Король и спасительница
Шрифт:
Проснулась я рано — часов в восемь, и, поняв, что будить Натку бессмысленно, тихонько пошла на терраску пить чай. На улице было серо, небо заволокло низкими тучами, ветер с шумом гнул кусты сирени. То ли терраску продувало, то ли меня просто колотила дрожь, но я обхватила себя руками за плечи и принялась нервно трясти ногой, раздумывая, как я буду разговаривать с Лидом при встрече. А если он еще не отошел за эти три дня? Ведь его величество, кажется, обиделось…
Чтобы отвлечься от нервных мыслей, я стала допихивать в рюкзак вещи, которые потенциально могли бы нам пригодиться. Когда
Но тут, к счастью, из сеней послышались шаркающие шаги. Я подумала было, что это бабушка, но это оказалась заспанная донельзя Натка с одним открытым глазом.
— Ты чего рюкзак по полу таскаешь? — укоризненно поинтересовалась она.
— Собираюсь я. Как-то сон не идет.
— Наверное, он весь у меня остался, сон, то есть… — подруга зевнула во весь рот и обреченно посмотрела на меня. — Ну ладно, щас я соберусь…
Наткино «щас» затянулось почти до одиннадцати утра: только к этому времени она пришла в себя и выразила готовность куда-либо двигаться. На улице по-прежнему дуло, но дождя не было. Бабушка выдала нам от плохой погоды так называемые «ветровочки», которые подозрительно походили на старые куртки моего папы, и добавила еще один пакетик с бутербродами.
— Ну, мы пошли, — наконец-то выйдя за порог, сказала я. Бабушка кивнула и строго произнесла:
— Давайте там, не ссорьтесь. И без него не возвращайся!
— Постараемся, — буркнула я и потащилась следом за Наткой в сад, закрывая лицо воротником от ветра.
В этот раз с нами не было короля, чтобы распугивать луговых коров, и теперь дело обстояло наоборот: коровы распугивали нас. Из-за трех кругов вокруг быков и коня наш путь к дыре сильно удлинился, но наконец-то показалась и река.
— Нат, — забеспокоилась я. — А если мы дыру не найдем?
— Будем искать. Да я помню, где она.
— А если ее там нету?!
— Да есть, есть. Чтобы мне всю жизнь каждый день термех сдавать! — поклялась Натка. От этой страшной клятвы я немного успокоилась, но все равно не могла как следует унять колотящееся сердце.
Место, где должна быть дыра, мы узнали по характерному пятну темного клевера. В опасной близости от этого пятна паслась огромная черная корова на длиннющей цепи.
— Ой, черт, — сказала Натка. — Ну ладно, ничего, она вроде не злая. Давай ты будешь за ней смотреть, а я — искать, откуда видно колонну.
Не дожидаясь моего ответа, она принялась перетаптываться по пятачку, а я посмотрела на корову. Корова подняла большие глаза и тоже уставилась на меня. Потом тряхнула головой и пошла к нам, волоча по траве цепь.
— Натка, — сказала я предостерегающе, — она к нам идет. Ты дыру нашла?
— Не совсем, — отозвалась подруга, нервно оглядываясь. — Но так или иначе, этот пятак скоро кончится, так что…
Я испуганно глянула на нее. Неужели дыра все-таки закрыта? Нет, такого быть не может… А если и правда?! От ужаса я совсем забыла про бредущую к нам корову, и она сама напомнила о себе, ткнув мокрой мордой меня в шею. Я нетерпеливо отодвинула морду ладонью, а другой рукой постучала по подруге.
— Ну что, Нат, наш…
Я
— Ну вот, — сказала она, засучивая бесконечные рукава своей ветровки. — Я же говорила… Э, а она-то тут зачем?!
— Кто?
Подруга кивнула назад. Я обернулась и увидела, что за моей спиной с застенчивым видом стоит корова, а ее цепь тянется из пустоты, начинаясь прямо в воздухе.
— Ой, — отскочила в сторону я.
— Это ты ее, что ли, сюда притащила? — поинтересовалась Натка и махнула на корову рукавом:
— Кш, пошла!
Корова попятилась, но никуда не делась. Мы огорченно посмотрели друг на друга.
— Ну вот, не было печали, — наконец, проворчала Натка. — Теперь ее обратно тащить. Она же чья-то.
— Не знаю, чья. Ну давай попробуем ее вернуть… — отозвалась я без особого энтузиазма.
Следующие пять минут мы в поте лица пытались запихать корову обратно в дыру, но отдельно этого сделать никак не удавалось. Только если Натка клала одну руку на животное, а вторую — на трон, они обе временно исчезали из этого мира, а потом со щелчком появлялись в том же составе.
— Нат, да в чем дело-то? — сердито сказала наконец я, разозленная глупой задержкой.
— Она за мной идет, вот в чем. И не отвязывается.
— Так, может, оставим ее, где есть?
— По-моему, не стоит. Там цепь как-то странно в воздухе натянута, как бы наши жители сюда не зарулили.
Корова, пользуясь паузой, начала щипать местную траву. Натка вздохнула.
— Сонь, может, ты попробуешь?
— Может, лучше ты? — протянула я умоляюще — мне почему-то казалось, что как только я выйду из Лидового мира, во второй раз попасть туда больше не смогу. Натка снизошла к моим капризам, опять положила руки на корову и трон, и снова они с животным несколько раз появились и исчезли. При последнем появлении у Натки было лицо, однозначно говорящее о том, что ей все надоело. Она и корова снова пропали, и на этот раз их не было довольно долго. Наконец я посмотрела на часы, увидела, что прошло пять минут, и, не на шутку забеспокоившись, уже протянула руку в сторону трона, когда передо мной снова возникли Натка и корова. Только в этот раз с локтя подруги свисала намотанная цепь, завершающаяся грязным стальным колышком.
— Короче, Сонька, отогнать я ее не смогла, так что просто отвязала, — сообщила Натка и с размаху вонзила колышек в землю. Корова опять начала щипать траву.
— А что вы там так долго делали? Друг за другом гонялись? — спросила я.
— Почему долго-то? По-моему, даже полминуты не прошло.
— Как полминуты! Пять минут или даже больше!
— Ладно, какая разница… Ого.
Натка застыла, глядя вдаль. Я, наконец, тоже туда поглядела и удивилась.
В Лидовом мире явно давно и прочно царила осень. Листья на кустах и деревьях стали ярко-красного и рыжего цвета, трава выцвела и пожелтела. Хотя было безоблачно и сухо, но отнюдь не тепло — ветер дул не хуже, чем в деревне у бабушки. Я в недоумении поглядела на темно-красную стену леса вдали и пожала плечами: