Конгломерат
Шрифт:
Молодая женщина почувствовала, что краснеет, взволнованная интересом к ней Грегуара.
— Не насмехайся, — сказала она, пожав плечами.
— Я вовсе не насмехаюсь!
— Это даже сравнивать нельзя! Я всего лишь работаю в скромном агентстве Аграрно-кредитного банка в Герэ, поэтому говорить о финансах…
— Ты себя недооцениваешь! Я знаю это агентство; оно далеко не скромное. Говорят, что у него отличные перспективы.
— Да, но это было сразу после приватизации Аграрно-кредитного банка, когда определенная Парижем стратегия
— И чем ты там занимаешься?
— Я помощник директора по займам на сельскохозяйственное развитие.
Они какое-то время помолчали, глядя на свой кофе и словно о чем-то задумавшись.
— Но тогда… — тихо произнес Грегуар.
— Что тогда?
— Они обратились к тебе, чтобы организовать свою суперсовременную ферму?
Летисия тянула с ответом. Грегуар все еще нравился ей, поэтому она не хотела его расстраивать.
— Да, тебя они не хотели беспокоить. Люсьен сказал однажды, что они предпочли посоветоваться со мной, поскольку доверяют мне и…
— А мне нет, так? — перебил Грегуар.
— Нет, я совсем не это хотела сказать. Позволь мне закончить. Они сказали только, что раз я здесь, то смогу контролировать их счета, следить за кредитом, за всеми этими далекими от них вещами.
— Я вижу, — спокойно произнес Грегуар. — Они правильно сделали.
— Надеюсь, они выкрутятся, несмотря на эту затею со снижением цен на молоко, — продолжила Летисия. — Я посоветовала им хороший кредит с отсрочками, временными приостановками платежей в случае внезапного снижения доходов фермы. Им не стоит волноваться.
— Это хорошо, — задумчиво произнес Грегуар.
Он смотрел на Летисию, и тысячи мыслей проносились у него в голове, воспоминания, вопросы. Замужем ли она, есть ли у нее мужчина? Да, безусловно, она ведь очень привлекательная женщина, уверенная и в то же время очень женственная, несмотря на свой строгий костюм, украшенный брошкой-бабочкой, приколотой к лацкану пиджака. Летисия носила замысловатые кольца на каждой руке, но ни одно из них не являлось свидетельством брака.
— Ты замужем? — напрямую спросил Грегуар.
На лице Летисии появилась грустная улыбка, которая может говорить либо «да, увы», либо «нет, увы»…
— Нет, — ответила она, убирая прядь волос, упавшую на лицо. — Три года назад я рассталась с одним типом, который обещал увезти меня далеко-далеко и сделать из меня королеву. Он был таким милым, немного сумасшедшим, очень красивым. Он занимался двигателями самолетов и путешествовал по всему миру…
— И почему ты не улетела с ним?
Девушка сначала опустила глаза, а потом в упор посмотрела на Грегуара.
— Я еще тогда говорила себе, что если мужчина должен меня увезти и сделать королевой, то это будешь
Грегуар хотел положить свою руку на руку Летисии, но она убрала ее.
— Назад не вернешься, — сказала она почти жестко. — Тебя не волновало, что происходило со мной все эти годы. Сейчас я уже выросла, и даже если ты предложишь мне звезду на небе, я останусь здесь.
— Но ты живешь одна?.. — настаивал Грегуар.
— Ты все так же бестактен, когда речь идет о любви, — бросила Летисия. — Если хочешь знать, я уже два года встречаюсь с директором агентства «Credit agricole». Эта связь не принесла мне ничего, кроме зависти и оскорблений некоторых коллег. Он женат и никогда не бросит ни свою жену, ни дом с бассейном. Но после всего, что было, меня это вполне устраивает. Мы встречаемся иногда по вечерам, когда он выдумывает что-то, чтобы не возвращаться раньше полуночи. Он никогда не остается ночевать у меня.
— А его жена в курсе?
— С теми анонимными письмами, которые она получила, эта женщина должна быть совсем глупой, чтобы ничего не понимать. А я знаю, что она совсем не глупа. Это в некотором роде негласный договор. Сделка.
Грегуар был потрясен этой исповедью, произнесенной посреди шумного аэропорта. Голос в громкоговорителе объявил о прибытии самолета из Парижа. Голубое небо уже проглядывало сквозь серый туман, а значит, Грегу предстояло скоро покинуть Герэ.
— А ты? — спросила Летисия. — Ты был так далеко! Азия, Лондон…
— Да. Я только что устроился на работу в инвестиционную организацию в Париже, которая ориентирована на Европу. Агробизнес и все такое…
— Вот как! Тогда ты был прав, сказав, что мы занимаемся почти одной и той же работой! — расхохоталась она.
— Я уверен, что ты сможешь дать мне пару консультаций в этой области.
— Я буду учить Грегуара Батая?! Если честно, я удивлена. Но могу определенно сказать, что мы живем в конце эпохи.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Понимаешь, эта сельскохозяйственная цивилизация, к которой принадлежим мы оба, вступила в процесс необратимых изменений. Мы входим в новую эру, где выживают самые сильные, те, кто не противится прогрессу во имя каких-то устаревших ценностей.
— Та-ак.
— Твой отец и братья поставили на будущее. Коровы, за которыми ухаживают роботы. Новые материалы и сырье. Они сделали большой рывок вперед. Но это просто ничто по сравнению с будущими переменами.
— Например?
— Наш регион еще противится, но массовое использование достижений биогенетики полностью изменит отношение потребителей к продуктам. Научные лаборатории вложили огромные суммы в эти исследования, и теперь они с нетерпением ожидают результатов. Если мы оставим дверь открытой генетически модифицированным организмам, то отдадим производителей зерна, рапса, кукурузы или сои крупнейшим мировым фирмам.
— Ты не преувеличиваешь? — спросил Грегуар, удивленный этой обеспокоенной речью.