Король Ардена

Анри Софи

– Уже придумал план? – полюбопытствовал Артур, заметив перемену в его настроении.

– Придумал. – Тристан сжал протянутую ладонь и поднялся на ноги.

Уже следующей ночью он ликовал, слушая за стенкой истерические вопли и плач, похожий на девичий, когда его ненавистный кузен обнаружил в постели целое гнездо черных мохнатых паучков.

Давние воспоминания, от которых щемило сердце, прервал тихий стук в дверь. Тристан нехотя поднялся с кровати, накинул рубашку на плечи поверх ночных штанов и открыл

дверь.

– Надеюсь, не разбудила? – спросила матушка, переступив порог комнаты.

– Если скажу, что разбудила, уйдешь? – Тристан подошел к столику, на котором стояла початая бутылка вина.

– Ты знаешь ответ.

Королева Мари села в кресло у стены и плотнее запахнула полы ночного халата. Выйти из комнаты в таком виде ее могла заставить только крайняя нужда.

– Чем могу быть полезен?

Тристан отлично знал, зачем она пришла, но оттягивал нежеланный разговор как можно дольше. Он налил вина для матушки и себя, устроился на соседнем кресле и протянул ей бокал.

– Ты дал мне обещание, Тристан. – Она крепко сжала бокал в руке, но не стала пробовать содержимое. Ее взгляд потух, щеки впали, а на лбу появились новые морщины.

– Мама, ты хоть понимаешь, о чем просишь?

– Понимаю, но ты должен освободить брата.

Тристан раздраженно покачал головой.

– Мама, Артур изменник и предатель.

– Он мой сын! – зло прошептала она, а потом всхлипнула и откинулась на спинку кресла. – Я не могу допустить его казни.

– Мама, он убил Уилла! Разве ты забыла, что он тоже был твоим сыном?

– Вот именно, я не забыла. И не могу потерять еще одного ребенка. – Она сжала пальцами переносицу.

Тристан знал, что так она пыталась сдержать слезы.

– Мама, он убил Уилла, чуть не убил Рэндалла – дважды. Пытался захватить трон. Никто не сможет добиться его помилования. Даже если мне удастся убедить отца, такие преступления рассматривает Совет Юга полным составом, а он точно не отменит приговор.

– Но ты можешь помочь ему избежать казни другим путем! – В глазах Мари зажегся безумный блеск. Она резко подалась вперед и сжала ладонь Тристана до хруста в костях. Она явно была не в себе. – Помоги ему сбежать, сынок. Я знаю, ты можешь!

Тристан отшатнулся и отдернул руку.

– Хочешь, чтобы я тоже стал изменником? За такое меня осудят и казнят, матушка, или твой любимец настолько тебе дорог, что ради него ты готова пожертвовать остальными сыновьями?

Королева Мари сгорбилась, словно древняя старуха, и тихо заплакала.

– Я не переживу, если его приведут на виселицу. Не смогу смотреть, как моего первенца вздернут на виду у знати и простолюдинов. Я этого не переживу! – После этих слов тихий плач перерос в громкое надломленное рыдание.

Тристан вскочил с места, присел на подлокотник кресла матери и, крепко обняв

ее, поцеловал в макушку.

– Тише, матушка, никто не казнит твоего сына. Не плачь, моя родная. Я помогу Артуру избежать публичной казни.

Он долго баюкал мать в своих объятиях, пока ее рыдания не стихли.

– Обещаешь? – спросила Мари, промокнув уголки глаз носовым платком.

– Обещаю, мама.

Когда Мари покинула его покои, Тристан со всей силы пнул ногой стул, с грохотом опрокинув его на пол. Дав это обещание, он нажил еще одного врага в лице родного человека.

На следующий день на рассвете он отправился к Артуру. Его темница в разы отличалась от тех, где содержались преступники-простолюдины. Чистая кровать с мягкой периной и теплым одеялом; простой, но крепкий стол, на котором стояла стопка книг; два добротных стула с деревянными спинками. Даже отдельная комнатка с отхожим местом и умывальником здесь имелась.

Тристан вложил ему в руку одну вещь, которую пронес тайком от стражи.

– Тебя матушка прислала? – спросил Артур, изучая ладонь.

– Да, я пообещал ей, что помогу тебе избежать казни.

Артур усмехнулся и покачал головой.

– Бедная матушка. Она так мудра и хитра, но когда речь заходит о сыновьях, напрочь забывает о том, что нужно следить за формулировками.

– Зачем тебе все это? – спросил Тристан без обиняков. – Ты добился того, к чему всегда стремился. Стал кронпринцем. И стал бы королем, если бы просто немного подождал.

Артур поставил локоть на стол и оперся подбородком на кулак, словно собрался слушать увлекательную историю.

– Ты забыл, что я сказал тебе давным-давно? Я хотел стать королем, которого все запомнят. И меня запомнили бы как первого правителя, который положил конец династии Корвин, подчинил мятежные земли и сделал Юг самым мощным государством на всем Материке. Отец был слишком слаб и труслив, чтобы поддержать меня, поэтому я решил занять его место пораньше.

– Почему ты не убил его? Тогда у тебя все получилось бы.

Артур тихо рассмеялся.

– Не делай из меня злодея, Тристан. У меня тоже есть моральные принципы. Я не собирался становиться отцеубийцей. Я люблю его, несмотря на то, что как родитель он откровенно плох.

Тристан покачал головой.

– А братьев убивать твои моральные принципы позволяют?

– Это была вынужденная мера, – беззаботно отозвался Артур. – Ты знаешь, что в старые времена во многих королевствах на Малом Материке существовал обычай? Согласно ему, когда действующий король умирал, его наследники вступали в борьбу за престол, и победивший устранял всех соперников. Убивал всех братьев. Жестоко? Несомненно. Зато потом королевство жило спокойно и процветало без восстаний и распрей между претендентами на трон.