Корейский дрифт

Ли Кристина

— Покажешь дорогу, милая.

— Погоняем? — прошептала и сжала его запястья в своих ладонях, смотря на ткань красной толстовки на его груди.

— Если хочешь, — Ши Вон хохотнул у моего лба, а потом всё таки поцеловал, — Каков приз этой гонки?

— А чего ты хочешь? — я прищурилась, задав глупый провокационный вопрос.

— В твоей квартире ванная большая?

— Смотря для чего.

— Для нас.

— Маловато места, но мы можем твои ноги сполоснуть в последнюю очередь. Немного поторчат за бортом. Кто тебе виноват, что ты такой…

— Значит, подождем

с этим, пока не доберёмся до нашей ванной, — оборвал меня Пончик и отпустил.

— Подождем с чем? — я отстранилась, а он только загадочно хмыкнул:

— Увидишь, госпожа Ким, — и вышел из тачки.

"Итак, шел двенадцатый день моего замужества. За это время я успела развестись и опять выйти замуж повторно, но теперь уже всерьез… Браво, Бодька! Шоу "Давай поженимся!" отдыхает!"

Китайская лёгкая промышленность или как жарко начать медовый месяц

Если сопоставить все факты моего грехопадения воедино, то по всему выходило, что место мне в дурке, на койке рядом с потомком Бонапарта. Я сошла с ума.

И на это было пять причин.

Нет, это не строки из известной песни, которую обожает петь моя мама на каждый свой день рождения. Это пять реальных причин, почему в собственного мужа я втрескалась уже после того, как узнала, что стала законной супругой.

Первая причина — это его акробатические способности. Она стала явной сразу, как только мы оказались снова рядом с закрытым пространством. Но речь не о жарком супружеском исполнении того самого долга, а о том, что уходя из барака на крыше, я упустила момент с тазиком, который служил мне подставкой. Когда вставала на него, то с лёгкостью подключала свет к своей халупе. А делалось это исключительно снаружи.

Возвращаясь к сути, в эту ночь в доме света не было, потому что Пончик решил не заметить тазик у входной двери, и в итоге, бедное изделие китайского производства превратилось в металлическое нечто.

— И что теперь делать? — я встала рядом с тем, на что нечаянно наступил Ши Вон и скривилась.

— Я… Ну… Я могу подсадить тебя. Всего то делов?

Лица своего супруга я не видела отчётливо, поскольку вокруг ночь, а света не было до сих пор. Но зато хорошо прочувствовала, как Пончик схватил меня и поднял в воздухе.

Тут пришел момент обозначить вторую причину. Оказывается мне дико нравится, когда меня поднимают на руки. Упустим тот момент, что мы свалились прямо у двери на тот самый потрёпанный диван, потому что кто-то опять не заметил китайский тазик. Но! Так изящно я ещё на мужика сверху не падала.

— Может… Ну его этот свет? — спросила совершенно серьезно, осматривая лицо Пончика, которое находилось в сантиметре от моего, — Он вряд ли нам…

— Полностью согласен, — ответил Ши Вон и прижал меня сильнее, — Главное, это то, что мы вообще сюда дошли.

"Конечно… Если учесть, что у кого-то по дороге наверх случилось три припадка спермотоксикоза… Меня ещё так никто на лестничной клетке со смаком не облизывал во всех доступных местах!"

— Мы должны сперва поговорить, Пончик, — я приподнялась и решила слезть с него, но случился

новый припадок, который поставил точку в любых разговорах этой ночью.

Если бы я знала, что обычный поцелуй может быть иногда лучше секса, то наверное, стала бы чемпионом по тренировкам на помидорах. Потому что прямо сейчас чувствовала себя совершенно нереально. Как малолетка, которая впервые познала, что такое поцелуй в засос.

А засосы были, и похоже не только на моих губах, потому что пока мы валялись на старом диване, я даже не обращала на такую мелочь, как холод внимания.

Спокойно дышать оказывается надо ещё уметь, когда твой муж спец по эрогенным зонам. Как он догадался, где и что, ума не приложу, но руки сами двигались в такт с его ладонями, которые вжимали меня в пах Пончика с завидной ритмичностью, а его язык проделывал сотый кульбит вокруг моего. И даже не это сносило крышу, а взгляд Ши Вона.

Говорят глаза — зеркало души человека. Тогда рот — это зеркало души моего муженька, потому что он не давал мне даже продохнуть. Я делаю вдох, а получается стон, который Пончик ловит губами и тяжело выдыхает, всасывая мои губы снова. То резко, то плавно движения сменяют друг друга, и этот контраст страсти и тепла сводит с ума.

Однако, когда мы понимаем, что находимся на диване, под дверью квартиры, на открытой крыше дома, а мои руки уже тянутся снять с Пончика одежду опять, наступает момент третьей причины.

"У моего мужа железное терпение…"

Будем честными! Какой мужик, зная что ничего не мешает продолжить процесс, и что его барышня совершенно не против, резко остановит её поползновения в сторону своего тела?

Правильно! Только круглый болван, коим походу и является мой супруг, потому что Ши Вон бережно схватил меня за руки, и опять мягко поцеловав, остановил безобразие, которое я успела устроить на нём, и собственно на диване посреди крыши.

— Что..? — тяжело выдохнула, чувствуя как горят губы, а во рту полно слюны, и хочется ещё.

— Давай хотя бы внутрь войдём… — слышу хриплый шепот, и затуманенным от возбуждения взглядом смотрю точно в такой же ненормальный и бешенный напротив.

— Ключи…

— Я уже нашел? — усмехается Ши Вон и ласково погладив мой зад, достал связку обычных ключей из кармана.

— Открывай, — выдыхаю и опять наклоняюсь к его губам, чтобы обрисовать для себя причину номер четыре:

"Мой супруг способен открыть дверь не смотря на неё, после того, как продолжая исследовать мой рот, поднимает нас с дивана."

Так я закрепляю уверенность в причине номер один, которая касается физических параметров и акробатических способностей. Поскольку за этим, начинается полная вакханалия, которая уже совершенно не касается предыдущих причин.

Наступает апогей — я понимаю, что все байки про нежных корейских мужиков, способных только к миссионерским позам это полнейший миф.

Так наступает час пятой причины, по которой основная масса женщин, готова оторвать патлы любой соплеменнице за своего мужика, если он способен вытворять такое.