Король-Лебедь
Шрифт:
Свидетельство о последних минутах жизни короля Людвига Второго, написанное со слов юродивой Магды, живущей в парке у замка Берг
После недавнего дождя Шванбергский парк выглядел особенно свежо и трогательно. Король и доктор вышли из замка и неспешно отправились на прогулку.
Фон Гудден отослал санитаров, чье присутствие сковывало короля и не давало возможности поговорить по душам.
Подобно древней ящерице, Магда грела свои старые кости на большом валуне, любуясь уставшим за день и теперь упорно сползающим все ниже и ниже
Магда знала, что ее король арестован и сослан в Берг. Это наводило на грустные мысли и одновременно с тем радовало. Печалило – потому что баварский король пал и теперь находился в когтях его злейших врагов, имеющих знания и власть сделать из него полного идиота. Радовало то, что ее король, ее обожаемый спаситель и добрый друг теперь здесь, в Берге, с ней.
Радовало, потому что старая Магда знала будущее, чувствовала, как дрожит воздух, а сам эфир готов разорваться открывшимися перед Королем–Лебедем вратами. Она знала, что Людвиг уйдет, сбежит из–под стражи, вознесется в лучший мир.
Однажды Людвиг рассказал ей историю Лоэнгрина, пришедшего на землю, для того чтобы восстановить справедливость, спасти честную девушку и расколдовать ее обращенного в лебедя брата.
Лоэнгрин был не принят, не понят, его подозревали в том, что он якобы занимается черной магией. Так что несчастный рыцарь был вынужден вернуться туда, откуда пришел. Людвиг считал себя непонятым и изгоняемым всеми Лоэнгрином. Но сама Магда считала его лебедем!
Заколдованным лебедем, которому рыцарь заоблачной страны Грааль должен был в один прекрасный день вернуть его подлинный облик и настоящую жизнь. Король – нет, на самом деле она никогда не называла его так. Людвиг был словно подкидышем в мире людей. Гадким утенком, который всю свою жизнь должен был открывать в себе прекрасного лебедя, чтобы в один из дней, расправив мощные крылья, умчаться в родные ему небеса.
Со своего места Магда видела, что доктор и Людвиг о чем–то яростно спорят. При этом король то вскакивал, то ходил из стороны в сторону, то вдруг застывал на месте, с тоскою всматриваясь в спокойные воды озера.
В какое–то мгновение он вдруг бросился на фон Гуддена, пытаясь задушить его. Магда вскрикнула, понимая, что сейчас произойдет непоправимое.
Услышав ее, Людвиг обернулся, и тут лицо его осветилось детской радостью. Король оттолкнул от себя уже изрядно задохнувшегося доктора и пошел в сторону воды.
Решив, что ее друг хочет покончить с собой, Магда бросилась с валуна, неуклюже плюхнувшись обеими коленками на песок. Перед нею на фоне безмятежного озера сияла открывшаяся в самом воздухе вибрирующая воронка. Туда и шел ее Людвиг.
– Они успели! Слава Богу! Они успели! – задохнулась в крике женщина. Не сумев сразу подняться на ноги, она ползла теперь к линии воды, протягивая руки к ускользающему от нее королю и не переставая молить о том, чтобы силы света, забирающие теперь Людвига, сжалились и приняли бы и ее.
Фон Гудден засвистел в свисток, и тут же Магда заметила, как
До желанных врат оставалось смешное расстояние, когда кто–то схватил короля за волосы, стараясь не дать ему исчезнуть. Людвиг извернулся в воде, нанося удары по голове, рукам и плечам напавшего на него. Завязалась свара. Кашляя и отплевываясь, король крушил на право и налево, отбиваясь от своих преследователей подобно медведю, атакованному собачьей сворой.
Меж тем Магда доползла до кромки воды, она уже не надеялась доплыть до врат, так как дорогу ей перекрывали дерущиеся.
В просвете воронки начали угадываться смутные тени, они звали Людвига, не имея возможности помочь ему. В какой–то момент Магда явственно увидела донну Эсклармонду, которая делала спешные распоряжения.
Заметив ее, Людвиг закричал, выворачиваясь всем телом и оставляя в руках преследователей сюртук. В следующее мгновение в руках фон Гуддена оказался револьвер, Магда закричала, привлекая внимание Эсклармонды или Людвига. Выстрел прозвучал как гром небесный. И тут картина сначала застыла, а потом начала разворачиваться в замедленном темпе.
Магда увидела, как пуля остановилась в воздухе, словно попала в невидимую прозрачную стену. В тот же момент Людвиг окончательно освободился от сюртука, его рубашка расстегнулась, обнажая шею и грудь. Еще секунда, и король начал оседать на руки своих врагов, в то время как его душа вылетела из тела, расправляя прекрасные лебединые крылья. Душа сделала круг над лебединым озером, прощаясь с ним, и исчезла в открытых для нее вратах заоблачного царства.
Остановленная в воздухе пуля плюхнулась в воду.
Поняв, что король погиб, медленно выходили из странного оцепенения его убийцы, в то время как фон Гудден, наблюдавший всю сцену вознесения, опустился на колени и, размашисто перекрестившись, погрузил голову в воду, оставаясь в таком положении до тех пор, пока черным коршуном над озером не поднялась его черная душа.
В то время когда коршун хотел ворваться вслед за Людвигом во врата, они со звоном захлопнулись перед его клювом, заставив Гуддена–коршуна заклекотать от охватившего его отчаяния.
Магда утверждала, что она сидела на берегу и видела, как замковые слуги и медики искали в озере тела доктора и короля, но у нее не было ни малейшего желания помогать им в этих поисках. Перед тем как окончательно стемнело, она была удостоена видения божественной хранительницы Грааля Эсклармонды, которая велела ей оставаться в этом мире и рассказывать всем о том, как на самом деле ушел из жизни баварский король.
Магда с честью исполняла долг перед Людвигом и страной Грааля до конца своей жизни.