Конкистадоры Гермеса

Мартьянов Андрей Леонидович

— …А главной критической точкой, несомненно, являются Дороги, — убежденно проговорил доктор. — Версия о некоей гигантской транспортной сети принята как основная, из нее и будем исходить. Но никакого экстремизма я не допущу, и не просите! Мы ведь не варвары!

— А если варварами окажутся Чужаки?

— Ну… Не знаю! Что вы пристали? Думаете, у Вени Гильгофа есть ответы на любой вопрос? Да я не представляю, что с нами будет через полчаса!

* * *

Спустя полчаса произошло вполне ожидаемое: “Роммель” благополучно приземлился возле полевого лагеря, разбитого

в отлично знакомом мне местечке рядом с Дорогой, Озером и Лесом. На вершинах гор Баффина серебрятся ледники, западная часть хребта окутана темными кучевыми облаками, в кронах хвойных деревьев шумит ветер, верещат птицы, в отдалении пасется табунчик диких гиппарионов — сущая идиллия! Но если вы посмотрите на юг, то увидите стену древнего Леса и некое подобие широкой просеки — начало тянущейся на девяносто с лишним километров Дороги.

— Неплохо устроились, — констатировал Гильгоф, осмотревшись. — Теперь вы понимаете, насколько исследовательская деятельность зависит от хорошего финансирования? Перефразируя Архимеда, дайте мне много денег, и я переверну мир! Завидую Удаву, человек может себе позволить роскошества, о которых государственные структуры и не мечтают!

Раньше я видел подобные строения исключительно в каталогах фирм, занимающихся обеспечением элитных частных колоний в Дальнем Космосе. Саморазвивающаяся конструкция — ставишь на землю небольшой контейнер, запускаешь механизм, и вскоре перед тобой стоит домик с тончайшим, но очень прочным полимерным покрытием, солнечными батареями и биолюминесцентным освещением внутри. Каркас — титановый и композитный, дверь закрывается герметично, можно использовать воздушные фильтры, стерилизующие поступающий снаружи воздух, регулировать температуру и влажность. Электропитание автономное — частично от солнца, частично от микрореактора.

Крошечная база состояла из семи домиков — двух лабораторий, соединенных полупрозрачным “коридором”, и жилых палаток размерами пять на пять метров. Практично, уютно и компактно. Рядом, под широченным тентом, нагромождение неизвестной мне техники, сгруженной с “Роммеля”. За экологией приглядывают — мусора на стоянке я не обнаружил.

— И куда все подевались? — спросил доктор. — Людей нет, никто не встречает…

Лолита, позевывая в кулачок, вышла из крайней справа палатки и уставилась на нас покрасневшими глазами. Все ясно, разбудили. Прилетели слишком рано — еще и семи утра нет.

— Похвальное рвение, господа, — рассмеялась Лола, помахав нам рукой. — Топайте сюда, будем завтракать. У нас полтора часа до активизации точки сингулярности, ведущей к Восемнадцатой Скорпиона, успеем. Хотите, можете освежиться в озере — вода теплая…

— Нет уж, благодарю покорно. — Крылов исподлобья посмотрел на темневший в отдалении островок. — Хватит с меня!

— Как знаешь, — пожала плечами Лолита. — Если ты однажды поскользнулся на льду, упал и сломал ногу, это вовсе не значит, что необходимо запрещать зиму! Видишь, собаки ничего не боятся!

Волкодавы, обожавшие купание, забрались в озеро без лишних приглашений, сразу же подняв фонтаны брызг.

— Вы что же, одна здесь? — непонимающе протянул Гильгоф, пока Лолита хозяйствовала на кухоньке, устроенной под тентом. — Или остальные еще спят?

— Спят?

Не уверена! Вся компания позавчера отправилась на Карфаген, а я вернулась, решила дождаться вас и поработать экскурсоводом. Прошу заметить, что передающее устройство Планка работает идеально, сигнал с Восемнадцатой Скорпиона поступает регулярно.

— Ничего странного, — ответил доктор. — Теория суперструн действенна в любой точке Вселенной, только информация идет не через сингулярность на Дороге, а напрямую — от звезды к звезде. Лолита Борисовна, вам помочь?

— Давайте без отчества, вполне достаточно “Лолы”. Помощь не требуется, только воды принесите… Николай, избавляйся от комплексов — возьми фильтр и сходи на озеро!

— Это мы еще посмотрим, у кою тут комплексы, — проворчал под нос Коленька, но емкость для очистки воды забрал и отправился к берегу, где фыркали и плескались волкодавы.

— Зря перестраховываетесь, — заметил я. — Озеро питается горными ручьями, вода чистейшая…

— Береженого Бог бережет, — серьезно ответила Лола. — Значит, ты и есть знаменитый Луи Аркур? Доктор, что ж вы нас не представили, неудобно…

— Чем же знаменитый? — Я усмехнулся. — Впрочем, догадываюсь. Благодаря моей неудачливости мы очутились на этом живописном бережку, а в умах происходит разброд и шатание. Так?

— Оказывается, у тебя поэтический талант, — сказала Лолита, распаковывая пакеты с рационами. — В целом правильно. Однако это вовсе не “неудачливость”, а исключительное стечение обстоятельств. Доктор нанял именно тебя, ты разработал маршрут, вывел мэтра Гильгофа к Дороге… После чего и завертелась кутерьма.

— Я ведь не нарочно!

— Верю. Обещаю, как только мы узнаем, как проникнуть в следующий после Карфагена мир, он получит название “Аркур” — твои заслуги стоит отметить.

— А про меня, Анечку и Крылова вы забыли? — заныл Гильгоф. — Я тоже хочу собственную планету!

— В порядке очереди, господа, нельзя получить все и сразу! Тем более что Дорога пока не желает пропускать нас дальше, сложно подобрать ключ… Никто не против овсяной каши с фруктами и молоком? И где шляется Коленька с водой для кофе?

Крылов объявился вместе с резко пахнущими мокрой шерстью собаками. Пятилитровый цилиндр был немедленно помещен в гнездо автоповара, волкодавов одарили сухариками, после чего я отогнал их на солнце — сохнуть.

— Ключ, говорите? — задумчиво произнес Гильгоф, размешивая завтрак пластиковой ложечкой. — Николай, подключите-ка ваши новые способности и ответьте: в ближайшей округе ничего такого-эдакого не замечается? Прежде всего необычных явлений энергетического характера?

Коленька нахмурился, помолчал минуту и отрицательно качнул головой:

— Только излучение от искусственных объектов — “Роммель”, аппаратура в палатках, ПМК. Впрочем, погодите! Над Лесом свечение… Не знаю, как описать!

— А вы постарайтесь, — вкрадчиво сказал Гильгоф и почему-то оглянулся.

— Лента, — брякнул Крылов. — Очень похоже на широкую ленту розового цвета. Тянется над Дорогой, в сторону юга. Постоянно колеблется, словно бы волны пробегают — знаете, как у гимнасток, когда ленту крепят на палочке? Природу понять не могу, раньше ничего подобного не встречал.