Корейский дрифт
Шрифт:
"Это мы ещё посмотрим!" — зло прошипела в голове, а сама пристально следила за тем, как гад поставил свое корыто на ручник, и оперся локтями о бензобак наблюдая за происходящим.
— Почему он опять прячет лицо? Это что, мода такая? — задала резонный вопрос Гаркуша, а я хмыкнула:
— Может он страшный, как смерть? Вот и спрятал своё неотразимое личико.
— У нас были предположения, что это один из айдолов, — сложил руки на груди Боми, а Сик кивнул:
— Я лично ставлю,
— Пак Чи Джин? Он гоняет на байке? — округлила глаза Гаркуша и хохотнула, — Вы гоните? Он не вылезает из телека сутками со своим шоу молодых талантов. Когда ему гонками заниматься?
— Не знаю. Просто это всё очень подозрительно. Зачем гонщику прятать свое лицо, если не потому что он знаменит? Зная то, какое агентство под началом Сая, можно смело предположить, что это его артист. Он им разрешает всё, — подытожил Сик.
— Тем более Пак Чи Джин не промах. Мы видели его на спортивной трассе.
Я ни хрена на понимала о ком они, да и понимать не хотела. А всё потому что моя уверенность в собственных силах сегодня только росла.
Именно она сыграла со мной в злую шутку. Нельзя! Ни за что нельзя чего-то сильно желать в новогоднюю ночь, прежде не взвесив все "за" и "против". Потому что Вселенная поймет, зараза, буквально.
Так и случилось.
— Госпожа? Вы… Это невозможно! — на меня смотрел учредитель гонок, и пытался пояснить, что мне бы идти салатики, да кимчи строгать, а не мужскими развлечениями заниматься, но лично мне было, что соловью.
— То есть это дискриминация по половому признаку? — мы стояли в толпе точно таких же гонщиков, как я, и спорили вот уже десять минут.
Всего тут собралось человек двадцать. Больше участников не могли позволить из соображений безопасности. Вот я и хотела стать двадцатой.
— Послушайте… Это совершенно…
— Значит, я не могу принять участие в гонках, потому что у меня есть грудь, а у них её нет?
Лучше бы я этого не говорила, ибо похвастаться в этом плане мне реально нечем.
— Госпожа…
— Ким, — за моей спиной послышался глухой звук, который исходил из-под маски.
Тряпка черного цвета, только и была видна под капюшоном Всадника. Сам он стоял в нескольких метрах от трейлера учредителей, у которого я и учинила скандал.
— Я думаю от того, что девушка примет участие в гонке, ничего не изменится. Это всего лишь формальность.
"Вы только гляньте на него?! Это я-то формальность? Ну готовься, красавчик, я тебя на повороте в кювет быстро отправлю. Поцелуешь травку у лужи, которая в овраге!"
— Дайте ваш "id", госпожа, — устало попросил парень организатор и я протянула ему документы.
Как только он их отсканировал и выдал мне карту участника, я спокойно прошла мимо моего внезапного защитничка и задержалась всего на пару секунд:
— Если ты думаешь, что я сольюсь за эту помощь, то желаю
— Помнится, в прошлый раз кто-то поцеловал мой.
Тихий утробный шепот заставил разозлиться ещё больше, потому я ничего не ответила во избежание потока матершины изо рта.
— Гаркуша! — я бросила девушке, свой сотовый и документы, — Встретимся через пять минут.
— Не гони! Поняла? Допустимая скорость не больше ста пятидесяти! Веди себя хорошо! — Славка взяла мои документы и села в тачку Боми.
— Не переживай, твоя крошка сегодня не проиграет ни за что!
Я села на байк и надела шлем. Это был тот момент, когда я поняла, что моя жизнь поменялась полностью. Ведь сейчас до меня дошло, что произошло за последние сутки.
"Только вчера, в это же время, мою спину согревали лопатки Пончика. И вот теперь у меня есть свой малыш, а значит псевдомуженек не врал, и начал исполнять свою часть договора в первый же день…"
С этими мыслями, я смотрела на разметку пустынного шоссе перед собой, и пыталась сосредоточиться только на собственном организме. Контроль над телом — залог успеха каждой гонки. Если гонщик чувствует байк и себя, как одно целое — он выиграет. Именно это я пыталась ощутить.
Малыш ревел подо мной, и вибрации отдавали во всё тело так, что это волнами разгоняло дрожь по моим венам. Сплетало мой адреналин в крови с работой машины, которая ревела подо мной, и рвалась вперёд. Дыхание стало глубоким и тяжелым, а напряжение почти достигло своего пика, когда был дан старт.
Резкий рывок и стена из ветра начинает заставлять меня пригнуться и срастись с машиной подо мной. В ушах медленно нарастает писк от давления, но я только больше набираю скорость, потому что слежу за красным пятном впереди. Освещения слишком мало, а гонка становится опасной уже на первом же повороте по подмерзшей дороге.
— Черт бы тебя сожрал!!! — рыкнула и накренила плавно байк вправо, заходя на новый поворот.
Первая десятка уже осталась за спиной, но красное пятно ближе не становилось, потому я упорно набирала скорость, понимая, что следующий поворот будет слишком тяжёлым, и если я зайду в него на такой скорости, то тут два варианта — либо меня размажет по асфальту, либо я всех сделаю и поравняюсь с "краснозадым".
"Безрассудно!" — крикнули бы адекватные люди, но я таковой сейчас не была. Моя цель — вот она — красное пятно, которое стало намного ближе, когда я пролетела всех и поравнялась с ним на прямом отрезке.
И всё бы хорошо. Вот он финиш буквально в пятистах метрах, за следующим поворотом на маленьком мосту, когда освещение вдоль шоссе внезапно исчезло.
А это значило одно — мы с ним ослепли на такой скорости, потому что произошло подобное слишком резко и быстро.