Контора
Шрифт:
– Элли, нам нужно поговорить, – начал я.
– О чем? – осведомилась она без всякого энтузиазма.
– Мне не нравятся наши нынешние отношения.
– Чтоб мне провалиться! – сказал Гарри Добс, проходя мимо нас в туалет. – Неужели вы начали разговаривать друг с другом? Мир перевернулся, что ли?
– Не понимаю, о чем это вы, – бросила Элли нам обоим.
– Тебя что-то смущает? – спросил я.
– Все очень просто, – бросила Мэнди Лоу, заходя в дамский туалет. – Ей шило в задницу вставили.
Элли перевела дыхание.
– Тебе
Это была игра для двоих.
– Ты понимаешь, что значит работать в Сити, в такой престижной юридической фирме? Наверно, нет.
Она работала в прекрасной фирме, но не такого уровня, как «Баббингтон».
– Я слышала, что тебя недавно опять бросили, – проговорила она с усмешкой. – Прими мои соболезнования. Надеюсь, это было не слишком мучительно?
– Однако тебе ведь приятно было кое с кем повидаться по прошествии нескольких месяцев.
По словам мамы, получавшей сведения из семейства Грей, Элли прекратила все свидания, чтобы полностью сосредоточиться на работе.
Последовала тягостная пауза.
– Слушай, Чарли, мы уже взрослые люди. Нам ведь не по семнадцать лет. Стоит ли начинать все сначала?
– Ну, не будем, если тебе этого не хочется. – Я начинал злиться. – Ты ведешь себя, как ребенок.
Она сжала кулаки, как делала всегда в сильном возбуждении. На протяжении нашей многолетней конфронтации это ее свойство только утвердилось.
В этот момент из туалета появился Гарри.
– Похоже, тут и впрямь серьезная дискуссия, – ухмыльнулся он. – Подумать только! А нам-то всегда казалось, что вы поженитесь.
Я быстро терял хладнокровие.
– Знаешь, Элли, а ведь Мэнди не права. Тебе в задницу невозможно вставить шило, потому что там у тебя голова.
– А не пошел бы ты, Чарли, к чертовой матери! – бросила она и удалилась.
Небрежность, с какой она дала мне от ворот поворот, сильно задела меня за живое. В этом она была вся – эта Надменная Элли…
Чтобы удостовериться, что мои сослуживцы все поняли, я велел им поклясться в этом самыми дорогими для них вещами: Эша – полным ящиком презервативов, Ханну – фотоснимком с. автографами группы «Бэй Сити Роллерс», а Люси – комплектом нижнего белья ручной работы, полученным от фирмы «Баббингтон Боттс» за ее молчаливую и решительную подрывную деятельность, выражавшуюся в просиживании без дела на виду у старшего компаньона, о чем она и поведала, показав нам этот подарок в один из веселых вечеров в пятницу.
Вообще-то мне следовало бы знать их получше. Я обнаружил всю компанию в нашей излюбленной кабинке в конце зала, насчитав четыре головы. И еще до того, как приблизился к ним, узнал черные до плеч волосы женщины, сидевшей спиной ко мне. Мое сердце пустилось в галоп, и я почувствовал, как запылало мое лицо. Последний раз я видел Элли месяцев семь назад во время
А вот теперь нам, кажется, вновь предстояло стать лучшими друзьями.
– Хэлло, Чарли! – радостно воскликнула Элли.
Остальные были достаточно воспитаны, чтобы выглядеть смущенными.
– Я только что рассказывала Люси, как ты любил бегать по улице голышом, когда был помоложе. Мне в то время было лет пять.
– Привет, Элли! Знаешь, Люси, это было очень давно, – сказал я, еле сдерживая раздражение.
– Конечно, – отозвалась Элли, – по меньшей мере в пятилетнем возрасте.
Все рассмеялись, а я изобразил на лице натянуто улыбку, пытаясь подавить прилив пока еще не оформившегося возмущения.
– А в школе было еще забавней, – сказал я. – Мальчишки звали ее Элли-слонихой.
На этот раз никто не засмеялся, и все, кроме Элли, выглядели смущенными. Так им и надо, предателям.
– Я немного перебрала в весе, когда мне было примерно семь лет, – равнодушно промолвила Элли.
Люси предложила мне сходить за напитками. Я согласился при условии, что мне поможет Ханна. Она пошла на это без энтузиазма.
Возле бара я обернулся к ней, расстроенный и злой:
– Не слишком ли это круто? Столько вопросов…
– Брось, Чарли! Она здесь впервые. Что ж нам оставалось делать? – Я почувствовал себя на самом деле преданным.
– А ничего. Это было бы самое лучшее. Ведь именно это вы мне и обещали.
– Мне очень жаль, Чарли. Правда, Но так надо было. Ты ж понимаешь. И, если честно, она не такая уж плохая, как ты ее описывал. По крайней мере, до твоего прихода все было нормально.
– Нет, нет, нет, нет! Она не так проста, как вам кажется, – проговорил я в отчаянии. – Она просто плетет свою паутину.
– Она очень хорошо о тебе отзывалась. Сказала, что ты всегда был яркой личностью с большими перспективами.
Я оцепенел от неожиданности. Последний раз, насколько мне помнится, Элли говорила в мой адрес столь же приятные слова лет пятнадцать назад, когда я помогал ей делать домашние задания по географии.
– А еще она рассказывала, что ее мать спала и видела, чтобы она вышла за тебя замуж, поскольку считала тебя лучшим из всех мужчин, которых когда-либо встречала.
Вопреки своим привычкам я проявил любопытство.