Шрифт:
Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.
Глава 1
Аня торопилась домой. После того, что произошло, ей хотелось поскорей там оказаться. Тем более что на улице скоро начнет темнеть, а ее мама не любила оставаться одна, когда на улице наступала ночь. Осень в этом году была сухая и теплая. Желтые листья приятно шуршали под ногами, и заходящее мягкое солнце поторапливало девушку. Аня подумала, что если идти обычным путем, то это займет почти час времени. Но
Она не любила ходить этой дорогой одна, было жутковато пробираться на закате дня по небольшой дорожке протоптанной многими людьми, среди старых могил. Она ходила здесь с подругами, а когда была совсем маленькой, то вместе с бабушкой. Это кладбище было давно уже недействующим, и поговаривали, что его скоро снесут. Оно оказалось почти в центре ее небольшого городка, так как город с каждым годом рос, расширяясь в своих новых микрорайонах вокруг него. А кладбище стояло по-прежнему, на своем месте, похожее на большой парк.
Дело в том, что раньше родственники умерших, считали своим долгом посадить на могилке усопшего какое-нибудь деревце. Со временем это деревце превращалось в большое дерево. Так как кладбище было старым, ему было уже более 80 лет, то и ухаживать за деревьями уже было некому. Здесь росло много сирени, и белая и персидская, а кусты жасмина летом источали свой аромат. Анин брат даже приносил домой крупные пенные шары бульдонежков. Росли там и фруктовые деревья – вишни, черешни, яблони. Только все знали, что есть эти плоды нельзя.
Тропинка через кладбище была популярной. Многие люди сокращали себе путь, добираясь так на работу или в магазин. Потому что идти вокруг, значило ехать на троллейбусе, и тратить гораздо больше времени, чем это требовалось. Избегали этого места только люди суеверные или те, кто боялся одичавших собак, которые поселились где-то в глубине этого мрачного места. Аня не боялась ходить здесь, так как ее дом находился через дорогу от этого самого кладбища. Она выросла по соседству с ним. Аня опасалась только лишь плохих людей, особенно мужчин, которым непонятно что могло прийти в голову. Поэтому она шла, изредка оглядываясь, следя за тем, чтобы никто не увязался за ней по этой дороге. А там, когда она останется одна, можно быстро добежать до дома. Аня и была одета соответственно для такой пробежки – легкие кроссовки, эластичные джинсы, толстовка с капюшоном. Ей будет только в радость немного пробежаться.
Аня последний раз оглянулась и, не обнаружив ничего по ее мнению опасного, ступила на территорию вечного покоя. Сделав несколько шагов по знакомой дороге, она легко подскочила и неспешно побежала.
В ее голове воспоминания сегодняшнего вечера кружились как калейдоскоп. Вот лицо ее брата, вот Богдана, сидящего за ударником, а вот и… ее сердце бешено забилось, вот и Данила, которого все называют Родриго. Он играет на бас гитаре, и сегодня он… он не только целовал ее. Ее сердце так подскочило от волнения, что Аня почувствовала его в горле. Она перешла на обычный шаг, чтобы успокоиться. Равномерно дыша, она привычно разглядывала могильные памятники. Сейчас такие уже не делают.
Эти памятники были сделаны из железа и выкрашены в основном в голубой цвет. Масляная краска на них была многослойной, так как каждый год, в одно и то же время она обновлялась. Поэтому ограды и памятники не ржавели. На вершине этих конусоподобных могил частенько
Его лицо вновь всплыло в Аниной голове. Длинные волосы, смуглая кожа, карие удлиненные глаза, крепкое гибкое телосложение и гитара через плечо. Видимо, потому он и Родриго, так как он выглядел настоящим мачо. Ему было 23 года, Ане 17 лет, и Аня никогда не мечтала о таком парне. Ей вообще не нравились друзья ее брата. Она предпочитала более скромных и незаметных мальчиков, так как понимала, что сама именно такая. Ее не увлекала рок-музыка, которую играли брат и его друзья. Она предпочитала проводить свой досуг в тишине, с книгой в руках.
Но один раз ее брат не смог прийти на репетицию. И он должен был передать какой-то конверт Родриго, «ну, просто срочно, во что бы то ни было». Он умолял Аню сходить вместо него в это помещение, в клубе, где они встречались, и передать конверт. «И чтобы мама ничего не знала». Тяжело вздохнув, Аня согласилась. Она никогда не вникала в дела брата. Уж очень разные они были.
Когда она появилась в их помещении, то впервые услышала, как играет и поет Родриго. Репетиция шла в полном разгаре, даже без участия ее брата. Родриго ничего не замечал и пел так, словно он один во вселенной. Его глаза были отрешенными и устремленными куда-то вдаль. Казалось, он видел то, что больше никому не доступно. Аня ошеломленно опустилась на старую табуретку около дверного проема. Его глаза… они проникали до самого Аниного сердца. Сколько раз она видела его, но никогда не замечала его одинокого, ищущего взгляда. Это был не взгляд, это был полет.
Допев до конца, он опустил глаза и увидел ее. Он скинул гитару и легко соскочил с деревянной импровизированной сцены.
– Ты же сестренка Антона? Где он?
– Он не смог придти. Он передал тебе это.
Аня протянула конверт, и Родриго взял его длинными пальцами. Вены и сухожилия на его руках были четко видны, и Аня удивленно рассматривала его руку, словно видела какое-то чудо. Родриго слегка хмыкнул, пристально разглядывая Аню. Она сконфуженно попятилась, намереваясь покинуть побыстрей их помещение.
– Стой, стой, мы же даже не познакомились, – запротестовал Родриго.
– Ты Данил, я знаю, – смущенно пробормотала Аня.
– Родриго лучше. Зови меня так. А ты…
– Аня.
– Точно, – он широко улыбнулся. – Так что с Антохой?
– Вроде как приболел.
Родриго понимающе закивал головой и заглянул в конверт. Его лицо удовлетворенно вытянулось, и он причмокнул губами.
– Видишь, Аня, как все хорошо. Передай Антохе привет, и еще кое-что.
Он полез в карман своих джинс и достал оттуда маленькую баночку или пузырек, как из под лекарства, из тех, что закрывают резиновыми крышками.