Король Муравьев
Шрифт:
— Я никогда не смотрела на нашу связь именно с этой стороны.
— А я смотрел. Долгие годы я управлял бесчисленным множеством жуков, отдавал миллионы команд, отправлял их в бой и вселялся в тысячи самых разных видов. Хоть я и не силен в генетике, но знаю их мысли, их поведение и как устроен разум. Лучше меня управляться в мысленной сети может только королева, поэтому я единственный кто может ей хоть что-нибудь противопоставить.
— Получается, она, вместо решения проблемы со мной, обрела себе нового врага… Иронично, что в итоге я и в самом деле стала по-настоящему угрозой для роя, — с легким нервным
— Ну, это как посмотреть. По сути, теперь и она как и мы, стала заложницей сложившихся обстоятельств.
— Очень рискованно и очень самонадеянно! — сетовала Лилит с явным негодованием. Она и представить не могла, на что подписывается. — Королева может просто послать сюда наемников, которые и без неё прекрасно разберутся и уничтожат все живое на этой планете за солидную сумму. А эту идею я только так накинула, сходу. Представляешь сколько всего можно придумать, чтобы тебя переиграть в этой неравной партии?
— Да, план не идеален. Я даже могу не справиться с тем, что напридумывал тут, пока мы с тобой это обсуждали. Я уже погибал как-то раз, и у неё удалось перенести все мое сознание в новое тело перед тем, как я окончательно перестал дышать. Она сделала это в последний момент и так, будто ей это ничего не стоило.
— Полнейшее безумие…
— Но она-то этого не знает! Она не в курсе всего, пока я отлучен от сети. Наши планы под занавесом, для неё мы скрыты сейчас. Мне рассказал Адам, как это делается. Он запирался в своем воображении, мысленно создавая нечто вроде коробки или закрытого пространства. Понятия не имею как, но это работает. — И тут до меня дошла одна незначительная деталь. — А как ты избавилась от нашей связи?
— Я просто вырезала себе часть мозга, которая отвечала за это, — сказала она с тяжелым вздохом, ища место, где можно присесть. — Как я и говорила: боялась, что нас найдут, поэтому постаралась подчистить все следы, не оставить ни одной ниточки, ведущей ко мне. Я также убрала эту возможность у остальных моих детей, буквально переписав их ДНК практически с нуля.
— Даже представить не могу, насколько это все было сложно. Но Фаэлира об этом не знает, и мы сможем разыграть этот козырь позже, когда дойдем до переговоров.
— Господи, да не это сейчас важно! — Моя собеседница уже почти срываясь на крик продолжала: — Ты упускаешь слишком много «если». В твоем плане безумное количество дыр и непроверенных домыслов. И всё, абсолютно всё, что ты мне рассказал, никак не отменяет того сценария, в котором она попросту избавится от тебя и решит все последующие вопросы самостоятельно, своими силами.
— Я уверен, что такого не произойдет. Не могу объяснить почему, но мне кажется, что мы с Фаэлирой стали ближе, чем когда-либо до этого. Она не захочет причинять мне вред, я знаю это.
— Ну вот и посмотрим.
— Тебе-то что? Все равно терять нечего.
— Так я могла надеяться хоть на легкую смерть… — с сарказмом произнесла Лилит.
Не только королева роя столкнулась с ложной дилеммой. Мне тоже было тошно внутри: я чувствовал боль за свое предательство, представлял, какую крайне неприятную ситуацию создаю для неё. Но и оставить Лилит с её людьми я не мог, чувствуя ответственность за эти жизни.
На поверхность планеты спустился жук-переговорщик —
— И тогда я лишаюсь единственной призрачной гарантии безопасности… — произнесла Лилит в ответ на слова переговорщика. — Правда, теперь у нас появился хоть маленький шанс.
— Звучит сомнительно, но пока я не вижу другого решения. Не знаю, на сколько еще у неё хватит терпения, если я буду оставаться тут. — Продолжая мысль Лилит, я задумался.
— Мы можем надеяться на какие-то более выгодные условия «обмена»?
— Вряд ли.
— И чем дольше мы тянем, тем больше даем ей времени придумать что-нибудь. В её распоряжении огромный многофункциональный разум, способный решать несколько логических задач за секунды. Лучше решить все сейчас, нежили ждать новых проблем.
— Ладно, тянуть нечего…
Когда я собирался уходить в сопровождении жука-переговорщика, Лилит схватила меня за руку, остановив. Я обернулся, пытаясь понять, что она задумала.
— Арвум, если мы никогда не увидимся, я все равно благодарна тебе. Знай, что бы ни происходило, я ценю все то время, которое мы провели вместе, жизнь в рое была не так плоха, — она легонько приподнялась на носочках, поцеловала меня в щеку, будто прощаясь навсегда, — спасибо тебе за все, что ты для нас делаешь.
Я готовился к серьезному разговору с королевой, продумывая все возможные события, которые вообще мог себе представить. Я только вот поднимался на шаттле-жуке, пока у меня было несколько минут на раздумья. Из плюсов — как только я покинул поверхность, нападения не произошло. Пока Фаэлира держала свое слово. Тем временем я стал испытывать страх: руки мои слегка дрожали, а в ногах появился нервный тик — минусы человеческого тела, как же меня это сбивало с настроя. Нет, я не переживал за свою судьбу — я переживал за Лилит. Мне не хотелось бессмысленного кровопролития, я и так уже стал причиной гибели миллионов; лишних смертей ни в чем не повинных людей мне не хотелось.
Как только я вступил на борт нашего флагмана, я сразу нашел укромное местечко и прилег. Мне хотелось все обсудить в мысленной сети, чтобы ничто меня не отвлекало. Физически я спал, но мысленно уже находился в своем воображаемом мире. Я видел образ Фаэлиры — он стал таким же четким, как и в реальности. У нее был слегка растрепанный вид, из одежды — платье нежно-голубого цвета до самых щиколоток. Я чувствовал, что что-то изменилось.
В этот раз это был образ королевы, который не я создал своими подсознательными желаниями, а то, что сотворила она. Она выглядела и двигалась так же, как ощущала себя в реальном, человеческом теле. Теперь королева имела полный контроль над своим образом: то, как она выглядит, пахнет, что чувствует — все это теперь лишь ее выбор. Ее опыт, приобретенный на Авионе в новом теле, перерос в этакую другую личность. Часть разума королевы — не отдельную, а дополняющую ее. Как и у нас есть свои черты характера, иногда противоречащие друг другу, так и у нее это появилось, только обрело свою отдельную форму.