Король-лис

Фейст Рэймонд Элиас

— А куда мы пойдем? — спросил Мастерсон.

— Сначала в Калеш-Кар. Ког огляделся. — В Бэрдокской Скобе мы станем отрядом наемников. Когда мы туда доберемся, я расскажу вам, что делать дальше. Пока больше ничего не скажу: не все из вас доберутся. Кто-то погибнет в пути, но и в тюрьме вы бы все равно умерли, а так умрете свободными. Тем же, кто доберется до Калеш-Кара, я скажу вот что: если вы захотите дальше действовать сами, я не стану вас удерживать. Но если останетесь со мной и боги будут к нам благосклонны, придет время, и мы с вами будем стоять на стенах

Опардума, а голова Каспара будет торчать на пике!

Люди повеселели, и Ког распорядился:

— А теперь тащите весла.

Четверо беглецов принесли грубо обработанные куски дерева, в которых едва можно было угадать нечто похожее на весла: Ког смастерил их самолично, остругав кухонным ножом.

— Не бог весть что, — вздохнул он, — но это все, что у нас имеется. Ну, давайте спустим плот на воду.

Люди подняли плот и быстро стащили его к воде. В новолуние прибой был невысок — волны разбивались на высоте груди. Ког и Уилл, промокнувшие до нитки, встали у мачты. Ког распорядился:

— По бокам сядет по четыре человека — они будут грести по очереди. Остальные уцепятся за плот сзади и будут плыть, толкая его. До восхода солнца осталось меньше часа. Зирга и стражники встанут через час после рассвета, и мне хочется, чтобы мы к этому времени были уже далеко — чтобы они не смогли увидеть нас с верха башни.

Он выбрал четверых самых сильных, включая Мастерсона и Квинта, и усадил их на весла. Остальные уцепились за плот сзади.

Течение несло их на север, а гребцы и пловцы старались забирать немного ближе к берегу. Гребцы, не считая Квинта и Мастерсона, быстро выдыхались, и Ког заставлял людей в своей команде меняться местами — те, кто плыл, вылезали грести, а те, кто только что греб, отдыхали на импровизированной палубе, накрытой холстом. Ког надеялся, что смена видов работы поможет большему числу беглецов добраться до берега.

Продвигались они мучительно медленно, но когда наконец над горизонтом поднялось солнце, крепость казалась далекой точкой на юго-востоке. Ког видел лучше, чем большинство людей, и потому был уверен, что из крепости никто их увидеть уже не сможет.

По крайней мере, он очень на это надеялся.

Зирга зевнул, выходя из своих покоев, и почесал спину. Он увидел, что в дверях караулки стоит Кайл, и тотчас же понял — что-то случилось.

— Что такое? Ночью кто-нибудь умер? Кайл покачал головой:

— Нет. Арестанты.

— Что с ними?

— Их нет.

— Что значит «их нет»?

— В камерах никого не осталось.

— Быть такого не может. — Зирга побежал сам проверять камеры, не веря стражнику. Через некоторое время он вернулся. — Поиграть вздумали! Проверить все помещения! — закричал он, а через несколько минут появились Анатоль, Бенсон и Ройс — такие же встревоженные.

Зирга велел им обыскать всю крепость, и, когда они вернулись с докладом, что никого не обнаружили, он заорал:

— Тогда обыщите остров!

Они разбежались, а Зирга поднялся на крышу башни. Он прищурился, глядя на восходящее солнце. Осматривая море

во всех направлениях, он как будто заметил мелькнувшую на северо-западе полоску, но через миг там уже ничего не было — только вода и небо. Зирга медленно спустился с крыши и отправился в кухню.

Как он и подозревал, арсенал и кладовки оказались разграблены. Он сел за небольшой стол, за которым обычно ели Ког и Уилл. Через час вернулись стражники с одинаковыми сообщениями: нигде нет никаких следов арестантов.

— Кто осматривал северный берег? — спросил Зирга.

— Я, сэр, — ответил толстяк Бенсон.

— Что там? Песок, сэр.

Зирга покачал головой.

— Идиот! А какие-нибудь следы на песке ты видел — вроде как от лодки, которую волокли к воде?

— Нет, такое можно было бы заметить, но… я не смотрел.

Зирга в изумлении покачал головой.

— Ну, я же людей искал. Хотите, чтобы я пошел, посмотрел следы?

— Не надо, — отвечал Зирга. — На острове никого, кроме нас, нет.

— Что будем делать? — спросил Анатоль. Зирга глубоко вдохнул и с шумом выдохнул.

— Приготовь нам что-нибудь поесть, — сказал он Ройсу и повернулся к остальным: — Будем ждать.

— Ждать? Чего ждать? — изумился Кайл.

— Когда придет какой-нибудь корабль и увезет нас.

— И куда? — спросил Ройс, заглядывая в кладовку.

— Куда-нибудь подальше от Опардума, — отвечал Зирга. — Когда герцог узнает, что мы позволили семнадцати узникам бежать с острова, он пришлет нового коменданта и четверых новых стражников, а мы впятером станем первыми новыми узниками в этой крепости.

— Мне бы не хотелось, — глубокомысленно заметил Анатоль.

Зирга покачал головой и закрыл глаза рукой.

— Принеси-ка мне бренди.

Анатоль исполнил его просьбу, и Зирга, привалившись к спинке стула, оглядел кухню.

— У меня отложено немного золота, так что, может, подыщу себе какое-нибудь занятие в графстве Конар. У меня в деревне недалеко от границы с Салматером живет родственник. Может, у него найдется для меня работенка. Где бы я ни осел, ребятки, это будет очень далеко отсюда. — Он горестно вздохнул. — Но еды, которую готовил узник Ястринс, мне будет очень не хватать.

Остальные трое согласно кивнули, а Ройс, нахмурившись, принялся за стряпню.

К полудню Ког понял, что они оказались даже дальше к северу, чем он предполагал, и что к берегу двигаться очень трудно. Как бы сильно они ни гребли, к земле приблизиться не удавалось. Вдали едва виднелись буруны — то есть от берега их отделяло примерно две мили, и за последний час это расстояние не сократилось.

Ког посмотрел на тех, кто плыл за плотом, и заметил, что некоторые из них страдают от холода. Он приказал гребцам поменяться местами и сам вместе с Уиллом залез в воду. Тем, кто выглядел хуже всех, он велел забраться на плот; отдохнувшие гребцы тем временем заняли свои места. Поднявшийся ветерок помогал людям обсохнуть, но, к досаде Кога, он дул на северо-восток, и их незатейливый парус помочь им не мог.