Копье Дракулы
Шрифт:
Рейс отправлялся в очень удобное время – в половине третьего дня, поэтому мы с Тавровым успешно выспались и, дав поправку на возможные пробки, прибыли в аэропорт к полудню. Преимущество регулярного рейса по сравнению с чартером – высокая вероятность вылета точно по расписанию. Так оно и получилось: вылетев в половине третьего из Домодедова, в начале пятого по местному времени мы уже приземлились в Тивате. Поскольку при себе мы имели лишь по небольшой спортивной сумке, то получать багаж нам было не нужно, и мы сразу направились
Посреди живописного залива красовалась прелестная яхта «Си Лэйди» – цель нашего путешествия. Надо отметить, что она уступала в размерах и внешней роскоши той яхте, на которой мне довелось побывать в прошлом году в поисках ятагана братьев-пиратов Барбаросса. Впрочем, воспоминания о той роскоши я сохранил не самые светлые: кое-кто всерьез намеревался похоронить меня и еще полтора десятка человек в этом роскошном гробу на дне морском, и лишь случайность помешала этому осуществиться.
Надеюсь, что в этот раз короткое путешествие не будет столь опасным.
У пирса нас уже ожидал катер, который и доставил нас к яхте. Оказалось, что ждали только нас, и едва мы ступили на палубу, яхта двинулась к выходу из залива.
Хозяином на борту оказался наш клиент: полноватый плешивый мужчина лет шестидесяти пяти на вид. Он наконец раскрыл инкогнито: звали его Арчибальд Брэдли, но со свойственным американцам демократизмом, энергично пожимая нам руки, он сразу предложил звать его просто Арч. Из гостей на борту также находились друг Таврова сэр Роберт граф Данало и хорошо знакомый мне господин Причард, радостно приветствовавший нас. Больше знакомых лиц на яхте я увидеть не ожидал. И, как выяснилось, я ошибался.
– Позвольте, господа, представить вам мою жену, – сообщил Брэдли. Я взглянул на супругу миллионера, и слова приветствия застряли у меня в горле. Не то чтобы я ожидал увидеть Анджелину Джоли, Дженнифер Лопес или еще какую-нибудь голливудскую звезду – но в любом случае я не ожидал увидеть вдову Сереги Шергина. Ирина не подала вида, что мы знакомы, и с милой улыбкой поздоровалась с нами. Когда процедура взаимного представления закончилась, Брэдли обратился к нам:
– Через полчаса будет накрыт ужин. Пока прошу всех к аперитиву.
– Я могу показать вам яхту, господа! – предложила Ирина. Ее английский оказался не слишком хорош, но для женщины, которая еще пару месяцев назад вряд ли знала его в объеме школьной программы пятого класса, успех был невероятный. Мне ужасно захотелось узнать причины столь поразительной метаморфозы, и я с радостью откликнулся на предложение. Ирина подхватила меня под руку и повлекла по лестнице вниз. Мы очутились в просторной спальне, оформленной со сдержанной роскошью. Однако сама Ирина не была склонна демонстрировать сдержанность. Едва закрылась дверь, как она обхватила меня руками и впилась жадными губами так, что
– Что ты, что ты… Кто-нибудь может увидеть, и нас тогда спустят за борт…
– Да брось ты! – прыснула Ирина. – Арч добрый! Но насчет «увидят» ты прав. Идем сюда!
Не дав мне опомниться, она втолкнула меня в ванную.
– Как вообще ты здесь оказалась? – успел спросить я.
– Потом расскажу! – отмахнулась Ирина, запирая дверь изнутри. – И ты расскажешь, как тебя сюда занесло. Как здорово, что ты здесь! Первый нормальный мужик за последний месяц. Как я до сих пор не умерла, не представляю!
Ирина уселась на край мраморного умывальника и притянула меня к себе.
– Э-э… Ира! Но я не готов, – попробовал уклониться я. В ответ Ирина хихикнула, положила мои руки себе на бедра. Хитро сделанный разрез платья позволил беспрепятственно скользнуть моим ладоням сквозь барьер тонкой ткани. Под платьем у нее оказались лишь пояс и чулки.
– Все еще не готов? – прошептала Ирина, принимаясь за мои брюки. Она проворно скользнула вниз, умело управившись с ремнем и «молнией». О-о! Я почувствовал, что готов. Эта женщина заведет и покойника!
– Вот и ладушки! – обрадовалась Ирина, снова впиваясь в мои губы жарким поцелуем и обхватывая меня стройными ножками в чулках, от ощущения прикосновения которых у меня по телу пошла горячая волна.
– Только бы умывальник выдержал! – пробормотал я.
– Выдержит! – заверила Ирина. – Это же каррарский мрамор!
– Ты знаешь, что это означает? – не удержался я от вопроса: внезапно расширившийся кругозор Ирины потрясал не менее, чем стремительно прорезавшееся у нее знание английского языка.
– Ну… это, типа, особо прочный мрамор, – выдохнула Ирина, и от ее жаркого дыхания мне окончательно снесло голову.
– Ого! – сказала Ирина, слезая с умывальника и взглянув на часы. – Давай-ка быстренько наверх, пока тебя не стали искать. Если благоверный про меня вспомнит – скажи, что я переодеваюсь.
Я вернулся к компании, сгруппировавшейся возле стола с напитками. Граф, видимо, рассказывал что-то смешное, поскольку время от времени Брэдли и Причард разражались хохотом. Тавров английского не понимал, но вежливо усмехался, поддерживая общее веселье. Увидев меня, он недовольно прошипел:
– Где ты был?! Я тут извелся весь. Думал, что тебя уже за борт спустили.
– Хозяйка показала мне интерьер яхты, – пояснил я, оглядывая штаны в поисках возможных следов своей моральной неустойчивости.
– Вот как? – удивленно взглянул на меня Тавров. – И как тебе?
– Неплохо, неплохо. Особенно понравилась раковина из каррарского мрамора, – не удержался я.
– Что? Такая красивая?
– Да. Но главное – прочная.
Тавров лишь покачал головой. Я сокрушенно пожал плечами.