Король Теней
Шрифт:
Оказалось, что некоторые из этих сомнительных импресарио привезли с собой своих собственных чемпионов в проволочных клетках. Грызуны метались, словно сумасшедшие, будто их доводил до исступления запах сыра или немытой человеческой плоти.
Когда очередной забег был завершен — вызвав у одних возгласы «Ура!», а у других выкрики проклятий, — Мак вышел вперед и громко сказал:
— Я ищу Траутов.
Никто не обратил на его выкрик внимания, поскольку руки в кожаных перчатках направили следующую стаю крыс к победе.
— Я люблю грязь в своем супе, — сказал Мак, и сразу же
— Погодь минутку, — сказал один из них с монетами в руке и оскаленными зубами — Мы должны закончить тут одно дельце.
Говоривший с ним Траут скорчил гримасу и изрыгнул множество проклятий в конце забега. Второй же оставался молчаливым, как могила. Когда забег был завершен, Трауты отошли в сторону и первый махнул ему на один из столиков.
— Ну давай побалакаем, — начал первый, как только они сели. — Че за работенка?
Мак оценил этих двоих, прежде чем начать. Оба были пьяны от горького ликера, лица были рябыми, глаза крапчатыми. Но у того, который вел беседу, в глазах горела искорка интеллекта, в то время как у второго было пустое выражение лица с оттопыренной нижней губой, с которой свисала нить слюны.
Могли ли эти двое справиться с «работенкой»? Это казалось невероятным, но Маку было больше не на что надеяться.
— Я Ник, — сказал говоривший, вероятно, решив, что Мак медлит из-за отсутствия джентльменского приветствия. — Это Донни. А тебя как звать?
— Неме… — Имя почти сорвалось с губ Мака, но он вовремя остановил себя и исправился: — Неммингс.
— Все путем, Неммингс. Давай послушаем, че там у тебя.
— Есть одна девушка, которую я хочу…
— Мы не убиваем ни за какие коврижки. Сколько ты предлагаешь?
— Выслушайте меня, — сказал Мак. — Есть молодая девушка, которую я хочу… — Какое слово будет понятнее этим двоим? — Похитить, — продолжил он. — Забрать из отчего дома и держать в безопасном месте, пока не потребуется ее освободить.
— Зачем?
Мак достал из кармана мешочек с монетами, который захватил с собой. Он развязал кожаный шнурок и высыпал деньги на стол. Глаза Ника заблестели, а выражение лица Донни так и осталось мертвым, хотя он и обратил внимание на рассыпанное перед ним сокровище.
— У меня есть план, — сказал Мак. — Вам интересна работа?
— Что за деваха? Она тебе кто?
— Это имеет значение?
Ник посмотрел на Донни, который беззастенчиво продолжал пялиться на деньги.
— Да, в общем-то, без разницы. Это все, что ты предлагаешь?
— Получите в два раза больше, когда работа будет выполнена.
Ник кивнул, облизнув нижнюю губу.
— Тогда нам интересно, — сказал он.
На том и порешили.
Глава сороковая
Маккавей ДеКей сложил подзорную трубу. Он спустился через лес с возвышенности, на которой стоял, и на краю дороги объявил Нику Трауту:
— Они приближаются.
Это была холодная и ветреная ноябрьская
Ник свистнул Донни, который прятался в зарослях на другой стороне дороги, но не получил свистка в ответ.
— Он готов? — спросил Мак, чувствуя, как нарастает нервозность.
— Не дрейфь, — скупо отозвался Ник.
У Мака в руке был пистолет, братья Траут также были вооружены.
— Не стреляй ни в кого без надобности, — приказал Мак. — Тебе ясно?
— Если кто-то начнет палить в меня, я выстрелю в ответ, — ответил Ник. — Мы не убиваем просто так, но если это самооборона… — Он коварно улыбнулся. — Деньги не стоят того, чтобы валяться в ебучей могиле.
— Нажимай на спусковой крючок, только если понадобится. Если все пройдет гладко, никто и не вытащит пистолет.
В ответ на это Ник дерзко рассмеялся.
— А ты не дурак помечтать, да? — сказал он. — Разве ты не знаешь, что ничто никогда не проходит гладко?
Учтя замечание Ника, Мак поднял воротник своего темно-коричневого пальто и приподнял черную бандану, которая закрывала нижнюю половину его лица. Шерстяная шапочка прикрывала бритую голову. Ник тоже приподнял бандану — красную, как рана. Мак был в ужасе, когда впервые увидел ее цвет при встрече с Ником и Донни, когда он арендовал телегу с сеном.
Они стали ждать.
Мак дрожал от напряжения, но был полон решимости отомстить. Ник внешне был спокоен, хотя его палец то и дело касался ствола пистолета. Донни оставался безмолвным и находился где-то поодаль.
Когда они услышали, как кучер экипажа кричит «Тпру!» своим лошадям, Мак и Ник вышли из своего укрытия… и все сразу пошло наперекосяк.
— Разбойники! — закричал кучер, тут же выхватив из-под сиденья пистолет. Прежде чем он успел выстрелить, пуля Донни пробила ему в грудь: молчаливый Траут в зеленой бандане вышел на дорогу прямо рядом с экипажем. Кучер растянулся на земле с криком, зажимая рану обеими руками.
Телохранитель верхом на лошади помчался вперед, выхватив пистолет и подняв его вверх. Ник выстрелил, и пуля, должно быть, попала в лошадь, судя по тому, что животное издало пронзительный крик боли, встало на дыбы и сбросило всадника, который приземлился, и его шея отвратительно хрустнула. Серая треуголка телохранителя закружилась в воздухе, словно заблудившийся лист на ветру.
Пока Трауты перезаряжали свои пистолеты, Мак застыл. В одном из окон кареты показалось мужское лицо, а рядом с ним замаячил пистолет. Пуля просвистела мимо правого уха Мака, затем Ник выстрелил в карету, выбив осколок дерева из края окна, откуда только что показался телохранитель.