Контрабас
Шрифт:
— Нет, мне нужна конкретная.
Векслер с Бондаренко переглянулись.
— За работу пятьсот и треть от рыночной цены,— сообщил условия Векслер.— А что за машина?
— «Девятка».
— У нас две «девятки» стоят. Уже с документами и перепотрошенные. Можем хоть сейчас посмотреть.
— Нет, ребята, мне нужна та, на которую я вам укажу. И вот еще что — деньги за угон я заплачу, но машина эта вам останется.
— Что-то я тебя не пойму...— оторопел Бондаренко.
— С чего это благотворительность такая? — криво улыбнулся
— Акт милосердия,— усмехнулся Контрабас— Юмор в чем: я три года жил с бабой, кучу «бабок» на нее грохнул. А тут месяц назад прихожу домой, куколки нет, и только записка: «Прости-прощай, ухожу к другому». А другой — мой бывший друган. Я же его с ней и познакомил! Теперь они в свадебное путешествие собрались. В Финляндию.
— И ты хочешь у него «тачку» угнать? — резюмировал Векслер.
— А не проще ему морду набить? — предположил Бондаренко.
— Для него «тачка» важнее морды.
— Где он машину держит? — Векслер перешел к деталям наметившейся операции.
— Ночью на платной стоянке у дома,— начал объяснять Контрабас,— днем на другой стоянке — возле работы. Но завтра в три часа у них с моей прощальный обед перед отъездом. Столик заказан в ресторане «Три сосны» на Пятой Советской. В это время машина будет без присмотра. Хочу, чтобы они вышли из ресторана и дальше пешком пошли. Ну что, беретесь за работу?
Пока Контрабас говорил, Векслер, как человек, обладающий чувством юмора, начал понимать комичность ситуации. В конце концов он не выдержал и засмеялся.
— В свадебное — пешком! — сказал он сквозь смех. Затем протянул руку Контрабасу: — По рукам!
9
Ларин, Казанцев, Дукалис и Волков сидели в машине на Пятой Советской напротив ресторана «Три сосны».
Ровно в три к ресторану подъехала белая «девятка». Из нее вышел человек и вошел в здание. В зале он подошел к столику, за которым сидел мужчина, у ног которого стоял кожаный дипломат. Мужчина за столиком привстал, поздоровался с вошедшим. Они вместе сели за стол.
— Белая «девятка» у входа,— сказал вошедший, кладя на стол ключи и документы на машину.
Сидящий за столиком подвинул к вошедшему кожаный дипломат.
В этот момент к ресторану уже подъехали Векслер и Бондаренко. Дукалис сообщил об этом патрульной группе. Угонщики мгновенно и профессионально вскрыли «девятку» и уехали на ней. Впрочем, далеко скрыться им не удалось. На соседней улице дорогу им перекрыла машина ПМГ. Ошарашенных Векслера и Бондаренко выволокли из машины на снег и надели на них наручники...
В тот же день в отделении милиции Соловец допросил Векслера. Тот был опытным преступником и прекрасно знал, что по закону угон машины является легким преступлением, которое, кроме всего прочего, непросто доказать, даже если ты пойман с поличным. Поэтому он был спокоен и изложил Соловцу свою версию происшедшего.
— Сереге плохо с сердцем стало,— начал свой рассказ Векслер,—
— Что-то быстро ваш Серега выздоровел,— удивился Соловец.
— У него бывает... Сердце прихватит, а потом отпустит. У вас никогда такого не было?
Соловец молча вынул и положил на стол набор инструментов, используемых при угоне машин.
— Это ваши предметы? — спросил он.
— Нет. А что это?
— Это инструменты, с помощью которых была угнана «девятка» и на которых мы обнаружили отпечатки ваших пальцев.
— Ах, вот как это выглядит... Они на сиденье лежали, я их на пол сбросил, чтобы Сереге место освободить. Значит, человек, который побежал, угнал эту «девятку», поэтому он нас и испугался. Он принял нас за вас! Эх, если бы вы пораньше приехали... От вас бы он не ушел. Мы бы вместе его поймали!
— А героин вы вместо валидола принимаете?
— Какой героин? — искренне удивился Векслер.
— Вот акт осмотра машины. Во время осмотра автомобиля ВАЗ-2109 государственный номерной знак Я 81-11 ЛД белого цвета в аптечке был обнаружен пакет весом один килограмм с порошком белого цвета. Проведенная экспертиза показала, что порошок является героином.
Такого поворота Векслер никак не ожидал. Он попросил разрешения закурить, чтобы взять небольшую паузу.
— Откуда мне знать, что в этой машине? — сказал он, выдохнув дым.— Я же говорю, машина не моя. А на мужика того я могу фоторобот составить. Он чем-то на вас похож. Только с усами. Сам я никогда наркотики не принимал, даже не знаю, как они выглядят. Я и водку не пью. Только пиво безалкогольное.
— Хорошо. Вы знакомы с Виктором Левитиным?
— Левитин... Левитин... Нет, не припомню. |
— Владелец двух автосалонов.
— Может, и общались. Я часто захожу в автомобильные магазины. Люблю машины.
— Любите машины... Вчера мы с налоговой инспекцией провели проверку вашей автостоянки в Купчино и обнаружили там семь угнанных автомобилей! Виктор Левитин отказался продавать их через свои магазины. Но в одном из них работает ваш бывший подельник Константин Боровиков. И у вас с ним возник план. Вы хотели, чтобы реальное руководство магазином взял на себя Боровиков. А Левитина вы решили убить.
— Убить кого-то! — воскликнул Векслер.— Да меня при виде крови тошнит. А насчет угнанных машин... Мы же не обязаны проверять, какие машины ставят к нам на стоянку. Люди поставили машины на долгий срок, место оплатили, в журнале расписались...
— Хорошо,— прервал его Соловец,— продолжим нашу беседу завтра.
Он вызвал охрану, и Векслера увели. Оставшись один в кабинете, Соловец снял трубку и набрал номер Контрабаса.
— Здравствуйте, Павел Александрович,— сказал Соловец, когда Контрабас снял трубку,— это Соловец.