Консуммация

Саваж Шей

— Сколько их... то есть, сколько женщин... или кто... — я запнулась, покраснела и не смогла придумать способ вернуть слова обратно в рот.

— Скольких женщин я уложил в постель?

— Да, — прошептала я. Внезапно, смущающий или нет, мне расхотелось слышать его ответ.

— Девять, — резко ответил он.

— Девять? — выдохнула я.

— Ты удивлена, что их так много или так мало?

— Мало, — сказала я, не подумав, и тут же прикрыла рот рукой. Бранфорд рассмеялся, но веселья в его смехе я не услышала. — Они все находятся при дворе?

—

Нет, — глаза Бранфорда потемнели, и он заёрзал на одеяле. — Ты уже знаешь как минимум одну не из Сильверхельма.

— О, точно, — я совсем забыла о принцессе Уитни.

Бранфорд медленно выдохнул и потёр глаза пальцами.

— Кимберли и Нелли — единственные из Сильверхельма, с кем я... расслаблялся, — сказал Бранфорд, — и ни одна из них не попала в мою постель. Ты единственная, кто там был. Всех других, с кем я развлекался, я встретил до или после турниров в разных частях королевства.

— Они все были принцессами? — спросила я. Я понимала, что это нездоровое любопытство, но мне одновременно хотелось и не хотелось знать.

— Все, кроме одной.

— Кто она? Откуда?

— Дочь герцога, — ответил Бранфорд, и его слова задели за живое. — Откуда-то с севера, из Сикреста, может быть. Её звали Бриджет, если тебя это интересует. Серьёзно, Александра, зачем это всё?

— Если я собираюсь путешествовать с тобой, то не хочу никаких сюрпризов.

На секунду Бранфорд уставился на меня и глаза его потемнели. Мои плечи напряглись. Я надеялась, что не обидела его. Он посмотрел в сторону, туда, где пасся Ромеро.

— Здравая точка зрения, — наконец, признал Бранфорд. — Устроит ли тебя, если я просто буду предупреждать тебя перед тем, как мы попадём в конкретное королевство? Полагаю, большинство из тех женщин, так или иначе, замужем.

— Как это возможно? — спросила я.

— Как возможно что?

— Замужество, — пояснила я, — если ты... если они не девственницы.

— Ох, Александра, — вздохнул Бранфорд. Он взял мою руку, поднёс её к своим губам, поцеловал пальцы и сжал в ладонях. — Большинство мужчин во время своей брачной ночи не девственники, и с кем, как ты думаешь, они покувыркались? Да, если обнаруживается, что девушка не девственница, муж может аннулировать брак, поскольку наследство будущих детей ставится под вопрос. И также это, в первую очередь, прекрасный повод отказаться от нежеланного брака. Но подобное происходит постоянно. Обычно требуется лишь немного умений и небольшая отсрочка.

Кажется, я была шокирована уже раз десятый за этот день. Я всегда думала, что девушка потеряна для замужества, если уже побывала в чьей-то постели. Сколько раз я слышала такое от знати в королевстве Эдгара? Эдит и Шелли постоянно говорили, что они должны трудиться изо всех сил, потому что в противном случае никто во всём королевстве не захочет взять их замуж. Мне и Хэдли было сказано, что нас отдадут мужчине, если мы не будем делать так, как велено, и наша репутация будет загублена в глазах потенциальных поклонников.

Но слышать сейчас

от Бранфорда, что это допустимо не только для знати, но и простолюдинов? Я не знала, что и думать. Столько всего, о чём он мне рассказывал, совершенно не соответствовало моим представлениям.

— Но все говорят...

— Так говорят, чтобы уберечь простолюдинок от чужой постели, — перебил Бранфорд. — Если она забеременеет без мужа, который позаботится о ней, то либо это возьмёт на себя замок, либо она станет попрошайкой. Для светских дам это лишь небольшой конфуз.

Бранфорд немного сдвинулся и снова устремил взор на деревья, по-прежнему общипывая клевер. Он казался погружённым в раздумья. Я сидела тихо и слушала птичий пересвист и легкий шум листвы, пока муж снова не заговорил.

— Я должен исправить одну ночь, — мягко сказал Бранфорд. Он протянул руку и провел пальцами по рукавам моего платья, пока не коснулся руки.

— О чём ты говоришь?

— Я обещал дать тебе три ночи, прежде чем сделаю тебя моей женой во всех смыслах этого слова, — пояснил он. — И это сегодняшняя ночь. Но так как я дурак и грубиян, я испортил одну из них. Если бы я мог сделать это сейчас... то, пожалуй, уложился бы в срок.

— Сейчас? — повторила я. И внезапно осознала, насколько открытой была эта полянка. Оглянувшись, я почувствовала себя на всеобщем обозрении, словно с последнего раза, как я осматривалась, у нас появились зрители.

— Мы не обязаны делать это, Александра, — сказал Бранфорд. Он обвёл пальцами край моего подбородка. — Должен признаться, что я давлю на тебя, потому что хочу знать, прощён ли за своё поведение в отношении тебя. Я не представляю, что творится у тебя в голове, и это сводит меня с ума.

— О чём ты? — спросила я.

— О чём я? Ради Бога, Александра, ты меня убиваешь.

— Прости, — прошептала я, потупив взор. — Я не понимаю, что ты хочешь, чтобы я сделала.

Бранфорд вздохнул, прикрыл глаза и потряс головой. Он потёр веки пальцами, тяжело сглотнул и посмотрел на меня. Затем взял мои руки в свои и подвинулся ко мне, сев прямо напротив.

— Пожалуйста, — прошептал Бранфорд. — Ляжешь ли ты со мной? Прямо здесь, на одеяле? Я хочу видеть твою кожу в солнечном свете и снова касаться тебя. И я хочу, чтобы ты касалась меня в ответ. Пожалуйста, Александра.

Я посмотрела на зажатые в его хватке руки, на коня, пасущегося на опушке, на деревья, окружавшие нас. Конечно же, там никого не было. И хотя я чувствовала, что за мной наблюдали, я знала, что это лишь моя стеснительность. Бранфорд просил меня сбросить одежду для него здесь, где любой мог наткнуться на нас, что, впрочем, было маловероятно. Я вспомнила, что он говорил о том, хотел взять меня в саду у замка и даже на троне. Я чувствовала покалывание на коже, и ту непонятную пульсацию между бёдер, напоминавшую о невероятных ощущениях его пальцев на своём теле. В голове едва слышно прозвучало что-то о «проклятии для блудников». Но я хотела почувствовать это снова.