Контора Игрек
Шрифт:
Второй способ отдает мистикой, зато он куда продуктивней. Есть люди, которые видят всякую потустороннюю чертовщину, в «Конторе» таких называют «сканерами». Следствие мутации. Вообще-то, мутантов надо уничтожать, «Контора Игрек» именно этим и занимается, но «сканеры» – особая статья: их берут живыми, чтобы использовать в интересах дела, ведь они способны разглядеть то, чего ни один прибор не обнаружит. Хотя бы те же самые дерифловые каверны: обычно около них роятся стайки бесплотных, не существующих в нормальном мире созданий, а «сканеры» эту нежить видят – вот тебе и месторождение, никакой поисковой автоматики не
«Сканерами» занимается лаборатория, возглавляемая доктором экстрапсихологии Челькосером Пергу, там эти слабоумные уроды лежат в стационарных «коконах спасения» и выполняют команды Пергу – постольку, поскольку понимают, чего от них хотят, а понимают они не очень-то много. Но находить дерифл их научили, и для «Конторы» это недурной источник дохода.
В Стылом океане месторождений много, потому здесь и ведется патрулирование. Занятие небезопасное: не приведи бог столкнуться с рубиконским или космополовским патрулем! Пусть власти Рубикона сами не в состоянии наладить добычу дерифла, им не понравится, что кто-то таскает дорогостоящее сырье у них из-под носа. А Космопол – это и вовсе хана… С тех пор как «Контору Игрек» объявили террористической организацией, с ним не договоришься.
И все-таки Саймон сделал все для того, чтобы попасть в патруль: кого бы они здесь ни встретили, здесь не так опасно, как на Королевском фестивале в Нариньоне, где ему, штатному пиарщику «Конторы», полагалось бы присутствовать.
Королевский фестиваль – это затея царствующего дома Рубикона, не иначе в пику демократам: со всей Галактики слетаются представители королевских династий, идут балы, приемы, банкеты, раздача премий за всевозможные заслуги. Поскольку «Контора Игрек» нуждается в поддержке и финансировании, сотрудники Отдела по связям с общественностью должны вращаться среди гостей, прощупывать почву, распространять определенные слухи, вербовать сторонников – работа в самый раз для Саймона Клисса, если бы не одно внезапно всплывшее «но».
Называлось это «но» принцесса Мьясхон. Когда Саймон услышал о ней, его передернуло. Когда же он узнал о том, какие планы строит в связи с ее визитом Отдел ликвидации, пол под ногами превратился в зыбкий кисель, трясущийся в одном ритме с коленями Саймона. Господи, только не это!
На свете полно всякой пакости, но принцесса Мьясхон принадлежит к самой омерзительной, порочной и жестокой из всех населяющих Галактику рас; в свое время Саймон свел знакомство с двумя представителями этой расы – оба мерзавца были его работодателями, и этого ему вот так хватило, больше не надо! Пусть его лучше на месте расстреляют, а в Нариньон, где будет эта лярнийская пакость, он не полетит.
Когда Клисс, запинаясь и брызгая слюной, выкрикнул все это в лицо Фешеду, начальнику Отдела по связям с общественностью, тот вначале опешил, потом опомнился и наорал на Саймона, а потом позвал на помощь психолога Бишона (за глаза – Грушу). Тот взял сторону Клисса: перенесенная меньше года назад психическая травма до сих пор дает о себе знать, возможен нервный срыв.
В итоге Фешед и двое коллег Саймона отправились на фестиваль без него, а он попросился в патруль. Тут тишь да гладь, не считая штормовой погоды; Стылый океан находится очень, очень далеко от Нариньона.
Отдел ликвидации готовил операцию по уничтожению Лиргисо – преступника-экстрасенса, ранее принадлежавшего
Сефаргл, или Виллерт Руческел, или Гуннар Венлеш (он сменил множество тел и имен), вначале взял Клисса на работу в «Перископ», а после чуть не убил. Вспоминая о нем, Саймон испытывал сложную смесь чувств: тут было и восхищение (он многому научился у шефа и постоянно пользовался усвоенными уроками), и обида (шеф сам же посадил его на мейцан – наркотический допинг, который употребляли все эксцессеры, а когда появились симптомы отравления, попытался от него избавиться, словно выкинул в мусоропровод одноразовый инструмент), и гадливость (вроде был такой же, как все люди, а на деле оказался мерзкой зеленокожей тварью, незаконно вселившейся в человеческое тело), и тоскливое сожаление – если бы шеф был настоящим человеком, если бы он не пытался прикончить Саймона, если бы «Перископ» не накрылся и все шло как раньше, Клисс тогда и не мечтал бы о другой жизни!
После краха «Перископа» Саймон восемь лет провел за решеткой – не самое плохое было времечко, он ведь сидел не где-нибудь, а на цивилизованном Ниаре. Неприятности начались потом, когда Ниарская Ассоциация Правозащитников добилась для него помилования. Лиргисо (Клисс даже не подозревал, кто его новый наниматель!) привлек его якобы для репортерской работы, а в действительности для криминальной авантюры, после чего и денег не заплатил, и повел себя как последний отморозок, – чего еще ждать от лярнийца?
Это из-за него Саймон попал в «Контору Игрек». Будь у него выбор, он бы сюда не сунулся, его никогда не тянуло ходить по струнке и выполнять приказы отцов-командиров. Если Римма Кирч была довольна такой жизнью, то Саймону приходилось прикладывать нечеловеческие усилия, чтобы выглядеть довольным. Однако выбора не было: штурмовой отряд «Конторы» вытащил его из логова Лиргисо полуживого после пыток, потерявшего всякую надежду на избавление – вот так он здесь и очутился, и его зачислили в штат, не спрашивая, нет ли у него каких других планов на будущее. За минувшие месяцы Саймон успел возненавидеть своих благодетелей. Только Тайна и помогала ему терпеть здешние порядки – Тайна того стоила.
– Скоро начнется Зимпесова буря, – проворчала Кирч. – Только что передали предупреждение.
– А мы что? – повернулся к ней Роберт.
– А мы ничего. Здесь отсидимся. Солдат спит – служба идет.
«Сама ты солдат, – мысленно огрызнулся Саймон. – А я не хочу… Я еще уйду из вашей „Конторы“, и не ногами вперед, а как отовсюду уходил».
Он спохватился: вдруг выражение лица выдаст его нелояльные помыслы, но Римма на него не смотрела. Она с ухмылкой бывалого командира наблюдала за Робертом, который встревоженно оглядывал бортовые приборы – видимо, он кое-что слышал о Зимпесовых бурях.