Конвой
Шрифт:
Конвоиры отпустили пленника, и бедняга повалился на грязный пол.
– Придется тебе обойтись без одной руки, – прокомментировал Колин.
– Но… но зачем? – спросил пораженный Шендер. Он делал больно другим, но сам не выносил подобного обращения.
– Как зачем, Ральф? Ведь ты сказал, что он твой друг – в этом все дело. Не мог же я убить человека, который тебе безразличен. А никак не отомстить за своего двойника было бы просто неприлично. Мы, агенты, люди с холодной головой, но, признаюсь, не лишены некоторых
– Я могу идти?
– Иди, Ральф. Тебе туда. – Колин махнул пистолетом в дальний конец подвала. – Упрешься в дверцу, которая выведет тебя на улицу.
Ральф сделал несколько шагов, потом обернулся и пригрозил:
– Но я теперь буду мстить тебе, Колин.
– Едва ли, Ральф. – На лице Дзефирелли появилась жестокая улыбка. – Если когда-нибудь ты действительно убьешь меня по-настоящему, ты сделаешь это за деньги. Только за большие деньги.
75
Два дня Ник Ламберт привыкал к своей новой камере, которая выгодно отличалась от его предыдущей тесной норы.
Здесь были душевая кабина и изолированный туалет. Наличие зубной щетки и бритвы позволило Нику снова ощутить себя человеком, вот только зеркала ему не предоставили, и приходилось бриться на ощупь.
Еще одним важным обстоятельством, изменившим жизнь в заточении, оказалась возможность совершать прогулки в крохотном дворике, огражденном высокими стенами. Сверху было ничем не прикрытое небо с низкими тучами, из которых постоянно моросил мелкий дождь или тонкая водяная взвесь «Интересно, бывает ли здесь солнце?» – размышлял Ник. Он вспомнил день прибытия на эту планету, и тогда тоже шел дождь.
Наутро третьего дня пребывания в новых апартаментах и вышел во дворик подышать после завтрака и подумал, что неплохо бы на воздухе делать гимнастику.
– Да, я буду делать упражнения, – сказал себе Ник и решил, что еще ему следует почаще разговаривать вслух, а то так недолго сойти с ума. «Или наоборот, не стоит? – засомневался он. – Ведь как раз сумасшедшие и разговаривают сами с собой».
Ламберт не успел еще прийти ни к какому выводу, когда за его спиной кто-то откашлялся Ник обернулся и с удивлением уставился на незнакомого человека.
– Ми… мистер Ламберт? – слегка заикаясь от волнения, спросил незнакомец.
– Да, – сказал Ник. – Остался только я. Остальные уже ушли.
Он и сам не знал, зачем сделал это шутовское дополнение, однако на нежданного визитера шутка произвела впечатление. Он резко втянул воздух и прислонился к стене.
– Вам плохо? – спросил Ник.
– Нет-нет, все в порядке… – замотал головой незнакомец. – Очень приятно… Давайте познакомимся.
Он протянул руку, но, как показалось Нику, куда-то в сторону.
– Эй, я здесь, – на всякий случай предупредил Ламберт и пожал руку этому странному гостю.
– Я
– А чем я болен, док? – поинтересовался Ник, одновременно разглядывая подрагивающее от напряжения лицо.
– У вас, э-э-э… Распространенная в наших краях болезнь и…
Он не успел договорить, поскольку в этот момент из покоев Ника донесся прерывистый сигнал зуммера.
– О, прошу прощения. Меня зовут! – с нескрываемым облегчением сообщил доктор и выскочил из дворика в камеру, а затем Ник услышал, как хлопнула внешняя дверь.
Спустя несколько минут выполнявший первичный контакт сотрудник уже предстал перед настоящим доктором Преллисом. Двое охранников с автоматами, ассистент Шишел и сам доктор вопросительно уставились на вошедшего.
– Ну и какие ощущения, Кнут? – спросил Преллис.
– Это! Это было ужасно, сэр!
– Почему же ужасно? Я наблюдал за вашим разговором и не заметил с его стороны никаких попыток умертвить тебя,
– Внешне да, сэр. Но я ощущал что-то… Это трудно объяснить, но что-то я точно ощущал.
– Может быть, ты видел мышей? – подсказал доктор.
– Мышей? – подобный вопрос сбил Кнута с толку, однако затем он все же отрицательно покачал головой.
Преллис недовольно посопел и бросил взгляд на монитор. Узник ходил во дворике по кругу, причем двигался по часовой стрелке. Зачем он это делал, доктор не знал, но очень хотел выяснить.
Наконец, приняв решение, он поднялся.
– Я должен идти к нему сам, – объявил Преллис.
– Я не пущу вас, сэр! – воскликнул ассистент и бросился к столу босса.-Лучше пойду я, сэр! Дайте мне только защитный костюм, – добавил он уже тише.
– И роту солдат, – предложил доктор. – Нет, Шишел, ты не лидер, а потому в камеру спущусь я сам.
– Возьмите хотя бы пистолет, сэр, – не выдержал один из охранников.
– Не нужно, ребята, я справлюсь. И потом, экипаж судна, на котором доставили это существо, остался цел.
– Но штурман и капитан, сэр! Их состояние…
– Помолчите, Шишел. Я решился. Принесите-ка мне лучше ящик с психоформами. Я возьму их с собой и понаблюдаю, как они ведут себя в условиях породившей их среды.
Ассистент не пошевелился, зачарованно глядя на своего босса.
– Поскорее, Шишел! У нас очень мало времени!
Ассистент умчался, а лаборант Кнут стал есть конфеты, доставая их из кармана и поглощая с фанатичным упрямством, будто от этого зависела его дальнейшая жизнь.
– Прекратите, Кнут. Это выглядит отвратительно.
– Простите, доктор.
Кнут спрятал фантики в кулаке и присел на узкий стул. Его слегка знобило.
Наконец явился Шишел. Словно драгоценный груз он держал перед собой черный ящик и шел, не сводя с него остекленевшего взгляда.