Конноры и Хранители
Шрифт:
— Да, действительно…
— А кроме того, владея двумя мирами, вы получите простор для манёвра. Представляется сомнительным, чтобы Хранители сумели обнаружить оба ваших мира.
— Оба наших мира? — Марика не поверила своим ушам. — Вы уступаете нам Альпию.
Смирнов устало пожал плечами:
— А что нам остаётся делать? Это, кстати, вторая причина, по которой я выступал за сотрудничество с вами. И мы, и МакКои из нашего мира — люди, изнеженные благами технологической цивилизации, к тому же нас слишком мало, чтобы создать устойчивое сообщество и впоследствии подтянуть этот мир до нашего уровня. Скорее получится
— А вы думаете, мы сможем навязать здешнему обществу свои развитые феодальные отношения?
— Безусловно, сможете. Вы люди сильные, решительные, жёсткие… и, когда нужно, жестокие. У вас всё получится.
Марика долго молчала, обдумывая слова Смирнова. Он не мешал ей собираться с мыслями и терпеливо ждал, когда она заговорит первая.
Но Марика не спешила. По-прежнему храня молчание, она спустилась с крыльца на лужайку, медленно прошлась по траве, затем наклонилась и сорвала цветок ромашки.
— Я вручу это Флавиану, как первую часть приданого Джейн, — наконец промолвила она с улыбкой.
Смирнов улыбнулся ей в ответ.
— Только имейте в виду, что ровно половина всего — приданое Кейта, — заметил он, приняв её игру.
Марика изобразила на своём лице сомнение. Потом сказала:
— Думаю, получится. Я уверена, что Флавиан удовольствуется и половиной мира. Он не жадный, хоть и король. А нам с Кейтом хватит даже четверти.
— Для кого предназначена оставшаяся четверть?
— Для Алисы, — ответила Марика, вернулась на крыльцо и, отбросив шутливый тон, серьёзно добавила: — У меня уже есть идея. Если брат согласится, мы с Кейтом будем жить здесь. Станем основателями новой ветви рода Конноров и новой королевской династии. А в Мышковиче объявим, что Кейт увозит меня на свою родину.
Смирнов думал недолго.
— По-моему, дельная мысль, — сказал он. — Вы сумеете сплотить МакКоев не хуже Алисы, а может, и лучше, чем она. Да и ваш отец… Ведь вы возьмёте его с собой?
— Естественно. Ему хорошо там, где я. К тому же здесь будут жить люди из его мира, и здесь он сможет не таясь называть меня своей дочерью. — Марика легонько прикоснулась губами к лепесткам ромашки. — А вы что будете делать? Вы же не собираетесь просто передать нам этот мир и умыть руки?
— Конечно, нет. Одиннадцать из нас, и я в том числе, уже решили поселиться на Альпии. Мы попытаемся соединить то, что сейчас вам кажется несоединимым. Мы сделаем Конноров новыми Хранителями. Надеюсь, вы лучше нас распорядитесь древними знаниями.
Марике это не казалось несоединимым. Напротив — предложение Смирнова сразу пришлось ей по душе.
— А миссис Уолш? Она тоже с вами?
Он утвердительно кивнул:
— Вот уже месяц, как Дэйна ушла от мужа и живёт здесь. Мне всё-таки удалось убедить её, что сорок шесть лет — ещё не конец жизни.
Эпилог
Темерик, сын Силимла, юный козопас из Манты, сложил ладонь козырьком и тоскливо всмотрелся вдаль. Сегодня у Чужих был праздник, а он, Темерик, как обычно, присматривал за стадом глупых коз и не мог отлучиться даже на минутку, чтобы посмотреть на празднества вблизи. Почти все ребята из его деревни, не говоря уж о взрослых, сейчас были в селении Чужих; Темерику тоже хотелось быть там, но отец велел ему не отходить
Темерик считал это несправедливым, он чёрной завистью завидовал своим друзьям из бедных семей, которым не надо было присматривать за козами, потому что коз у них не было. Они жили хуже, чем Темерик, зато были свободны и сейчас веселились на празднике Чужих…
Чужие появились на острове ещё до рождения Темерика, восемнадцать лет назад. Поначалу островной люд решил, что они — боги. Однако жить рядом с богами было хоть и почётно, но не очень уютно, поэтому спустя некоторое время островной люд передумал и решил, что Чужие не боги, а всего лишь жрецы могущественных богов. После этого всем стало легче.
Несколько лет Чужие жили своей жизнью, а островной люд — своей. Они не мешали друг другу, между ними не возникало никаких трений. Островной люд начал было думать, что Чужие не так уж сильны, как казалось вначале, и что их боги не так уж грозны и могущественны. Кое-кто из горячих голов даже предлагал пойти к Чужим с тяжёлыми палками и забрать у них все железные вещи, не отдавая ничего взамен. Однако старейшины деревень удержали молодёжь от святотатства — и вскоре выяснилось, что старейшины поступили очень мудро.
Однажды утром, года через четыре после появления Чужих, жители северного побережья острова увидели на горизонте два больших корабля. Они очень испугались, потому как знали, что будет, когда корабли подойдут к острову. Злые воины с Большой Северной Земли станут убивать, грабить, насиловать, они уведут на свои корабли коз, девушек и сильных молодых мужчин, чтобы продать их на Большой Земле, а прибрежные деревни сожгут дотла. Это уже случалось не раз.
Люди бросились к Чужим, умоляя о помощи. Выслушав их, двое Чужих погрузили на свою железную повозку безвёсельную лодку и поехали к морю. Сначала они хотели договориться со злыми воинами, спустили лодку на воду, взяли с собой одного рыбака и поплыли к кораблям. Но злые воины не хотели договариваться, они стали стрелять в лодку из луков и ранили в плечо рыбака. Тогда, как рассказывал тот рыбак, один из Чужих взял в руки железный посох и с его помощью призвал на головы злых воинов гнев своих могущественных богов. Боги откликнулись на зов своего жреца и обрушили с небес молнию, которая разнесла ближайший корабль злых воинов в щепки. Боги Чужих оказались не только могущественными, но и милосердными: увидев, что второй корабль поспешил прочь от острова, они не стали поражать его молнией.
А через несколько лун к острову приплыло уже три корабля. На сей раз Чужие даже не пытались договориться со злыми воинами. Вняв их молитвам, могущественные боги вновь поразили молнией ближайший корабль и пощадили другие два корабля, которые поспешили убраться восвояси. То же самое повторилось ещё через несколько лун, когда к острову приплыло ещё три корабля.
С тех пор корабли с Большой Северной Земли больше ни разу не подходили к острову. Видимо, злые воины и их цари поняли, что с могущественными богами шутки плохи. А островной люд, после долгих споров со своими жрецами, решил также поклоняться и богам Чужих. На словах те не имели ничего против, но отказались посвятить местных жрецов в тайну своих обрядов. Островной люд был очень огорчён. Зато местные жрецы были очень довольны…