Король Теней
Шрифт:
— Я уверен, — сказал Мэтью, проглотив очередной кусок, — что дело явно не в страхе увидеть кровь. Блэк ведь наслаждается ее видом, разве нет?
— Черное есть черное, золотое есть золотое, а Мэтью есть Мэтью, — ответил ДеКей после очередной мучительной попытки улыбнуться. — Я пригласил вас не для того, чтобы обсуждать Блэка.
— Для чего же тогда? — Мэтью сделал еще одно быстрое наблюдение: на внутренней стороне правой руки ДеКея отсутствовала часть ладони, как будто ее отрезали хирургическим путем. По краям повреждения виднелись шрамы от швов.
— Смотрите
— Я не хотел оскорбить вас, — сказал Мэтью.
ДеКей опустил руку и поерзал на стуле. Он сделал еще один глоток вина, прежде чем снова заговорить.
— Что вы, никаких обид. Я понимаю, что моя внешность… уникальна.
Некоторое время в комнате царило тяжелое молчание. Затем ДеКей прочистил горло и спросил:
— Вы ведь из Нью-Йорка, не так ли?
— Да.
— Надеюсь в скором времени посетить колонии. Там открываются большие возможности.
— Хм, — только и сумел выдавить Мэтью, сосредотачиваясь на превосходном отварном картофеле с чесноком и специями.
— Возможности для бизнеса, — продолжил ДеКей. — Мне нравится табачная промышленность. Я вижу в этом огромное будущее.
Мэтью отложил вилку. Он должен был задать вопрос, мучивший его.
— Вы помните молодую девушку по имени Элизабет Маллой?
— А должен? — Он задал свой вопрос, ни на мгновение не поколебавшись. Даже не перестал есть.
— Одно время она работала на вас.
ДеКей продолжал отправлять в рот миниатюрные кусочки еды.
— В качестве кого?
— Полагаю, вы назвали бы ее своей собственностью. Ей было шестнадцать лет.
— О, тогда я бы не называл ее молодой девушкой. Можно сказать, она была старовата, — ответил ДеКей, — по крайней мере, для моего бизнеса. Таких как она было — и есть — слишком много. Что она для вас значит?
— Она навсегда в моей памяти, — сказал Мэтью.
— Память, — протянул ДеКей, сделав еще одну страдальческую попытку улыбнуться. — Король теней.
— Простите?
— Память — король теней, — повторил ДеКей. — Вы работаете решателем проблем в агентстве «Герральд», вы должны это знать. Два, три, даже десяток человек могут быть свидетелями одного и того же события, но иметь совершенно разные воспоминания о нем, бросая тем самым тень на абсолютную истину. — Он замолчал. Под маской снова послышался чавкающий звук всасываемой слюны, вызванный, по мнению Мэтью, аппетитным блюдом, мучившим искаженный рот. — Вы согласны со мной?
— Да. Пожалуй.
— Я считаю вас очень смышленым молодым человеком, знаете ли. И очень способным. — ДеКей сделал еще один глоток из своей воронки и отодвинул прочь тарелку, не
ДеКей промокнул неповрежденные губы краем салфетки, свернул ее в идеальный конус и положил прямо перед собой.
— Итак, — деловито сказал он, — перейдем к нашему делу. Расскажите мне все, что знаете о зеркале, и заставьте поверить, что говорите правду.
Мэтью поколебался. Он знал, что рано или поздно это произойдет. Его челюсть пришла в движение, пока он смотрел в глаза ДеКея — темно-карий и золотой с красной сердцевиной.
— Только не пытайтесь убедить меня, что понятия не имеете, о чем я говорю, и что вы с вашим другом и Профессором просто путешествовали в Венецию, чтобы посмотреть на ее красивые каналы.
Мэтью прикусил язык. Он почувствовал себя тараканом, которого вот-вот прихлопнут ботинком.
— Возьмите еще немного зелени, — предложил ДеКей. — Это полезно для здоровья.
— Благодарю, я сыт.
— Очень хорошо. А теперь убедитесь, что отчетливо меня слышите, повторять я не стану. Блэк, по совету Фалькенберга, поступил мудро, не став убивать Грейтхауза. И если вы, молодой человек, не будете отвечать на мои вопросы, то вашего друга разденут догола и перережут ему сухожилия на ногах, после чего сбросят в море, привязанным веревкой к судну. Как думаете, сколько времени понадобится акулам, чтобы учуять его? — Руки ДеКея — больная и здоровая — сцепились на столе. — И еще один вопрос для столь смышленого молодого человека: сколько потребуется времени Грейтхаузу, чтобы умереть от потери крови? А у вас будет место в первом ряду на этом зрелище, в котором вы сможете познать величие моря. Что скажете, Мэтью? Эта картина ясна для вашего личного короля теней?
Мэтью медлил. Удар сердца… затем еще и еще… Наконец, он решил рискнуть и бесстрашным голосом спросил:
— К чему эти угрозы? Вы ведь в любом случае убьете нас, разве нет?
— Конечно же нет! По крайней мере, не вас и не Грейтхауза. После того, как зеркало будет найдено, вы будете свободны и сможете делать все, что вам заблагорассудится. У нас есть дальнейшие планы только в отношении Профессора.
— Не убьете нас? — Брови Мэтью поползли вверх, губы исказила насмешливая полуулыбка. — Вам надо бы сообщить об этом Блэку. Я думаю, он не в курсе.
— Блэка можно контролировать.
— Блэк, — протянул Мэтью, — безумец. Позвольте мне порассуждать о том, какую на самом деле я вижу картину. До недавней встречи я верил, что этот монстр мертв, но, как водится, зло трудно убить. Итак, каким-то образом он узнал о нашей с Профессором поездке и обратился к вам, чтобы вовлечь вас и «Немезиду» в свои безумные поиски. А вы, по какой-то столь же безумной причине, решили дать ему согласие. Очевидно ведь, что вы человек большого ума. Так почему же вы сотрудничаете с ним? Разумеется, вы не верите — просто не можете верить — во все эти россказни с зачарованным зеркалом. Это противоречит здравому смыслу!