Контрольный поцелуй
Шрифт:
– А ведь я приказывала Андрюшке держаться от тебя подальше, не послушал…
– Вот что, Валерия Петровна, – обозлилась я окончательно, – улик, найденных мной, хватит вполне, чтобы отправить вас в СИЗО! Мэрилин Монро! Небось под этой кличкой и на Петровке вы известны. Ну-ка, рассказывайте по-быстрому, где Надя…
Валерия Петровна вздохнула:
– Не поверишь, Дарья, не знаю.
– Как?!
– Да просто я тоже в некотором роде жертва.
Начался сумбурный и довольно несвязный рассказ.
Главным для Леры всегда была работа. Для домашнего хозяйства существовала домработница, Андрюшей занималась няня. Валерия Петровна прекрасно зарабатывала, ее буквально разрывали на части…
Потом начались годы перестройки, народ практически перестал
Дело в том, что как раз накануне всех происшедших в стране изменений Валерия Петровна добилась приказа об открытии в Москве нового театрального училища, где собиралась занять должность ректора. Никто не знает, как ей удалось такое и чего стоило пройти все инстанции. Но учебное заведение так и не открылось. Денег в бюджете для этого не нашлось. Так приказ просто остался бумажкой. Валерия Петровна лелеяла надежду отыскать богатого спонсора, но…
В общем, мечта так и осталась мечтой.
Однажды, несколько лет назад, к ней обратился некий господин Гаврюшин с просьбой: его дочь мечтает стать актрисой, но возраст уже, надо сказать, не юношеский, тридцать лет, и таланта особого не наблюдается. Сам Гаврюшин удачливый бизнесмен, богат, дочку любит чрезвычайно, вот и решил побаловать ее – поставить у себя на даче спектакль «На дне». Не возьмется ли Валерия Петровна поднатаскать доморощенных актеров, чтобы перед зрителями не стыдно было. В зале будут только родственники и друзья, но все же не хочется откровенного провала.
Валерия презрительно вздернула брови. Ей ли заниматься какими-то любительскими постановками? Но Гаврюшин назвал сумму гонорара, и у Артамоновой «в зобу дыханье сперло». На эти деньги она может потом спокойно жить целый год.
Она поехала на комфортабельную дачу бизнесмена и в течение своего отпуска успела многому научить любителей. Спектакль состоялся и даже имел успех.
В сентябре Гаврюшин снова приехал к Артамоновой и сделал новое, на этот раз совершенно невероятное предложение. Да, он бизнесмен, но по жизни имеет много самых разных друзей. Один из них – очень уважаемый в Москве человек Котэ Джапаридзе. Милейший Котэ курирует в столице нищенский бизнес. Как в каждом деле, в нем есть рядовые сотрудники, сшибающие копейки, а есть высокооплачиваемая элита, промышляющая в самых разных сферах – гостиницах, банках, просто в семьях обеспеченных людей… Котэ срочно нужен человек, умеющий преподавать актерское мастерство, потому что сам он не всегда в состоянии придумать образ «убогого».
Лера пришла в полное негодование и хотела выставить наглого Гаврюшина за дверь, однако названная сумма снова заставила призадуматься. Она решила разочек попробовать. Тогда бизнесмен свел ее с Котэ.
Валерия Петровна хорошо запомнила своего первого ученика – белобрысого паренька с простецким рязанским лицом. Но опытный педагог углядела в нем Казанову. Через месяц мужика стало не узнать. Выкрашенные в каштановый цвет и зачесанные назад волосы разительно изменили внешность юноши.
