Контрмарш
Шрифт:
Каднор, проведя взглядом своих охранников, которые выводили президента, застыл в обдумывании своих последующих действий.
В штабе
К генералу Девзу в очередной раз подошел адъютант и передал срочное сообщение из военного ведомства Ойлогии. Пробежав глазами первые строки депеши, генерал посуровел. Положение осложнялось. Он чувствовал какую-то тайную опасность. Попросив внимания у собравшихся в зале, он ознакомил членов созданной комиссии с содержанием документа, что только что попал ему в руки.
– Джентльмены! Подтверждается гипотеза
– При этом, – продолжал он, – это второе исчезновение вызывает еще большую обеспокоенность. Исчез личный самолет президента Ойлогии. Президент находился на борту лайнера. Самолет был в воздухе в процессе перелета с места правительственной встречи президента к его южной резиденции, когда с ним резко оборвалась связь. В зоне, где к последнему моменту его наблюдали, не зафиксированы никакие взрывы, поэтому гипотеза об авиакатастрофе пока еще под вопросом. Общим, тем что объединяет указанный случай с теми, что являются предметом нашего расследования, есть то, что в последние минуты наличия связи с президентским самолетом возле него на экранах радиолокационных служб зафиксирован неопознанный летающий объект.
С первыми же словами генерала, в которых чувствовалось повышенное беспокойство, помощник и друг Самуеля, профессор Найк, который заменил Самуеля в комиссии штаба расследования, включил портативный магнитофон и стал записывать обращение председателя.
Всех собравшихся сообщение Девза по меньшей мере взволновало. Ведь если в начале расследования речь шла о просто загадочном случае, то с исчезновением лайнера президента Ойлогии события приобретали политическую окраску и многие из независимых членов комиссии могли быть лишенными возможности присутствия.
Не прошло и часа, как к штабу прибыл военный министр Ойлогии, генерал Тод. Министерство решило объединиться в своих усилиях в поисках президента с международной военной организацией. А поскольку совпадали обстоятельства исчезновения обоих самолетов, такое объединение становилось очевидной необходимостью.
В приемной штаба международного ведомства, не утихая, звонили телефоны. Секретари не успевали отвечать на вопросы репортеров, да и просто интересующихся, количество которых все росло. Слухи о загадочных событиях распространялись. Пресса выражала неудовлетворение тем, что журналистов не допускают в зал заседаний.
Найк достал мобильный телефон и набрал номер центра исследований аномальных явлений.
Центр, руководствуясь имеющейся у него информацией, по-своему активно участвовал в расследовании. Найку выделили специальную лабораторию с персоналом, радиолокационную станцию для сопровождения поисковой операции штаба международных сил и необходимый транспорт.
Переговорив с дежурным по чрезвычайным ситуациям, Найк доложил о еще одном загадочном случае, одновременно поинтересовавшись, нет ли и у них каких-то новостей. Но выходило так, что он был самым осведомленным представителем центра исследований.
В этот момент генерал Тод вошел в зал заседания. Девз встал и сделал шаг ему навстречу, приветствуя министра. Ответив на приветствие, Тод попросил предоставить ему информацию, которой владела комиссия
Спустя некоторое время, когда Тод закончил перечитывать сводку и вывод комиссии на последний момент, Девз призвал присутствующих ко вниманию. В зале погас свет и возобладала тишина. Одновременно был включен широкий, на пол стены, экран и перед собравшимися возникло изображение карты планеты, на которой отметками были обозначены места исчезновения истребителя и самолета президента.
Доклад начал делать полковник Ард. Для согласования действий со спецслужбами Ойлогии по расследованию обоих случаев, на помощь Арду в комиссию был введен заместитель генерала Тода, полковник Рид.
– Как выяснилось, при исчезновении как истребителя, так и президентского лайнера зафиксированы неизвестные объекты. Поскольку в общих и отдельных деталях оба случая совпадают, можно сделать предположение, что они как-то связаны между собой. Проанализировав метеосводку по определенным районам и данные военных ведомств ближайших государств на предмет возможного проведения испытаний новой военной техники в указанных районах, и тому подобное, комиссия не исключает возможности обычного, в полном смысле этого слова, объяснения событий, – докладывал Ард.
По окончании его выступления со своего места встал Найк. Он попросил слова и вышел к экрану.
– Как не необычно и как не удивительно может это прозвучать, но, по нашему мнению, самым достоверным объяснением инцидентов является появление в пределах пространства нашей планеты представителей другой цивилизации, возможно, намного более развитой, чем наша. При исчезновении обоих самолетов фигурируют данные о наличии вблизи неизвестных объектов. В обоих случаях пока еще не найдены никакие следы катастрофы. Перед исчезновением ни один из самолетов не передавал аварийных сигналов.
Перед нами явный факт вмешательства неизвестных и очень могущественных сил, источник которых можно найти, по нашему мнению, только вне границ традиционных взглядов.
– Когда вы о чем-то докладываете, – перебил его полковник, – создается впечатление, что смотришь по телевизору фантастический сериал, – попробовал иронизировать он.
– Зато вы в своем суперреалистическом представлении сути событий превосходите даже грубых материалистов, – парировал Найк и продолжил: – Сотрудники нашего международного центра считают, что пилоты обоих самолетов и пассажиры, которые были на другом лайнере, еще живы, но, возможно, попали в какую-то затруднительную ситуацию.
– То вы предлагаете поискать их в космосе? – не останавливался полковник.
– По-видимому, было бы неплохо и в космосе, – спокойно ответил исследователь, – но на данный момент, по нашему мнению, целесообразно объединить усилия всех передовых держав и продолжить поиски не только на поверхности планеты. Например, с помощью радиолокационных станций и воздушных сил целесообразно вести постоянный надзор не только за районами, где состоялись указанные инциденты, а вообще во всех районах, где когда-либо фиксировались подобные или близкие явления. При этом зоны поисков должны быть как можно более широкими, не менее пятисот миль вокруг вероятного эпицентра.