергивая того из-под смертоносного полета копья. Оба упали на прикрытый лоскутным одеялом лежак, а оружие влезшего в окно неприятеля исчезло в дверном проеме, пролетев над трупом того, кто пытался ворваться через порог. Киммериец вскочил раньше Вайгала. Поняв, что промахнулся, чернокожий в длинном прыжке метнулся к Деливио (почему?), зажав в левой руке нечто, напоминающее каменный кинжал.
Пути чернокожего и конановского меча пересеклись на середине комнаты. Свой прыжок чернокожий не завершил – клинок северянина помешал ему в этом, распоров живот поперек, на линии пупка. Не достигло своей цели и зажатое в левой руке нападающего то, что киммериец принял за каменный кинжал. Вместо того чтобы вонзиться в спину Деливио, «кинжал» этот полоснул по ноге поднимающегося с лежака Вайгала.
Прости меня, Великий Пьйонга, я не смог освободить тебя из плена белых пауков. Белые пауки победили твоего сына Бвангу.