Несколько уроков хороших манер, дорогой костюм, золотые часы на запястье, безукоризненно вычищенная обувь… И парнишка начал приносить гигантские дивиденды. Он ходил по бесконечным московским свахам и брачным агентствам в поисках жены… Знакомился с претендентками, а уж те сами давали внезапно потерявшему кошелек кавалеру деньги…
Потом в руках Валерии Петровны побывала девушка, бойко изъяснявшаяся по-немецки. Она стала туристкой из Германии, желающей познакомиться с Москвой. Девчонка подходила на улице к хорошо одетым мужчинам и заговаривала с ними, перемешивая русские и иностранные слова:
– Ах, извините, ich, как сказать, russich… – В общем, выяснялось, что у нее украли портмоне и до гостиницы не доехать, да и на обед денег нет… Меньше ста рублей
Потом потянулись другие: мальчики, девочки, женщины, мужики – конвейер. Артамонова втянулась в работу и даже стала получать удовольствие. Во-первых, все-таки занималась любимым делом, во-вторых, доходы от этой деятельности исчислялись ну очень большими суммами. Валерия снова могла позволить себе отдыхать у моря, кататься на такси, покупать французские духи, забивать холодильник любимой осетриной и миногами. Дома тоже все складывалось прекрасно. Сын Андрюша пошел в гору, начал хорошо зарабатывать, у детей была няня, так что никто не ждал, что Лера начнет исполнять роль бабушки. Слегка только ее раздражала невестка Лида, не такую сноху желала себе Валерия Петровна. Но если сыну нравится эта тюха-матюха, эта домашняя клуша – ну и пожалуйста, это его жизнь, ему с ней жить. Лишь бы ее, Валерию Петровну, не беспокоили, не мешали заниматься любимым делом…
Гром грянул летом. Валерия Петровна отличалась патологическим любопытством. В квартире Артамоновых стояло несколько телефонов, и, если Андрюшка или Лида брали трубку, Валерия обязательно оказывалась у параллельного аппарата. Она не упускала возможности постоять за дверью, чтобы услышать чужой разговор, обожала читать не ей адресованные письма… Ведь так просто открыть конверт над кипящим чайником…
Именно таким образом она и вскрыла послание мэтра Кассиса. Французский язык не остановил, а лишь подогрел желание узнать содержание. Она взяла письмо и заглянула в контору, где делали переводы. Через двадцать минут она уже сидела в небольшом кафе, пытаясь собраться с мыслями. У нелюбимой невестки, у Лидки, женщины без роду и племени, оказывается, есть родня за границей! Ну кто, кроме родственников, мог отвалить бабе такие бешеные деньги!
Мэтр Кассис в первом послании четко указал цифру – три миллиона франков. Лера перевела деньги в доллары и долго не могла прийти в себя. Господи, ну почему счастье привалило этой дурехе Лидке! Ну на что она потратит деньги? Купит новую кухню, сделает очередной ремонт, ну поедет отдыхать в Турцию, на большее фантазии не хватит! Ах, если б наследство привалило самой Валерии, уж она-то знала бы, куда девать деньги! Даже половины суммы хватит на то, чтобы открыть училище. Организовала бы платный факультет и учила бы богатеньких, способных отстегнуть за приобщение к миру кулис кругленькую сумму… А на бесплатные места брала бы суперталантливых и занималась ими лично. Прощай тогда, нищенский бизнес! Но нет, судьба любит иронизировать, богатство выпало этой кухонной тряпке… Вот если бы Лида случайно умерла, предварительно сделав завещание в пользу Андрюшки! Тогда Лера сумела бы прибрать к рукам состояние. Впрочем, кроме дуры-невестки, есть еще и избалованные внучки.
Артамонова ехала домой в глубокой задумчивости. В голове режиссера зашевелились какие-то смутные планы… Письмо Лидке она не отдала. Сама еще не знала почему, но не отдала…
А дальше события понеслись с бешеной скоростью. Подтолкнула их ничего не подозревавшая Лидушка. Они с Андреем собрались в Грецию, а у нее закончился срок загранпаспорта. Дважды Лидуся ездила в ОВИР, но оба раза неудачно. То не принимал нужный инспектор, то учреждение работало только до часу.
– Ну и морока с этими паспортами! – как-то посетовала Лидия за завтраком.
Неожиданно Валерия Петровна предложила:
– Так уж и быть, давай все документы, помогу.
Удивленная ее столь любезным поведением, Лидуся протянула свекрови две красненькие книжечки. Лера поехала в ОВИР. Она пока отчетливо не понимала, почему вдруг решила облагодетельствовать невестку. В метро Валерия принялась листать паспорта. В российском общегражданском стоял штамп – первая группа крови, резус-положительный.
Артамонова вышла на первой станции и задумалась. То, что у девочек четвертая группа, она знала хорошо: не так давно одной удаляли гланды, а другой аппендикс. Андрюшка же имеет первую группу, как и она сама. Нехорошие подозрения закопошились в голове свекрови, и вместо ОВИРа женщина направилась в поликлинику к знакомому терапевту.