Король Австразии
Шрифт:
– Вот я и не преминул воспользоваться этим обстоятельством. Зато присоединение Нарбонской Галлии к моему королевству произошло практически без кровопролития…
– За правителя Австразии! И за наш с ним военный союз! – громко воскликнул Герменфред, поднимая уже наполненную до краев чашу и тотчас поднося ее к губам.
Тюринги дружно последовали его примеру, а Теодорих с улыбкой заметил:
– Думаю, твои соотечественники – отличные воины, ведь им постоянно приходится противостоять то саксам и данам на севере, то полабам на востоке…
Герменфред грохнул кулаком по столу.
– И
Теодорих в душе порадовался: он, наконец, достиг цели, «невольно» затронув неприятную для гостя тему.
– Но ведь мы и встретились с тобой, брат мой, чтобы объединиться для борьбы с Берхардом… Не так ли? – вкрадчиво спросил он.
– О да! – с жаром воскликнул Герменфред. – При удачном исходе нашего совместного похода, а в удаче я не сомневаюсь, мы разделим военную добычу поровну!
Теодорих подавил вздох разочарования: ему так и не удалось добиться от гостя перехода на волнующую лично его тему! Подхватив скрамасаксом смачный кусок оленины и сделав вид, что наслаждается едой, Теодорих вернулся к недавним размышлениям: «Заговорить о Фрейбурге самому? Или сначала оказать военную помощь на предложенных Герменфредом условиях?.. А потом дождаться момента, когда король полабских земель Бадерих соберется с силами и вторгнется в Тюрингию… Может, тогда Герменфред станет более сговорчивым?..»
В то время как король Австразии принимал тюрингов в Реймсе, его единственный наследник Теодебер, объединившись с Гунтаром, старшим сыном Хлотаря, сражался в Лангедоке (совместном владении долевых королевств) против вестготов. Хильдеберт поддержал племянников тем, что отправил им в помощь дружину из тысячи воинов.
Несмотря на то что уже через два года после смерти Хлодвига союзное войско королей-братьев разгромило Амалариха, перешедшего через Пиренеи и захватившего южные земли франков, вестготы – во главе с новым вождем – не смогли удержаться от соблазна вновь завладеть плодородными землями Лангедока и Западной Септимании, поэтому неожиданным вторжением почти с ходу взяли Тулузу, Родез, Безье, Нарбону и Кабриер [112] . Совместными усилиями франки отбили Тулузу, жестоко расправившись с захватчиками. Вождь вестготов пал в сражении.
112
В настоящее время доподлинное местоположение города-крепости Кабриер неизвестно.
Далее соновья королей-франков разделились: Гунтар со своей дружиной захватил Альби, дошел до города Родез близ притока полноводной реки Ло и, разграбив его, вернулся в Тулузу. Дружина Хильдеберта отправилась меж тем на юг – в Памье, раскинувшийся на отрогах Пиренеев; а Теодебер – в Безье и Нарбону, то есть на юг принадлежавшей его отцу Нарбонской Галлии, дабы попытаться вернуть их короне Австразии. Попытка удалась. Разрушив крепость Дио и уничтожив ее жителей за неповиновение, он продвинулся к Кабриеру. Там же, не желая очередной бессмысленной бойни, отправил дефенсору предложение о добровольной сдаче, предупредив, что в противном
На его счастье, незадолго до того как франки вернули захваченную вестготами Тулузу, дефенсор Кабриера скончался, не оставив наследников, поэтому в городе царили паника и безвластие. Вдова дефенсора по имени Деотерия, женщина молодая и умная, ознакомившись с посланием предводителя франков, отправила ему ответ, в коем предложила встретиться, дабы обсудить условия сдачи города подробнее. Теодебер, узнав, что обязанности дефенсора в городе исполняет женщина, пришел поначалу в изумление, однако в ответном своем послании назначил ей встречу в собственном походном шатре, пообещав личные защиту и покровительство.
Облаченную в изысканный наряд Деотерию слуги доставили в паланкине в лагерь франков, а предупрежденные о визите женщины стражники почтительно препроводили ее в шатер господина.
Теодебер вежливо предложил вдове вино и угощение. Та не отказалась. А к концу переговоров он вдруг понял, что страстно желает эту женщину…
В итоге жители Кабриера не пострадали: город был сдан франкам добровольно, а принявшая ухаживания Теодебера Деотерия обрела статус его наложницы.
Вскоре дружина Теодебера достигла стен Безье и по привычке раскинула перед ними лагерь. Однако и тут обошлось без кровопролития: уважавший короля Австразии местный дефенсор немедленно отворил ворота и самолично вручил ключи от города Теодеберу.
Добровольно сдалась и Нарбона. Власть короля Австразии была восстановлена.
На созванном королем Австразии Совете букелариев было принято решение отправить в Тюрингию тысячу воинов под предводительством Теодебера, когда он вернется в Реймс, завершив поход против вестготов. Согласно этому решению, примерно через полгода Теодебер с дружиной выступил в Тюрингию, где оказал королю Герменфреду неоценимую услугу: тот, наконец, убил своего брата и захватил вожделенные северные земли королевства. Теодебер же, получив причитающуюся ему часть военной добычи, вернулся в Австразию.
Меж тем король Теодорих наводнил Тюрингию соглядатаями и, регулярно получая от них нужные ему сведения, занял выжидательную позицию. И примерно через год убедился, что оказался прав в своих расчетах: король Бадерих действительно начал претендовать на часть Тюрингии как на законное наследство покойного отца-короля Бизина.
Перед лицом грозящей опасности Герменфред вновь обратился за помощью к королю Австразии, но на сей раз они встретились в городе-крепости Мец, то есть практически на границе двух сопредельных королевств.
Встреча состоялась в начале весны, и Теодорих тотчас отметил мысленно, сколь сильно сдал король Тюрингии со дня памятной охоты в Реймсе. Герменфред стал совершенно седым, его некогда светлые, пшеничного цвета волосы утратили блеск и приобрели неопределенный тусклый оттенок, вокруг рта пролегли глубокие морщины. Вдобавок его постоянно мучил кашель – как следствие сильной простуды, подхваченной во время боевых действий против брата минувшей зимой.
Теодорих встретил гостя-просителя подчеркнуто холодно, и это возымело на Герменфреда должное действие.